Чтение онлайн

И да.

Это давно не Валя или Валентин. «Вэл» безумно ему подходит.

На эмоциях доверчиво прислоняюсь теплой щекой к широкой спине.

– Все нормально, – успокаивает Вэл уже меня, накрывает ладонью мою руку на своём животе. – Спасибо тебе, Кудряшка.

Минут двадцать лежим молча. Судя по тому, как крепкое тело подо мной расслабляется, понимаю – боль отступает. Радуюсь нашей общей маленькой победе.

– Я никому не скажу, – проговариваю тихо.

– Я тоже, – слышу сквозь сон.

Удивляюсь.

– Что?

– Про твои болезненные месячные.

Посмеиваюсь, пытаясь отстраниться, но он не даёт. Крепко удерживает мою руку.

– Я гляжу, тебе полегче стало.

– Пока нет, но думаю можно ещё кое-что сделать.

Захватив мою ладонь, ведет ниже и с помощью неё сжимает твердый как камень член. От этого прикосновения, у меня внизу живота болезненный спазм выстреливает.

– Блин, – быстро вырываю руку. – Ты совсем больной?

Вспыхиваю вдруг и обиженно отворачиваюсь.

Дурак.

Пальцы пощипывает. Я в шоке.

Костров кряхтя и тяжело дыша перекладывается на другой бок и бережно обнимает меня сзади. Его раздутый пах недвусмысленно упирается в мою поясницу:

– Кажется, у нас проблемы на поле, Кудряшка.

– Какие? – замираю.

– День святого Валентина только начался, а я уже в тебя влюбился…

Глава 7. Вэл Костров – это бренд

– Ты в курсе, что ты пахнешь одуванчиками, Кудряшка? – слышу над ухом хриплый шепот.

В глаза тут же бьет полуденное солнце, а я пытаюсь прийти в себя. Вообще не понимая, где я и как меня зовут? И кто, черт возьми, прижимается ко мне сзади?

– Блин, Костров, – морщусь от нахлынувших воспоминаний. – Ты так и спал, что ли? Не отлепляясь?

– Спал, – ворчит Вэл мне на ухо. – Дрыхла в этой комнате только ты, Кудряшка. Кстати, ты храпишь.

– Не ври, – смеюсь, зевая. – И почему ты не спал?..

– Силу воли тренировал.

– Получилось?

– Твой цветочек не сорван, Кудряшка, значит, да, – выговаривает он иронично.

– Фу блин, Костров, – хихикаю, зажав рот ладонью. – Почему ты такой пошляк?

– Это всё ты виновата.

– Я???

– Конечно, так нежно поглаживала мою ногу ночью, что товарищ повыше обзавидовался.

– Хватит, умоляю.

Усмехаясь, встаю с кровати и озираюсь.

М-да, перед Соболевыми очень неудобно. Приехала на свадьбу и провела ночь со свидетелем. Кто там будет разбираться, что единственные стоны в этой комнате принадлежали мужчине по причине травмированного колена?..

Кстати!

– Как твоя нога? – оборачиваюсь.

– Нормально, – безразлично отвечает Вэл, откидываясь на подушки и прилежно сканируя открытые участки моего тела. – Нога болит, но только если сильно нагружать.

– Ясно.

Украдкой рассматриваю страшные татуировки, твердый пресс, и пытаюсь сдержать улыбку.

Такие мы смешные. Разглядываем друг друга, будто прицениваемся.

– У нас сегодня с тобой разнообразная программа, Кудряшка, – тянет Вэл, хватая телефон с тумбочки. – Сейчас всё оформим.

– Боже, скажи честно, зачем это всё? – подхожу к зеркалу и пытаюсь забрать волосы наверх, в гульку.

Когда получается, ищу в шкафу спортивный костюм.

– Женщина бросила мне вызов, я не могу ударить в грязь лицом, – "по-дартаньяновски" заявляет.

– Так, – разворачиваюсь, одевшись. Упираю руки по бокам. – У меня будет несколько условий, Вэл Костров.

– Ого, я значит ей влюбиться в себя предлагаю, а она условия ставит, – недовольно проговаривает.

Делает вид, что оскорблен до глубины души.

– Не дуйся, – смеюсь. – Оно всего одно. Ты не будешь тратить свои деньги.

– В смысле? Хочешь сделать меня альфонсом? В смысле, эротическая фантазия у тебя такая?

– Костров, – злюсь.

– Молчу, – поднимает он руки, а затем целомудренно поправляет простынь, прикрывающую его пах.

– Ты же хочешь влюбить меня в себя? А не в свои деньги?.. Всё должно быть честно.

Пристально на меня смотрит.

– Вообще, Ива, я договорился за полёт на спасательном вертолёте. Даже Яна Альбертовна согласовала. Ради тебя, между прочим.

Закатываю глаза. Он уже и мэра подключил.

– Никаких полётов. Никаких крутых ресторанов, мерседесов и дорогих подарков, – загибаю пальцы. – Только ты и я. И наш родной город. Я год здесь не была.

– Ясно, – фыркает Вэл, резко поднимаясь и натягивая брюки. – Покормлю тебя шаурмой с котятками и дам запить остатками чьей-нибудь газировки. А потом пойдем запускать ручейки и валяться в черных сугробах.

– Найдём чем заняться. Не переживай. Кстати, нас уже открыли, –киваю на дверь.

Следующие два часа мы проводим в доме у Соболевых. Завтракаем, обсуждаем вчерашнюю свадьбу и болтаем. Богдан Анатольевич готовит мясо на углях, а Софа, их младшая дочь, угощает всех гостей вкусной яичницей.

В полдень мы наконец-то оставляем свои вещи в гостевом доме и выезжаем в город. Я соглашаюсь на такси, чем неимоверно радую Вэла. Он всю дорогу ворчит, что в машинах из раздела «эконом» с его габаритами ездить невозможно – ноги упираются в переднее сидение. Обещаю, что обратно мы вернемся хотя бы в «комфорте».

Выглядит Костров при этом довольным.

Он, так же как и я, одет в светлый спортивный костюм, кроссовки и утепленный бомбер. Только почему-то без шапки. Предвкушая классную прогулку по городу, смотрю на пролетающие за окном улицы и тоже чувствую себя счастливой.

Возможно, я даже готова лицом к лицу столкнуться с прошлым?.. Вот так. Взявшись с ним за руки! Вместе.

– Сегодня ведь четырнадцатое февраля, – зачем-то вспоминаю.

– Ага, – усмехается Вэл. – Ты знаешь, что в Германии это праздник душевнобольных? Психиатрические больницы украшают, а в церквях проходят службы.