Чтение онлайн

Акмаль вынимает мокрую руку на слабый, почти интимный свет, с блаженным наслаждением разглядывает пальцы, сводит их вместе, разводит в стороны, наблюдая, как между ними тянутся тонкие нити склизких выделений.

Встаёт со скамейки, тянет меня за собой и резко усаживает на клавиши. Следующим движением стягивает колготки, наматывает их на руку, подносит к лицу, затягивается запахом, прикрывая веки.

Мои капронки на его руке — как бинт, только вместо крови впитавший соки моего оргазма.

Он встаёт между моих коленок, руками сжимает бёдра, пальцами впивается в кожу. Раздвигает их ещё шире, до боли в жилах. Ныряет горячим взглядом в распахнувшееся влагалище, из которого на клавиши потекла естественная смазка и женский эякулят. Парень собирает всё до капли рукой с колготками, чтобы капрон пропитался насквозь.

Слышу звон металлической бляшки кожаного ремня и звук расстёгивающейся молнии. Ровный, красивый член — твёрдый и довольно внушительный на фоне чёрных штанов и рубашки — касается моей коленки. Акмаль ведёт им по нежной коже внутри бедра, к лобку.

На нём нет защиты.

Я хоть и пьяная, и дико возбуждённая, но соображаю.

— Презервативы есть? — упираюсь носком ноги в его каменный живот и немного отталкиваю.

Парень смотрит на мою ногу, возбуждаясь от дерзости. Рукой, обмотанной мокрым капроном, обхватывает лодыжку.

— Я не трахаюсь с резиной, — обозначает правила. Которые устанавливает только он.

Понимаю, что он возьмёт меня в любом случае — такой стояк сам по себе не пройдёт.

— Справка об отсутствии инфекций? — спрашиваю с надеждой.

— В первый раз с настоящим врачом, — усмехается. — Это интересно.

Неожиданно резко отводит мою ногу в сторону, одновременно сделав шаг навстречу, попадает в цель, врываясь в меня до упора, заставляя стенки влагалища растягиваться, пульсировать и гореть.

— Я чист, — произносит спокойно и уверенно. Резко выходит и так же быстро вбивается обратно.

— Боже, какой он большой, — хнычу, прижав рот ладошкой, чтобы не кричать. Это самый большой член в моей жизни. Он распирает изнутри, заполняет не только влагалище, но и всю меня целиком. Каждое движение — как молотком по нервам: больно, остро, мощно. Но как только он выходит, живот сводит судорогой от желания испытать это ещё раз.

— Привыкнешь, — бросает с жестокой улыбкой.

Обнимаю его талию ногами, попой ощущаю давление клавиш.

Ещё толчок. Насквозь прошибает горячим потом. Теряю рассудок.

Слёзы скатываются по щекам от переизбытка и разнообразия эмоций. Его власть заставляет раствориться, подчиниться. Он словно командует не только моим телом, приказывая ему неистово кайфовать, принимая в себя огромное, смертельное оружие, но и моими чувствами, заставляя желать ещё и ещё, хотеть его всей женской сущностью, каждым отверстием, каждой порой на теле.

Смотрю в его лицо, ласкаю взглядом объёмные губы, которые так и не удалось попробовать. Вижу, как он трахает меня на пианино — в чёрной рубашке, с намотанными на руку моими колготками. Сердце заходится на виражах, вызываемых сексуальной картиной. Это настолько мощно, что каждый толчок в меня — почти до оргазма.

Лицо мокрое от слёз, пианино мокрое от моих выделений. Влагалище почти растянулось и приняло объём желанного члена, но когда он входит до упора, кажется, что головка упирается в желудок. Я знаю анатомию тела и понимаю, что это невозможно, но чувствую именно так.

Акмаль жёстче впивается пальцами в мои бёдра, сильнее проникает в лоно — быстро, безжалостно.

— Ты меня порвёшь, — хнычу, заходясь в невозможном удовольствии.

Он беззвучно смеётся, сверкнув пламенем в чёрных глазах. И словно хочет доказать правоту моих слов, снова врывается без предупреждения, натягивая стенки внутри до треска и дикой чувствительности. Я чувствую каждый сантиметр, каждую вену. Тело напряжено, живот камнем — не могу даже пошевелиться. Ощущения настолько сильные, острые, сверхмощные, что я не могу даже стонать, только дышу быстро, поверхностно.

— Расслабься, — приказывает жёстко. Трахает быстрее, увеличивает темп.

Расслабиться? Я на грани сердечного приступа. Я почти кончила уже раз пятьсот — от каждого толчка.

— Иначе я буду иметь тебя до утра, — угрожает и вбивается ещё жестче.

Угроза действует. Делаю глубокий вдох, затем выдох. Расслабляю тело, живот — и тут же прокатывается огненная волна, следом вторая. Низ живота сводит судорогой, матка каменеет.

— Да, да, да! — какой-то дьявол орёт вместо меня так громко, что я сама глохну.

Это мощнее всех оргазмов до этого. Кажется, что потеряю сознание. Дёргаю бёдрами, пытаясь освободиться от члена. Пинаюсь в каменный живот парня ногами, ползу спиной вверх по крышке пианино. Тело всё ещё пробивает насквозь блаженным удовольствием. Трясусь, дрожу, плачу, лезу попой повыше.

Акмаль грубо подтягивает меня за ноги обратно к себе, возвращает на клавиши, и с хищным взглядом безжалостно вставляет орудие убийства обратно — в пульсирующее от оргазма, извергающее водопад влагалище. Трахает жёстко, удерживая на месте, вдавливая ладони в мои бедра.

Оргазм длится вечность. Или это уже второй. Немеет даже мозг, в глазах темнеет, я уже не стону — скулю, бью ладонью по клавишам и не слышу ни звука.

— Да, ещё, ещё, ещё, да, — глотаю воздух быстрыми глотками.

Тело выжимает из себя последнюю волну, самую жаркую, и полностью расслабляется.

Обмякшим холодцом то смеюсь во весь голос, то тут же рыдаю.

Акмаль делает несколько уверенных толчков, заглядывает в глаза.

— Контрацептивы принимаешь? — холодным, рассудительным тоном.

Киваю.

В следующую секунду оружие выстреливает внутри, наполняет до краёв, распирает стенки, обжигает. Приятное, до мурашек, тепло разливается в животе.

Акмаль вытаскивает ещё твёрдый член, вытирает каплю жемчужного семени на кончике головки о моё бедро, возвращает его в штаны, застёгивает ширинку. Не торопясь затягивает и застёгивает ремень.

А я не могу пошевелиться. Влагалище сокращается, выталкивая из себя тёплую, приятную сперму — прямо на клавиши пианино.

Жарко, как в сауне. Щёки горят, лоно внутри приятно побаливает, пылает и уже изнывает от желания повторить.