Чтение онлайн

Я отвязала Медка и Вэй проворно вскочила на него, даже не удосужившись надеть седло. Пони нервничал, и я лишь успела нацепить на него сбрую, как он тут же засеменил подальше от театра.

В последний раз я взглянула на догорающий купол театра, ленточки которого из ярко алого стали серыми, и двинулась прочь вслед за Вэй, которая только, и успевала, что пришпоривать Медка.

За весь наш путь Вэй ни разу не спросила, куда мы едем. Все мои попытки разговорить её закончились провалом. Та Вэй, которую я знала и любила все эти годы, осталась в прошлом. Теперь со мной ехала безжизненная кукла с грязным лицом, порванным платьем и потухшими глазами.

До Боулд Спрингс было меньше суток, но мне казалось, что наш путь занял неделю. К счастью, погони не было, и это упростило путешествие. Иногда нам встречались патрули или небольшие группки солдат, но мы избегали их, прячась за кустами и деревьями. Над нашими головами нависли тёмные тучи, которые грозили разразиться плотным ливнем, поэтому я нет-нет, да поглядывала на хмурое небо.

Медок успокоился спустя пару часов после нашего путешествия и теперь неторопливо шагал по мягкой от влаги дороге. Мы с Вэй поочерёдно менялись, давая друг другу возможность отдохнуть, а также делали привалы, давая Медку пощипать траву. В один из них, когда Вэй сидела на голой земле рядом с беззаботным Медком, я не выдержала и сказала:

– Неужели тебе совсем всё равно, куда мы едем?

Вэй перестала выдёргивать редкие травинки и как-то по-особому посмотрела на меня. В этом взгляде не было ни злости, ни разочарования, скорее он был полон… Скорби?

– Мне неинтересно, – наконец сказала она. – Мне больше ничего не интересно, Лили.

– Почему ты так говоришь? – Я взяла Вэй за руку, но она через мгновение спрятала руку в карман своего платья.

– Всё, что я любила, осталось там, – она кивнула в сторону, – на пепелище. Театр, Маджи… Выступления.

– Мы должны быть вместе Вэй. Теперь есть только ты и я.

– Надоело! – Она вскочила так резко, что напугала Медка, который тут же бросил жевать траву и беспокойно переступил с ноги на ногу. – Мы, мы, мы! Вечно ты так говоришь, а на деле делаешь, что хочешь ты! Я не хотела уходить, не хотела бежать не пойми куда, не хотела бросать Маджи и Варравара. Это всё из-за тебя!

– Не говори так, – мне хотелось встряхнуть Вэй, чтобы она услышала, какую чепуху несёт.

– Да, да, – Вэй зло улыбнулась, – пока тебя не было, всё шло хорошо. Нет, было даже лучше!

Магия, усиленная надетыми камнями, была готова выплеснуться наружу. Она ревела, струилась от кончиков пальцев до самых корней волос, и мне лишь чудом удавалось её сдерживать. Я закрыла глаза, выравнивая дыхание. Мне не хотелось причинить ей вреда, но ещё немного, и я бы не смогла контролировать свои силы. Тем временем Вэй и не думала останавливаться:

– Вечно ты всё портишь! Поэтому Варравар тебя и не любил и все об этом знали – все, даже Маджи! Все знали, что если что-то и поручить Лили, то она это испортит!

Мои руки жгло так сильно, что пришлось зажмуриться. Я еле переводила дыхание, но последние слова Вэй пробили брешь в моём щите: магия сама вырвалась наружу и пригвоздила её к земле. Это произошло так быстро, что она растерянно осела, не в силах пошевелиться.

– Отпусти, отпусти меня! – Она завизжала с такой силой, что в моих ушах зазвенело.

Я щёлкнула пальцами, и её рот закрылся. Она прожигала меня взглядом полным ненависти, и, не будь она прикована, то наверняка бы кинулась на меня с кулаками.

– Теперь твоя очередь слушать. Итак, Вэй, сейчас за нами гонятся Печальные Братья и им всё равно, есть ли у тебя магия, как у меня, или нет. Они не люди, слышишь меня? Леопольд заколдовал их, это он украл всю магию, а теперь хочет забрать то, что есть у нас.

Вэй успокоилась и внимательно слушала меня.

– Я бы всё отдала, чтобы вернуть Маджи, но никому это не по силам. Также, как я не могу повернуть время вспять. Что сделано, то сделано, сейчас нам нужно добраться до Боулд Спрингс, и там мы решим, что делать дальше. Я подводила тебя много раз, но дай мне последний шанс, и я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Вот увидишь.

Я выжидательно посмотрела на неё, надеясь получить ответ, но она упрямо молчала. Где-то над нами щебетали птицы, а вдалеке можно было различить едва уловимые раскаты грома. Мы смотрели друг на друга, не отводя взгляда, только спустя время я вспомнила, что сама же закрыла ей рот и шлёпнула себя ладонью по лбу. Когда волшебство спало, Вэй набрала в лёгкие побольше воздуха, будто всё это время не могла дышать и проговорила на одном дыхании:

– Что ты задумала? Я хочу знать всё, больше никаких секретов, никакого вранья, по рукам?

Земля под деревом была влажной и холодной, не знаю, как Вэй могла на таком сидеть, но я сразу же почувствовала озноб и присела на корточки, чтобы быть вровень с ней. Я рассказала ей всё начиная с того, что произошло на лесной поляне, заканчивая моей встречей с Леопольдом и погоней. Вэй слушала меня, спрятав лицо за своими грязными ладошками, выглядывая сквозь тонкие пальцы. Когда я закончила, она потянулась ко мне, прислонив руку к моей груди, туда где раньше было моё сердце и прошептала:

– … Так это правда? Ты отдала своё сердце ради магии?

– Ради нас, Вэй.

– И что же… То есть как, как это – жить без сердца?

За всё время, что его больше нет, мне выпало разве что пару мгновений подумать о нём, и я пожала плечами:

– Так же… Разве что стука больше нет. Да и знаешь, на свете столько бессердечных людей, что одним человеком больше, одним меньше – разницы особой нет.

– Не говори так, – она отдёрнула руку, будто обожглась об меня. – Ты не бессердечная, в смысле… Не злая.

Внутри меня что-то сжалось, словно натянутая пружина. Какая же Вэй всё-таки чуднaя: она правда думает, что я не злая? После всего того, что я сделала с ней, с Маджи, с Брауни – я немногим лучше, чем Леопольд. Да и к тому же теперь служу Бериалу.

Будто прочитав мои мысли, она нагнулась ко мне и проговорила:

– Мне неважно, зависишь ты от Бериала или нет, ты всё равно моя сестра, и я тебя люблю.

Она так неожиданно схватила меня в свои объятия, что я завалилась на землю, почувствовав, как липкая грязь отпечаталась на моей спине. Вэй повалилась на меня сверху, прямо как в детстве, и вцепилась в меня, словно мартышка. Под тяжестью её веса я ещё сильнее впечаталась в грязь прохрипев: