Чтение онлайн

— Именно так.

— Это, — задумчиво произнесла Серафина, — совсем другое. Только когда некроманты становятся очень старыми, они способны на такое. Они забирают жизнь вместе с душой, чтобы самим жить дальше.

— Тоже самое Искоренитель Душ делает для меня, — с горечью сказал я.

— Когда твой клинок убивает, Хавальд, он забирает жизненную энергию, которая больше не нужна его жертвам. Он изгоняющий меч. Он не крадёт души, он их освобождает.

— Но я чувствую иначе, — заметил я. — Тебе не знакома его жадность.

— Армин рассказал мне, как он с помощью твоего клинка победил Ордуна и освободил из его хватки душу Хелис, — она запнулась, — мою душу. Он сказал, что вы оба видели, как её лик появился на лице некроманта, а затем освободился. Если бы Искоренитель Душ сам забирал души, я бы не сидела здесь, а была бы заперта в твоей стали.

Я посмотрел в сторону меча, стоящего рядом с моим стулом.

— Он всё равно проклятый. Ты его не знаешь, он намного больше, чем просто какой-то кусок стали с магией.

— Нет, я слышала о твоём клинке, — неожиданно сказала Серафина. — Только не знаю, как он попал в новые колонии. Когда-то он принадлежал тому, кто повелевал кланом Ночных Ястребов. Верховному шпиону и агенту Асканнона. Твой клинок, Хавльд, был создан для того, чтобы наделять своего владельца силой, противостоять даже самому Безымянному и отнимать у него души, которые он украл у других богов. Больше уже никогда не появится клинка, обладающего большой силой, чем твой, — она улыбнулась. — Я знаю, что изгоняющие мечи тоже меняются. Может быть, ты прав, и сегодня это проклятый клинок. В любом случае он тяжёлое бремя для того, кто им владеет. Потому что твой клинок уже всегда был посвящён Сольтару.

Мне больше нечего было добавить.

— Кем были Ночные Ястребы в то время? — спросила Лиандра. — Ты говоришь о них так, будто они отличались от тех, которых мы знаем сегодня.

— Они и тогда были агентами, шпионами и убийцами, способными передвигаться в тайне и темноте. Они были обучены различным способам убийства, но Вечный Правитель не использовал их таким образом. Он использовал их, чтобы выслеживать вражеских шпионов или действовать в тылу врага, доставлять ему сообщения.

Их настоящая задача состояла в том, чтобы отыскивать и уничтожать некромантов. Для этого они получили особые полномочия. Насколько я знаю, они были успешными. Их и был то не так много, возможно, в общей сложности три десятка. Однако, когда я отправилась в путь вместе со Вторым легионом, Ночные Ястребы были самым устрашающим отрядом империи, но всё ещё верны своей клятве, — она беспомощно посмотрела на нас. — Как так получилось, что они присоединились ко тьме, я не могу сказать. Когда-то они были самым мощным оружием Асканнона против отродья Безымянного, а теперь сами встали на этот путь.

— Коларон уже тогда был его врагом? — удивлённо спросила Лиандра, но Серафина улыбаясь, покачала головой.

— Если он существовал уже тогда, мы ничего о нём не знали. Нет, врагом Асканнона уже всегда был культ Безымянного — некроманты и грабители душ. Люди, которые крали души, чтобы использовать таланты, которыми боги одарили других людей. Асканнон преуспел в этом, уже тогда прошли десятилетия с тех пор, как был казнён последний некромант.

— В его королевстве, да, — заметил я, вспоминая карту, висящую на стене далёкого постоялого двора и демонстрирующую мир, который был гораздо больше, чем я мог себе представить. — Как бы мне хотелось узнать, каким он был. Я имею в виду Асканнона. Каким он был человеком, что сумел выковать такое оружие, как моё?

Серафина посмотрела на меня и улыбнулась.

— Об этом я могу рассказать тебе, Хавальд. Мой отец был имперским губернатором Бессарина, поэтому часто встречался с Вечным Правителем. Иногда, когда мой отец угощал императора, я присутствовала на этих встречах.

— Вы знаете Асканнона? — поражённо спросила Лиандра и просто опередила меня, потому что на моём языке вертелся тот же вопрос.

Серафина кивнула.

— Но если вы теперь ожидаете столь же впечатляющего описания, какое дала Наталия, описывая нашего врага, то должна вас разочаровать. Асканнон был, — она помедлила, — другим. Стройный, высокий мужчина, ненамного ниже нашего сэра Хавльда, с чёрными как смоль волосами, зелёными, почти светящимися глазами, орлиным носом, энергичным подбородком, тонкими, но чувственными губами. Он часто и много смеялся, и я помню, что у него были ямочки на щеках, — на её губах заиграла улыбка. — Джербил дразнил меня, что я влюблена в императора. Будучи маленькой, наверное, так и было. Однажды, во время парада, он нёс меня на плечах.

Леандра засмеялась.

— Пока это описание звучит приятнее, чем описание Коларона. Кажется, он был… милым!

— Но не всегда. Иногда он использовал свою силу. Во время его правления случилось три войны, — продолжила рассказывать Серафина, — и каждый раз он находился на передовой линии. Однажды даже участвовал в сражении верхом на драконе.

Я подавился вином и недоверчиво посмотрел на неё.

Она засмеялась.

— Во всяком случае, так говорят. О нём существует бесчисленные количество легенд. Но я знала его только как спокойного человека, который любил смеяться и имел чувство юмора, относился доброжелательно к людям и обладал всеми знаниями этого мира.

— Всеми знаниями? — недоверчиво спросила Лиандра.

— Он знал о сельском хозяйстве столько же, сколько об архитектуре. Знал, как построить колодец, точно так же, как и о строительстве огромных осадных машин. Он прислушивался к нуждам простых людей, а его благоразумие часто убеждало благородных упрямцев в империи, — она посмотрела на нас, и в её глазах вспыхнули весёлые искорки. — Мои волосы не вставали дыбом, когда я видела его. Вокруг него не было нимба могущества. На самом деле, он терпеть не мог, когда люди обращались к нему раболепно. У Хелис был дар общаться с животными, как говорил Армин. Он не мог говорить с ними, зато умел их читать. Понимать, — она беспомощно пожала плечами. — Он просто был другим. Он видел вещи, которые были скрыты от других. Но прежде всего, он заглядывал в сердце людей, — она поймала взгляд Лиандры. — Никто не знает, что с ним случилось. Если он ещё жив, то не в его стиле недооценивать угрозу, исходящую от Талака. Но одно я знаю наверняка. Он не оставил старую империю беззащитной, когда ушёл. Кроме того, у него должна была быть веская причина.

— У тебя есть какое-нибудь предположение, что это была за причина? — спросил я.

— Откуда мне знать? Когда я ушла с легионом, он ещё был правителем Аскира. Я видела его незадолго до этого, он был почётным гостем на моей помолвке, — её улыбка омрачилась, внезапно она стала печальной. — Жемчужины… Во время праздника он создал их из ничего на своей ладони. Они появились там, и он передал их нам с улыбкой. Я помню, что он выглядел счастливым. Мой отец сказал, что наш правитель нашёл после всех прошедших столетий то, чего ему не хватало — любовь и сердце женщины, равной ему, — она тихо рассмеялась. — Может причина в этом. Он нашёл женщину и ушёл в отставку.

— Женщину, равную ему? — с любопытством повторила Лиандра. Похоже, этот факт интересовал её больше, чем всё остальное.

Серафина засмеялась.

— Отец произнёс это мимоходом, — её глаза весело блестели. — Можете себе представить, что я тоже захотела узнать побольше. Но мой отец только улыбнулся и больше ничего не сказал.

— Он никогда не был женат? — поинтересовалась Лиандра.

Серафина показала головой.

— Не уверена, но думаю, один раз был. До того, как появилась империя, когда он ещё повелевал тремя из семи королевств. И её убили. А после…, - она покачала головой. — Мой отец сказал, что Асканнон боится любви, потому что это единственное, что может его победить.

Я долго задумчиво смотрел на Серафину.

— Знаете, что я заметил? — наконец спросил я. — Наталия описала нам Коларона и его силу. Ты говоришь об Асканноне не как о правителе империи, а как о человеке. Он тебе нравился.

— Его любили почти все. Он был прямолинеен. Его слово было законом, даже для него самого, — объявила Серафина. — Он был надёжным. Постоянная величина. Как звёзды и боги. Он всегда был рядом и навсегда останется. Мы смотрели на него, как на нашего защитника, наверное, как на отца. К тому же я действительно верю, что он был справедливым. Люди ценят такие качества в правителе.