Чтение онлайн

— Просто пошла за компанию с Олей. А вы?

— Должен признать, тебе удалось меня удивить Зина, — ответил он, игнорируя мой вопрос.

Дорога домой оказалась легкой, мы болтали обо всяких мелочах. Магнитизм Валентина имел колоссальную силу! Время будто остановилось и мы попали в какой-то пространственный тоннель, где не было ровным счетом никаких проблем. Я ощущала себя так будто никакой Жора меня не душил, и вообще я бесконечно счастлива. Да, конечно горло болело, но я не замечала этого. Периодически хваталась за него и кашляла, чтобы Валентин не заметил моего чрезмерно приподнятого настроения. Всетаки роль слабой ранимой женщины сейчас уместнее, чем Зины, которая полыхает страстью уже через пол часа после нападения, позабыв обо всем!

Мы у ворот, и направляемся к дому, где уже почему-то горит свет. Я буквально считаю шаги, ведь как только мы дойдем, объятия закончатся, и увы более могут не повториться.

В гостинной нас встретила совсем юная девочка лет пятнадцати: она лежала на диване с ноутбуком, в белых гольфах, красиво оттеняющих загорелые стройные ноги. Завидев нас она и не думала подойти на встречу. Продолжила смотреть в голубой экран, игриво болтая ножками.

"Что ты так долго?", — обратилась она к Валентину, делая вид будто меня не существует.

— А ты почему еще не спишь? — строго спросил он.

— Я и дома ложусь не раньше трех ночи.

— Иди спать.

Девочка возмущенно закатила глаза и встала. Тут же из пятнадцатилетней стала смотреться на все восемнадцать! Обтягивающие шортики, короткий топ, что вот-вот обножит грудь и розовый леденец, который она все время крутит во рту.

— Зина — это Арина, моя двоюродная сводная сестра. Арина — это Зина, наша домработница, ты будешь ее во всем слушать.

— Я не хочу идти спать! — возмутилась Арина, демонстративно игнорируя меня.

— Тебя здороваться не учили?

— Здравствуйте, — сказала сестрица, не удостоив меня взглядом.

Я ответила ей с улыбкой. Сначала внутри меня все засвербило, вот только этой прекрасной Лолиты нам здесь и не хватало. Я отлично понимаю зачем она надела такие короткие шорты, гольфы и этот микро топ… Титул "сводная" дает ее воображению право проигрывать любые фантазии в отношении "брата", не родная же сестра. Стоит только начать чувствовать себя по человечески, как найдется кто-то или что-то, что попытается тебя сбить с истинного пути. Нет! Этому не бывать. Это прошлая Зина могла позавидовать чьей-то внешности или фигуре, могла оскорбиться чужой красотой. А нынешняя Зина, уверенная в себе, настоящая богиня, которая достойна лучшего отношения прежде всего от самой себя! Я не хочу унижать себя ревностью к мужчине, еще и не к своему. Нет. Делаю глубокий вдох, широко улыбаюсь.

— Здравствуй Ариша. Если тебе что-то потребуется, обращайся ко мне в любое время, — совершенно искренне и любезно говорю я.

Моя задача отлично выполнять свою работу в этом доме, и я не позволю старым демонам затянуть меня в прошлое полное сомнений в себе. Это прекрасное юное создание не в состоянии поколебать мой настрой, никто и ничто отныне не в состоянии это сделать.

Валентин проводил меня до комнаты, и когда я собиралась открыть дверь он вдруг взял меня за плечи и развернул к себе.

— Ты действительно в порядке?

— Да, да все хорошо, — я невольно потерла шею.

Несколько мгновений он смотрел мне прямо в глаза, а я уже поплыла. Живот свело от пресловутых бабочек, что так часто бывают в шестнадцать, и так редко после тридцати.

— Хорошо, тогда доброй ночи, — Валентин резко развернулся и ушел.

А я наконец смогла выдохнуть и войти в комнату. Не знаю, что будет завтра. Я так устала от планирования своей жизни, могу я наконец просто наслаждаться тем, что есть сейчас? Жора, конечно сволочь, и я почти билась в истерике после происшествия еще каких-то пару часов назад. А сейчас, сейчас я бесконечно счастлива. Без слов мне понятно, что лед тронулся. Я больше не просто уборщица Зина, теперь я кто-то, ради кого он набил морду лучшему другу. Знаю он сделал бы тоже самое, будь на моем месте кто угодно другой, но сейчас это не имело никакого значения!

***

Арина все еще находилась в гостинной, когда я направлялся к себе. Она бросила в след какой-то вопрос, на который уже не хотелось отвечать. Этот вечер слишком насыщен событиями: кровавое месево вместо лица Жоры, испуганная Зина с отпечатками его грязных лап на шее, все эти извращенцы в клубе и крики Эли, недовольный, но все еще влюбленный Егор. Как будто я уезжал в командировку на несколько лет, а не дней. Все так быстро изменилось. Я поймал себя на мысли, что Зина была в какой-то степени привлекательна в своей слабости и беспомощности. Это было что-то первобытное, незыблемое, вечное, то что отличает нас от женщин, то что дает мужчине право называться таковым. И оно опьянило меня, я мог остановиться на том, чтобы просто оттащить Жору и скрутить, но предпочел избить, растоптать его в глазах всех присутствующих. Жалею? Нет, каждый раз когда вспоминаю кровоподтеки на шее Зины, думаю, что ублюдок еще легко отделался. У него прочная бошка, он быстро выпишется, а она еще долго будет помнить этот кошмар.

Когда я провожал ее, стоя перед комнатой на секунду захотелось поцеловать ее. Нахлынуло чувство, что происходит лишь первое время в юности, когда берешь за руку ту девушку, что долго нравилась. Когда первый раз ее целуешь. Я как будто проснулся от эмоционального анабиоза, но быстро вернулся в него. Это был мираж, всего-лишь опьянение своей силой и ее слабостью.

Я решаю окончательно себя добить. Темно-зеленая папка с данными о моей матери лежит на столе. Мне нужно сделать это сегодня.

Сбивчивый стук в дверь, из-за которой выглянула Арина.

— Можно? — интересуется она.

— Нет.

— Ну Валя, — захныкала сестрица.

— Что тебе?

— Мы завтра поедем к Гнусу? Ты обещал!

— Да. А сейчас уходи, я занят.

Папка увесистая. Я наконец решаюсь приоткрыть завесу.

На бумаге заглавными буквами написано.

"Досье Сахаровой Анны Павловны".

Сердце невольно колотится. Я замираю. В командировке мне снилось будто она заперта в псих. больнице алчным отцом, будто ждала меня всю жизнь. Я приезжаю, чтобы вызволить мать, но слишком поздно. Она умерла. Как дешевая мыльная опера, и пускай! Я так любил ее во сне, но не испытывал ничего подобного в настоящей жизни.

***

Заканчиваю читать с четвертой сигаретой в зубах. Ну и мразь же ты мамочка. Уж лучше бы ты была шлюхой, или заточенной в дурке блаженной. Все чего мне хочется после прочтения, взглянуть на твою сволочную рожу. Ненавижу.

***

Арина лежала в комнате, предаваясь мечтам. Образ Гнуса почти выветрился, хотя все еще сохранял невнятные очертания, которые неприятно отдавали холодком в сердце. Ей казалось она любила его. Какая дура! Валежников, сводный брат — вот, где настоящая любовь. Взрослый, красивый, богатый. С таким не стыдно, с таким гордо! Гнус с его рэпом, конечно был неплох, но Валентин. Да подруги локти будут кусать, если увидят его фотку! Арина закусила губу и представила, как выкладывает в инстаграм и фэйсбук фото, где Валежников целует ее. Сначала воображение крутило слайды из простых фото: они с Валентином гуляют, целуются, тусуются в клубах, отдыхают на пляжах! А затем началась свадебная серия. Арина выберет самое пышное платье, или нет, нет же! Ей не хочется быть как все эти старые двадцатипяти и тридцатилетние клуши. Коротенькое сексуальное белоснежное платье в самый раз. Рвать все шаблоны, нарушать запреты — вот это по душе. Пускай сейчас ей шестнадцать, но через полтора года уже восемнадцать, так что помечтать о свадьбе вполне можно! А так ли нужна эта Америка, когда в Москве живет парень ее мечты? Валентин ей конечно и в первый раз понравился, когда они с матерью поехали знакомиться с новыми родственниками. Но тогда она была совсем девчонкой, а он казался таким взрослым, шансов не было. Но сейчас все иначе! Арина встала с кровати, покрутилась перед зеркалом, выбирая лучший ракурс для селфи в нижнем белье. Один клик, и томная картина оказалась в инстагрме. Дело осталось за малым, найти Валежникова там, и еще в фэйсбуке! Тогда можно будет присылать ему милые сообщения, и тому подобное. Арина вытащила новый чупа-чупс из рюкзака и вбила запрос в гугле: "Как понравиться парню старше тебя".

Глава XVII: Эго Драма

Сахарова Анна Павловна проживает в Подмосковье, работает бухгалтером. Сейчас замужем, двое детей не считая меня. Официально с отцом не регистрировалась, сразу после беременности они разошлись. В то время отец был в долгах, бизнес не ладился. Оказывается до трех лет я жил с ней. Затем она выходит замуж за профессора археологии. Очевидно новый самец не захотел воспитывать чужую кровь, и она отдает меня отцу словно игрушечного младенца. Куски пазла складываются в гадкую картину, надо мной домокловым мечем светится клеймо "покинутый". Значит это его критически близкое соседство я чувствую последние пол года, это он не дает мне спать, лишает вкуса к жизни. Как может быть счастлив человек, оставленный матерью? Ее плоть и кровь, брошенная на алтарь жертвенности ради статуса замужней, неодинокой женщины. Понять, что чужой член важнее сына оказалось больнее чем можно представить. Я не спал всю ночь, собственные мысли червями изъедали привычную реальность, обнажая истинное положение дел, где труп материнской любви давно сгнил, а ее плод превратился в неприкаянного монстра без рода и племени. У отца, по крайней мере, хватило мужества взять ответственность, пускай и без особой любви. Придуманная им байка, кристально чиста и невинна по сравнению с реальностью. Он хотел, чтобы я ненавидел ее, но оставлял место для прощения. Правда же — лишает меня этой блажи.