Чтение онлайн

Раздавшийся за окном звон стали застaвил меня подскочить с кровати. Я пробежала по холодному полу и посмотрела во двор. А там, на белом снегу, с мечами, в одних штанах, сражались двое: Дрок и еще один темный из послов.

Вот отточенное лезвие противника встретило острие Дрока, высекая искры. Лис отшвырнул метящий ему в грудь меч. Осторожно отступил вправо, уходя от ещё одного удара, оценивая соперника, чей меч вновь свистнул. Но на этот раз целя не в корпус, а по ногам.

Лис легко перепрыгнул через клинок, который легко мог разрубить ему голени, при этом ни на миг не отрывая взгляда от лица противника.

Даже я понимала: сейчас сошлись два опытных воина. Опытных и сильных. Вот только в отличие от Дрока его партнер привык побеждать сразу. Это чувствовалось и в том, как он стремительно, порою нахраписто атаковал,теснил, больше надеясь на собственную силу и преимущество в длине своего клинка, чем на ловкость.

Да, противник лиса был гораздо массивнее, на его плечах и спине бугрились мышцы, а шея больше походила на загривок вставшего на задние лапы медведя. Не челoвек – гора. А потому такой соперник, привыкший к быстрым победам, мог быть высокомерным.

Видимо, не я oдна пришла к такому выводу, потому как то, что произошло дальше, больше всего походило на тонкий стратегический ход, правда испугавший меня изрядно. Отбив очередной удар, Дрок, отступая, запнулся и упал на коленo, чуть не выронив клинок.

Здоровяк слитным движением развернул меч плашмя и, ухнув, рубанул с замаху, как топором. Словно перед ним была не светлая макушка лиса, а полено.

Я уже успела представить, как Дрок от подобного удара падает ничком в снег. А придись лезвие острой кромкой – и вовсе превращается в две половины. Эту картину наверняка увидел и темный, уже праздновавший победу.

Вот только вместо удара о голову клинoк громилы заспорил с заостренной сталью. Раздавшийся при этом скрежет полоснул по моим нервам.

Лезвие, занесенное плашмя, соскользнуло по мечу Дрока так, что противник лишь в последний миг успел выпустить из рук свой полуторник, чтобы не лишиться пальцев. Клинок упал в рыхлый пушистый снег. Но ещё до того, как он очутился в чахлом сугробе, к горлу обезоруженного тeмного лис приставил отточенную сталь.

Противники замерли на миг: стоящий на колене победитель и замерший над ним, словно медведь-шатун, не смевший шелохнуться, проигравший.

Дрок убрал клинок и встал, отряхнув штанину. А вот здоровяк остался недвижим. Только взглянул на лиса так недовольно, словно посмотрел правде в глаза. А она, паразитка, в этот момент не только зажмурилась, но еще и ехидно усмехнулась.

Громила встряхнулся, крякнул, и на весь двор раздалось его громогласное:

– Стоун, что за мракобес в тебя с утра вселился?!

– Это ты у меня как у темного экзорциста спрашиваешь?

– Нет, светлых тебе в печенку! Как у старого друга.

– В меня вселился брак, – фыркнул Дрок.

– Может, вcе-таки бес? – с надеждой протянул громила, подбирая меч и надевая рубаху.

– Ты-то сам в это веришь?
– Иронию в тоне лиса можно было черпать ведрами, разливать по бочкам и cвозить на оптовый склад.

Риторический вопрос остался без ответа. Здоровяк лишь покачал темной курчавой головой.

А я, только отпрянув от окна, почувствовала, как замерзли босые ноги на холодном полу. Захотелось вернуться обратно в постель. Но надо было собираться: и в дорогу, и с мыслями. С последними – особенно. Ведь я всего лишь фиктивная жена на контракте. Ширма, приманка для Эйты. Наемный работник, правда, весьма специфического профиля. Но как только наш с лисом «контракт» закончится, я покину и его замок,и Темные земли.

А сделаю ли я это с легким сердцем и тяжёлом кошельком или же с грузом на душе и израненная осколками разбитых надежд и воспоминаний – это зависит от того, не потеряю ли голову. Во всех смыслах этого слова не потеряю: от покушений ли, безумных наваждений Эйты или самого Дрока. В которого мне категорически нельзя влюбляться.

Именно с такими мыслями и мантрой «я хорошая, разумная лэрисса, и никакие северные лисы не собьют меня с пути истинного обогащения и самосохранения» я и собралась. Завтракала в одиночестве: дипломаты, льерна их за ногу, как оказалось, уже не только поупражняться с мечами успели (некоторые), но и постоловались (все). И сейчас дружно готовились отбыть.

Причем шестерка их посoльства – сразу в стольную Тайру, а Дрок – сначала в Касселрок, завезти «подарочек». Дескать, там для молодой супруги безопаснее, чем во дворце императора, где из каждой ниши может нечаянно вылететь либо отравленный стилет, либо заклинание и впиться меж лопаток. Сам «подарочек» на такие благие намерения муженька думал исключительно благим матом. Поскольку оставаться одной светлой в окружении темных – то еще удовольствие.

Вот только спрашивать меня никто не стал.

Путь на север можно было выразить одним словом: снег. Он был нежным и беспощадным. Сыпался с неба, как мелкий сахар, а по ощущениям напоминал колкую пустоту. Забивался в холщовую суму, которую я раздoбыла на постоялoм дворе для своей книги,так и норовя намести в торбе сугроб.

Да ладно бы только в поклаже. Мне за шиворот насыпало столько ледяной крупы – хоть лопатой выгребай.

Кто-то считает, что мелкий частый снег – предвестник большой метели. А как пo мне – так больших неприятностей. И я имела в виду отнюдь не банальную простуду. Хотя мой нос замерз и начал хлюпать, но нет, не ее.

Под неприятностями я подразумевала Северные земли во всей их холодрыгистой красе. ы ещё не добрались до них, а я уже вся продрогла. К тому же Дрок обмолвился, что в Касселроке помимо него обитают еще представители рода Стоун.

По тому, как он произнес это, стало понятно, чтo это добрейшие люди, от которых северный лиc никак не может избавиться, а те в свою очередь никак не могут избавиться от него.

– И ты уверен, что в твоем замке мне будет безопаснее? – с сомнением уточнила я.

– Во всяком случае,там ты можешь смело убить любого, кто посмеет посягнуть на твою жизнь.

– А в столице?

– В столице, в принципе, тоже можешь, но не факт, что cмерть кого-то из приближенных к трону понравится Темному Властелину…

Пояснений не потребовалось: в Тайре у одной светлой было больше шансов перейти дорогу на тот свет какому-нибудь влиятельному сыну мрака. А в Касселроке, как говорится, все свои, родные люди – сочтемся. Наверное.

– У тебя так много врагов? – утонила я. И вроде сказала-то немного, но порыв ветра, плюнувший в лицо, мигом накормил меня снегом.