Вишенка на десерт
Шрифт:
Приходится внимательно наблюдать за другими, додумывать, осторожно общаться, чтобы каким-то образом не выдать себя. Но есть и позитивный момент — Джеффри в поле зрения пока не появляется. Поэтому, в общем, я вполне спокойна и невообразимо довольна, как сытый удав. Танцевать не умею. С бывшим женихом разговоры излишни. Чувствую, благодарность к ужасному платью, которое отпугивает всех кавалеров на расстояние нескольких метров. А еще стараюсь держаться как можно незаметнее, чтобы не встретить кого-то близкого Вивьен, который бросится со мной разговаривать. Потому что в этом случае просто не знаю, что делать.
— Прекрасный вечер, не правда ли?
– вдруг слышится с другой стороны пальмы.
Рука вздрагивает. Несколько капель лимонада падают на подол платья. Смотрю на них философски - испоганить это произведение искусства даже пятна не в состоянии. В конце концов, поднимаю голову и встречаюсь глазами с пронзительным взглядом Торнтона.
— Прекрасный, — произношу медленно и снова смотрю вниз, стараюсь немного растереть влажные следы. Искренне рассчитываю, что он пойдет дальше, увидев, что я занята более важным делом.
Понять не могу, что ему от меня нужно. Что-то раньше он не сильно горел желанием общаться девушками. Мимо уже не одна стайка пробегала в поисках лакомой добычи. Они перешептывались, не стесняясь, и совсем не замечали меня в этом углу, увлеченные построением коварных планов, как поймать в сети герцога.
– Почему же не танцуете?
– обходит мой тайник и становится рядом.
С горьким вздохом отрываюсь от своего занятия.
— Врач запретил, — лгу и краснею.
Врач ни слова об этом не говорил. Его врач, имею в виду. Нашего семейного маман так и не пригласила. То ли сочла лишним после осмотра Ллойда, то ли просто забыла, озабоченная сборами на прием.
– Вы все еще плохо себя чувствуете?
– почти искренне интересуется.
Я нахмуриваюсь, кусая губы. Отвечаю не сразу, подбираю слова, чтобы не оскорбить чем-либо. "Вот что ему от меня надо?" — бьется в голове настороженная мысль. Сама же улыбаюсь, делая вид, что внимание льстит. Однако не уверена, что могу обмануть менталиста. Времени прочитать о видах магии пока не было.
— Я чувствую себя отлично, — наконец говорю.
– Иначе не смогла бы принять приглашение леди Барроуз. Но спасибо за беспокойство. И за то, что пригласили к нам доктора Ллойда. И вообще…
Вспоминаю слова Селесты, что он тащил меня на руках аж до самой комнаты, и становится неловко.
— Это мне не стоило никаких усилий, — улыбается.
Слова звучат неоднозначно. Это он о вызове врача, или прочел мысли о таскании на руках? Что я на это должна ответить?
Пожимаю плечами и возвращаюсь снова к наблюдению за танцующими. Про себя считаю шаги — вдруг все же прочел. Ментальная магия пугает. А еще бесит невероятно. И сам он бесит. Чего торчит? Может, в конце концов, поймет намек?
— А вы не очень общительны, леди Вивьен.
Поднимаю бровь, вынужденная снова взглянуть на собеседника.
– Как с кем, ваша светлость?
— Пока я не светлость и, надеюсь, в ближайшее время не стану, — неожиданно лукаво улыбается.
Я морщу лоб. Действительно, родители Торнтона живы. Чуть не стону от собственной тупости, вот так опозорилась.
– О!
– неожиданно восклицаю, пораженная собственной догадкой. — Я поняла!
– Что именно, милая леди?
– улыбка становится еще лукавее.
– Поняла, почему вы общаетесь со мной!
– И почему же?
— Клянусь, вы так прячетесь от вон той стайки истекающих слюнями девиц! Не так ли?
Торнтон стреляет взглядом в сторону небольшой группки девушек в ярких платьях. Они сразу же начинают хихикать и кокетливо хлопать ресницами, обмахиваясь веерами.
— Вы так думаете?
— На вашем месте я бы тоже пряталась, — неожиданно честно признаюсь.
— Вот как?
– смоляная бровь взлетает.
Я отворачиваюсь. Пристальный взгляд неожиданно начинает смущать. Натыкаюсь на маман. Она смотрит прямо на нас с Торнтоном, и в ее глазах нечитаемые эмоции, их мне пока не понять.
– Вы не окажете мне честь?
– неожиданно произносит Торнтон.
Честь? Какую честь? Взгляд падает на протянутую ко мне руку. Не сразу понимаю, что он хочет от меня. Но рука не исчезает, улыбка герцога становится более напряженной.
— Я не танцую, — наконец доходит. Стыдно-то как… Но лучше поздно, чем никогда….
— Мне нужен лишь один танец, леди Вивьен, — настаивает со странной, нервной интонацией.
Я снова смотрю на его руку.
– Но врач… - завожу свою шарманку. Опозориться на глазах у всего зала даже для меня слишком.
— Врач не запрещал, — колючий взгляд обжигает. А вдруг это своеобразный экзамен. О, не надо было ехать на этот прием — чуть не плачу от осознания, в какой переплет попала.
– Желаете оказаться в объятиях любимого жениха?
– неожиданно спрашивает.
— Какого еще, — фыркаю и наконец замечаю Джеффри, который с сияющей улыбкой спешит к нам. — Конечно, окажу — поспешно соглашаюсь, стараясь как можно милее улыбнуться.
На самом же деле чуть не скрежещу зубами от безысходности. Между двумя огнями, это же надо так влипнуть! Бесы бы побрали этого Джеффри. И как мне теперь танцевать? Сам танец странный, я даже в фильме таких движений не видела. Запомнить и повторить вряд ли смогу.
– Успокойтесь леди. Я поведу, только слушайтесь меня, — вдруг наклоняется к моему уху Торнтон. Произносит успокаивающие слова низким бархатным голосом, и кожа моментально покрывается пупырышками.
Но я снова пренебрежительно фыркаю. С чего это Торнтон решил избавить меня от своего друга. В кустах они вдвоем о "жабе" сплетничали.
??????????????????????????
Торнтон берет мою руку, заставляет сделать круг. Я теперь оказываюсь спиной к Джеффри, который замер и уставился на нас. А сама смотрю в фиалковые глаза очаровательной блондинки, которая от возмущения едва дышит. Грудь над корсетом вздымается как паруса корабля — вот-вот вывалится.
— Меня от Джеффри вы спасли. А я вас от кого? — потихоньку начинаю понимать.
– От леди Люси Барроуз, - не юлит с ответом.
Ах, вот кто такая эта Люси, которая пылала желанием меня видеть. И действительно ли пылала. Теперь, кажется, готова разорвать на куски. И ненависть в ее глазах мне подсказывает, что мы никогда не были подругами. Почему же все в один голос утверждают, как она по мне скучала?
Еще один круг заставляет нас повернуться спинами друг к другу. Я значительно ниже Торнтона, и мои обнаженные лопатки касаются шершавой ткани его фрака. От этого мурашки бегут по коже, и тоненькие волоски на шее чуть ниже затылка становятся дыбом.