Чтение онлайн

По мере рассказа в разуме Элейн поднималась буря холодной ярости. Её Мастер потратил столько времени и труда, придумывая план, а теперь какие-то ублюдки хотели все порушить.

«Спокойно», — окоротила она сама себя.

Владыка оставил контроль над ситуацией ей, и это было испытание, которое она не могла провалить. Лорд наказывал не решать дела силой в отношении влиятельных лиц города, но ведь показательное расправа над мелкой шайкой в назидание другим вписывается в это условие, верно?

Через полчаса Элейн уже добралась до южной части города. Здесь, рядом с трущобами бедноты, располагались и торговые склады, недавно купленные Фареном.

Конкретно эти использовали под нужды Обители. Раз в неделю Афка открывала телепорт, и вещи переносили, поэтому чужое любопытство Элейн желала пресечь быстро и навсегда.

Два склада стояли рядом и выделялись свежим видом. Ремонт сделали быстро, но весьма обстоятельно. Весь участок огородили новым забором, укрепили стены и двери, перестелили крышу. Вот на ней-то она и расположилась со всем комфортом.

В подтверждение слов Ирис, она сходу отметила напряженное состояние сторожей. Последние ночи их терроризировали неизвестные, все больше наглея от своей безнаказанности. Должны они появиться и сегодня.

«Что же, посмотрим», — усмехнулась Элейн, приготовившись к ожиданию.

Страж предполагала, что неизвестные появятся в предутренней темноте и угадала на все сто. Кто бы ни стоял за всем этим, они подрядили на дело местную банду, «крышующую» трущобы. Элейн мгновенно узнала их по замызганным серым повязкам на предплечьях.

Поскольку торговец так и не ответил на угрозы за несколько дней, уроды решили работать уже серьезнее. Бандиты принесли с собой керамические горшки, наполненные зажигательной смесью.

Элейн в очередной раз сдержала приступ ярости, наблюдая, насколько спокойно ублюдки собирались сжечь ИМУЩЕСТВО ОБИТЕЛИ. Эти отбросы разделились на две группы. Пока одни наблюдали за территорией, другие подошли с тыльной стороны и готовили свои снаряды.

Присмотревшись, Элейн отметила, что для дела набрали каких-то подростков. Ими командовал пропитого вида головорез лет сорока — этот пойдет как язык.

Наметив цели, убийца кивнула, мысленно расставляя их в порядке ликвидации. Решив все вопросы, она мгновенно ушла в тень.

— Зуб, ну чо вы там возитесь? — прошипел тощий паренек, воровато оглядывая округу.

То было его первое дело. Если покажет себя грамотным заводилой, он сможет вступить в банду, а это сулит хорошую и сытую жизнь. Увы, судьба решила иначе. Изящная рука, спрятанная в кожаную перчатку, обхватила его голову, закрывая рот. Вместе с этим черный зубастый клинок прошелся по шее, оставив от нее кровоточащий огрызок.

Темень наполнилась каким-то тягучим напряжением, а предрассветная прохлада стала отдавать могильным холодом. На тихие улочки пришла смерть.

Вслед за первым Элейн за несколько секунд убила всех часовых. Пришла пора взяться за «бомбардиров». Те как раз поджигали промасленные тряпки. Совсем молодые и наверняка недавно завербованные преступники, они волновались, а от того дело шло медленно. Закончить его им уже не дали.

Шквал лезвий мгновенно накрыл четвёрку, набивая их тела острым металлом, будто подушечки для иголок. Покалеченные и иссеченные, они потеряли сознание от болевого шока.

Из невидимости к ним вышла изящная фигурка Элейн.

— Горан, — обратилась она к подчиненному.

— Да госпожа, — пространство недалеко колыхнулось, демаскируя фигуру в артефаткном плаще.

— Приберись здесь, — бросила Элейн.

— Принял, — спокойно ответил он.

Распорядительница же собиралась заняться самым важным гостем.

Головорез по имени Кинжал укрылся недалеко от происходящего. Спрятавшись в густой зелени, он курил самокрутку, ожидая отправленных на дело новоиспечённых бойцов банды.

Удобная позиция позволяла легко уйти незамеченным в случае проблем. Используемые в деле пацанята были лишь расходным материалом. Если торгаш решит взбрыкнуть, их не жалко.

В отличие от малолеток, разбойник чуть лучше понимал подоплеку, а потому понимал опасность дела. Мужчина и вовсе бы не пошел сюда, но от приказов главаря так просто не отказываются.

Он поднёс самокрутку ко рту, желая сделать очередную затяжку, как покрытая острыми шипами цепь легла на шею. Сработали пассивные навыки легендарного оружия, доставляя ему чудовищные мучения.

— Ну привет, — раздался из-за спины холодный голос, — у меня к тебе есть пара вопросов...

Через полчаса он вернулся в логово Мусорщиков — так называли трущобную банду Реджета. Нетрудно догадаться, что в этих самых трущобах она и находилась. Убежище напоминало большой дом, сколоченный из всего что попалось под руку. Несмотря на нелепый вид, здание стояло крепко и уже давно верой и правдой служило хозяевам.

Стража Реджета оставила попытки взять под контроль это место, от чего бандиты ощущали себя как дома. Возможно, именно поэтому громилы на входе не обратили внимание на необычно бледный вид Кинжала. Он имел среди местных прочную репутацию, а потому того пустили к главарю без лишних проверок.

Как водится, Барон, лидер банды, вел ночной образ жизни и сейчас не спал. Он что-то обсуждал со своим ближайшим сподвижником и одновременно телохранителем — воином по имени Сит.

— О, Кинжал, — поприветствовал его Барон. По совей привычке он сходу перешел к делу. — Что по торгашу? Разобрался?

В отличие от охранников на входе, он приметил странное состояние подчинённого. Отчего-то насторожился и Сит.

— Че-то произошло? — напрягся главарь.

— Барон, ЛОЖИСЬ! — гаркнул в это время Сит, но опоздал.

БАБАХ! Яркая вспышка осветила квартал. Прокатившийся вслед за ней грохот нарушил и без того тревожный сон здешних обитателей. Жизнь в таких местах налагает свой отпечаток. А потому, внезапно проснувшись, бедняки поплотнее закрыли двери и ставни. Вмешиваться в чужие проблемы здесь не хотел никто.

Нелепый особняк банды Мусорщиков полностью уничтожило. Пострадали и соседние здания, наверняка погибли невиновные, но Элейн плевала на чужие судьбы. Невидимым призраком она наблюдала со стороны за охваченной огнем воронкой. Девушка убедилась, что все произошло как надо и торгаши поймут, что к честному Фарену лучше не соваться. Она уже собиралась покинуть это место, как что-то почувствовала.