Чтение онлайн

— Павел, а сколько тебе лет? Ростик сказал, ты приехал поступать? На кого? — и когда я успел это ей сказать?

— Двадцать.

— Божественно! Я так тебе завидую, самый прекрасный возраст. А девушка есть?

— Нет.

— Да ты что?! Я не верю! И никто тебе не нравится? — что она к нему пристала?

— Отстань от парня, — видя смятение Пашки, решил за него заступиться.

— Все нормально, Ростик. Кое-кто нравится, я ведь мужчина.

— Я и не сомневалась, — она протянула руку и поправила воротник его рубашки. Пашка опять стал красным от смущения.

Двери лифта открылись, и я вздохнул с облегчением. Находиться с ними в таком маленьком пространстве тяжело. Выходя из лифта за Кариной, получил хлопок по заднице. Черт, мы же договаривались ничего такого не делать. Еще и сказал: «Извини», словно это нечаянно.

Еще один промах случился, когда я уселся на переднее сидение рядом с Аликом.

— Дорогой?! — голос Карины с заднего сидения напомнил, что мы пара.

Сидя сзади, я всю дорогу не мог не думать о парнях, сидящих спереди. Видя, как они разговаривают, меня посетило чувство ревности. В голове сами по себе стали появляться картинки с участием этой парочки.

— А из них бы вышла красивая пара, правда? — Карина решила подлить масла в огонь, прошептав это мне на ухо.

Я не стал отвечать, но гнилое чувство еще больше усилилось. Даже зная, что Павел натурал, я не смог не думать о том, что они могут понравиться друг другу. То, что перед Аликом трудно устоять, если он этого захочет, знаю по себе. Одно утешало в этой ситуации — периодически я замечал, как Алик делает характерное движение головой, наблюдая за нами в зеркало заднего вида.

Припарковавшись, опять я оказался под ручку с Кариной, а парни шли следом к развлекательному центру.

— А этот парень ничего так. Ты уверен, что он не гей? — что за вопросы?

— Карина, откуда мне знать? Я его не спрашивал и не собираюсь.

— А Алик говорит, что парень донимает тебя звонками…

— Это Алик так решил! — обернувшись, посмотрел в их сторону, убедившись, что им не слышно. — Мы просто росли вместе, он младше меня на шесть лет. Парню просто не с кем общаться в новом для него месте.

— А чего ты так завелся? Может, Алик прав?

— В чем прав?!

— Прав, что ревнует. С Аликом комфорт и достаток, а для секса помоложе захотелось, а Ростик?

— Дура! — не хочу больше с ней разговаривать.

— Педик!

Терпеть ее не могу!

— А ничего, что я живу с твоим братом?

— Вот поэтому я тебя и терплю, — эта зараза так врезала локтем под ребра, что потемнело от боли в глазах.

Терпи, Ростик, это только на один вечер.

Догнали они нас уже на эскалаторе на втором этаже, когда я подумывал сбросить ее вниз. Чтобы она летела кубарем со своими каблуками.

— Хватит обниматься в общественном месте! — Алик отдернул руку Карины от моей. — Веди себя прилично, женщина.

— Ты в курсе, что я уже взрослая, захочу, буду целоваться при всех, правда, Ростик? — При чем тут я?

— Мы на фильм пришли или на семейные разборки? Что смотреть будем? Нужно купить билеты и попкорн. Давайте, я с Аликом за билетами, а Пашка с Кариной за попкорном. Я сырный буду и Колу.

— Ростик, давай лучше я с тобой за билетами.

Стоило Пашке сделать шаг в мою сторону, как был остановлен Аликом.

— Карина, держи деньги. Купи всего и побольше и возьми этого помощника себе в помощь.

— Хорошо. — Надув губы, подхватила Пашку под руку и пошагала, как породистая лошадь на цырлах.

— Ну, дорогой, что будем смотреть? — наконец-то мы посмотрели нормально друг на друга.

— Только не романтику!

— Согласен. Ужасы или боевик?

— Ужасы, в которых желательно режут пилой таких баб, как твоя сестра.

— Ха-ха-ха! Согласен.

Купив билеты, мы быстро нашли их в холле, трудно было не заметить пацана с четырьмя большими ведрами попкорна.

— Чего так долго?! — Карина всунула мне в руки подставку с напитками. — У меня рука занемела.

Вошли мы в темный зал, когда уже шла реклама.

— Дайте кто-нибудь руку, тут темно, как в заднице негра, — комментарии этой женщины услышал весь зал.

Алик подсветил ей телефоном. Распределением мест занялся тоже он: мы с Аликом посредине, Карина по мою левую сторону, а Паша справа от Алика.

— Алик, можешь поменяться со мной местами, я бы хотел сесть возле Ростика.

— Может, тебе еще место возле сестры уступить? — узнаю старого Алика.

— Я же просто хочу с ним поболтать.

— Жуй попкорн и смотри фильм, нечего болтать во время сеанса.

Иногда он очень груб, можно же ответить более культурно. Пашка смолчал, мне даже стало его жалко.

Что-что, но посмотреть фильм в спокойной обстановке не удалось. С одной стороны комментарии Карины: «Твою мать!», «Что за срань!», «Кто снял такое дерьмо?!», а с другой стороны рука Алика, настойчиво пытающаяся раскрыть мою ширинку. Меня спасало лишь большое ведро попкорна, которым я прикрылся. Я еле досидел до окончания сеанса.

— Жду в туалете, — шепнул мой армянский Казанова, выходя из зала.

Ему-то хорошо, он даже не стал никому объяснять, ушел. А мне пришлось: «Извините, простите. Срочно нужно». Оставил опять Павлика Морозова в тылу врага в короткой юбке.

В туалет-то я явился, но что там делать? Все кабинки закрыты и тишина. Набрав номер телефона, с облегчением вздохнул, когда из крайней кабинки услышал знакомый рингтон. Тихо постучал. Дверь открылась, и меня за рубашку втащили в кабинку и, целуя, сразу стали раздевать.

— А… — он заткнул мне рот ладонью.

— Тихо, — шепнул на ухо и продолжил.

Он успел только расстегнуть ремень и высунуть рубашку, как наш процесс прервал голос Пашки.

— Ростик, ты здесь? — черт!

Видно, мы мыслим одинаково, на мой телефон раздался звонок. Я быстро стал заправлять рубашку.

— Ростик?

— Пашка, я немного занят, — Алик закатил глаза и стал жестикулировать руками, чтобы я сказал ему уйти. — Я сейчас закончу и выйду. Подожди меня в кафе.

— Все нормально, я тут подожду. Просто нам нужно поговорить. — Но не в туалете же! — Понимаешь, я думал мы пойдем одни, а тут эта парочка. Можешь обижаться на меня, но я скажу прямо — она тебя не любит. Правда, она даже клеилась ко мне, — я даже не сомневаюсь. — Эта женщина со своим братом вытирают об тебя ноги. Возвращайся домой, нам же было так хорошо. — Последняя фраза была лишней, это я понял по глазам Алика.