Вне времени
Шрифт:
оттуда.
Он прошел мимо байкера и взял ключ от офиса с крючка у двери. Ральф мог видеть
периферийным зрением, как Рэд осматривает комнату в поисках телефона.
Байкер зашел в номер.
— Уверен, ребенок? Может, у твоего деда есть? — он направился в спальню и
нащупал выключатель.
Ральф стоял прямо за ним и мог сказать, что мужчина медленно осматривается.
Телефона нет. Впрочем, как и старика.
Все еще притворяясь сонным, Ральф ответил:
— Нет. Здесь телефона тоже нет, — он обошел Рэда и подошел к ночному столику.
Взял недокуренную сигарету и затушил о дно пепельницы. Затем посмотрел на
дверь ванной комнаты. Свет был включен, пар просачивался из-под двери.
— Твой дедушка всегда принимает душ в середине ночи? — спросил Рэд, кивнув в
сторону уборной. Он уже не казался пьяным.
— Ага. Говорит, что пар помогает его легким. Дышать легче становится. Вероятно, ему было бы легче дышать, брось он курить.
Ральф покачал головой и направился в гостиную, оставляя Рэда стоять в дверном
проеме спальни.
Тот еще раз осмотрел комнату. Здесь нет телефона, и он был уверен, его нет и в
ванной. Байкер, притворно пошатываясь, зашел в гостиную. Ральф уже лежал на диване.
— Прости, что побеспокоил тебя, ребенок. Я просто дождусь утра. Если, конечно, вспомню, кому хотел позвонить, — он выключил свет и закрыл за собой дверь.
Ральф вскочил и выглянул в окно. Он наблюдал, как Рэд поднял связку ключей с
травы и направился к офису. Не пошатываясь.
На следующее утро три байкера попросили сковороду, несколько яиц и что-нибудь
мясное. Ральф принес, что имелось в наличии, и увидел, что они снова разожгли огонь и
разместили на нем решетку от одного из мангалов. На вершине всего этого стоял
кофейник. У них было что-то наподобие армейского комплекта, поэтому не понадобилось
приносить посуду. Спасибо и на этом.
Ральф занимался делами и вел себя так, словно прошлой ночью ничего не
произошло. Парни, в конце концов, закончили завтракать и убрали беспорядок. Рэд
сообщил, что они уезжают. Собрав все свои вещи, байкеры стояли у костра и
разговаривали. Ральф прошел мимо и начал убирать стулья, решив вернуть их к бассейну.
Уходя, он повернулся спиной к мужчинам.
— Эй, мальчик, что это? Ты что-то уронил.
Ральф повернулся и увидел парня, представившегося как Дасти, который держал
что-то в руке. Он отбросил стулья, когда понял, что это фотография Рути и Разора.
Должно быть, она выпала из кармана. Он считал ее своим талисманом и никогда не думал, что будет делать, если потеряет ее.
Мальчик кинулся к Дасти, чтобы забрать фотографию, но тот ожидал такого
поворота событий и сделал шаг назад.
— Воу, воу, мальчик. Дай мне секунду посмотреть. Не заставляй скручивать твои
яйца.
Ральф снова подошел, но Дасти сделал еще один шаг и поднял вверх руку, в
которой была фотография.
— Прекрати издеваться над ребенком. Отдай ему фотографию, — прорычал Рэд.
— Отдам. Просто не понимаю, чего все всполошились. Просто девчонка и ее
собачка.
Дасти протянул руку Ральфу, и, когда тот потянулся, отдернул ее до того, как
мальчик смог взять снимок. Быстрое движение отвлекло его внимание от фотографии, и
как в замедленной съемке она медленно приземлилась в костер и исчезла в пламени.
Снимок загорелся, и прежде чем он смог дотянуться, уже сгорел. Ральф остановился и
просто смотрел.
Они ушли. Он никогда больше не увидит улыбку Рути. Ее кудряшки. Никогда не
увидит преданные глаза Разора. Никогда.
— Ну и дела, малыш. Не хотел, чтобы это произошло, — Дасти говорил искренне.
Трое мужчин покачали головами и направились к своим мотоциклам. Дасти шел
последним.
Раздался громкий, почти гортанный, крик и, не успев обернуться, Дасти оказался
на земле, а Ральф на нем. Мальчик подхватил один из кусков дерева из огня и изо всех сил
ударил мужчину. Дасти лежал на спине. От удара он не вырубился, но был стишком
ошеломлен, чтобы сопротивляться. Ральф сидел на груди и бил ему морду. Рэду и Чопсу
пришлось вдвоем оттаскивать мальчика.
Рэд поднял Ральфа, схватив за подмышки, и поставил на ноги. Затем схватил
руками мальчика за шею, затрудняя возможность выбраться из захвата. Его дыхание было
сбито. Рэд держал парнишку, пока Чопс пытался помочь Дасти.
— Успокойся, ребенок. Расслабься и дыши спокойнее. Я понимаю, почему ты
обезумел. Дасти — мудак, но я знаю, что он не со зла. Успокойся.
Дыхание Ральфа выравнивалось, пока он смотрел, как Чопс помогает Дасти
принять сидячее положение, достает платок из кармана и передает его байкеру, чтобы тот
вытер льющуюся из носа кровь.
Дасти посмотрел на Ральфа.
— Мне, нахрен, следовало убить тебя, мелкий ублюдок. Ты, блять, сломал мне нос.
— Заткнись, Дасти. Ты вылил свое дерьмо на него. Сам виноват. Вы, двое.
Садитесь на байки. Проваливайте. Я догоню.
Рэд не ослабил хватку, пока они наблюдали, как Дасти и Чопс подходят к
мотоциклам. Дасти немного пошатывался. Тот удар в голову был довольно сильным.
Видимо у мальчика тяжелая рука.
Когда они уехали, Рэд подошел к Ральфу. Тот повернулся к нему лицом.
— Это его вина.
— Я знаю. Ты не сделал ничего плохого.
Они остановились и посмотрели друг на друга. Рэд возвышался над парнишкой.
Запугивал. Огромный, грозный, весь покрытый татуировками, он обладал глубоким, раскатистым голосом. Ральф первым отвел взгляд и посмотрел на татуировки, что
показывались из-за воротника футболки Рэда. Мужчина ответил на незаданный вопрос.
— Это дьявол. Ты видишь его красный хвост.
Ральф промолчал, просто посмотрел обратно на лицо Рэда. Было что-то во взгляде