Чтение онлайн

— Да. Судя по следам. Но уж лучше они, чем наша ребятня.

— Измененных много ушло? — продолжил допрос торговец.

— Не знаю. Еще не смотрели.

— Мы тоже глянем.

Барий повернулся ко мне.

— Выброс уже прошел. Если интересно, можешь сплавать, поглядеть. Но обратно иди с поднятыми руками, а не то изрубим. Уж извини. Правила такие.

Я не стал задавать вопросов. Вгляделся в зеркало небольшого озерца. Недалеко от берега заметил свечение под водой. Поплыл на разведку. Добравшись до места, нырнул. Вода была прозрачная, поэтому фиолетовое сияние со дна отлично различалось.

Я погреб еще глубже. Рыбы держались от этого места подальше. Кривой разлом на дне источал свет. Края его словно оплавились. Они были облеплены фиолетовыми кристаллами, такого же цвета непонятными наростами, этого же оттенка вязкой субстанцией не то резиной, не то жвачкой.

Я выплыл на берег. Поднял руки. Барий внимательно заглянул мне в глаза и лишь после этого опустил топор.

— Пора валить отсюда, — сказал он. — А не то боги вспомнят про свои обязанности, и явятся закрывать разлом.

— Это же круто! — ошарашенно уставился я на него. — Богов увидим!

— Зеленый ты еще, — по-отечески поджал губы караванщик.

По пути мы высматривали следы. Удалось обнаружить три уходящих тропки. Торговец помог мне дособрать картинку в голове. Разлом плохо изученное явление. Как только он появляется, происходит выброс и все, кто был в непосредственной близости, становятся облученными. Зомби. Их мы и видели ночью. Задача тварей поймать кого-то и сожрать, тогда они превращаются в измененных. Эти существа куда страшнее.

Под утро измененные всегда уходят в неизвестном направлении. Выследить их удается только вблизи крупных городов, где большие гарнизоны. С какой целью они собираются, неизвестно. Но их скрытые гнездовья с каждым днем разрастаются по всей земле.

Боги же обычно приходят закрыть разлом. Правда, делают это с изяществом дровосека. Лес рубят, щепки летят. Это как раз про их метод работы. Попутно могут снести всех и вся, что попадется под руку.

Мы вовремя вернулись в лагерь. Я только хотел поднять уровень, но тут объекты начали бледнеть. Меня выбило.

Оказалось, на всё про всё ушло не больше получаса. Хотя там совсем по-другому ощущалось. У меня сложилось впечатление, что мы часа три бродили.

Я заварил тегуаньинь, и, наблюдая, как чайные листья медленно набухают, напитываясь влагой, окрашивая воду и постепенно разворачиваясь, погрузился в раздумья.

Сегодня осознаться больше точно не удастся. Да, собственно, там и делать нечего. Барий будет набирать людей в охрану и сутки стоять торговать.

Со снами творится какой-то бардак. Уже второй раз спрайты несутся как полоумные, словно на дворе апокалипсис.

Хм. Я вспомнил про Стрекозу. Как её там звали? Неважно. Повинуясь странному предчувствию, ухватив идею за хвост, зашел в АД. Вбил в поиск ник. Десятки вариаций. Стал смотреть аватарки и отсеивать. Раньше мне бы никогда в голову не пришло писать незнакомому человеку, теперь же сразу трём, да запросто.

Надежда оправдалась, перед сном многие посещали АД. Ответы пришли от двух, но по сообщению от первой же, я сразу понял это она.

— Извините за беспокойство, до меня дошли слухи, что через ДримХакер, кто-то приходит к вам в сон.

Написал и почувствовал, как по телу расходится адреналин.

— Допустим.

— А в чем это проявляется? Как вы вообще это поняли?

— А тебе какое дело? Ты откуда это узнал?

— Скажем так, возможно, такая проблема не только у вас.

— Я знала! Я, блядь, знала! Своими отписками могут сколько угодно обманывать себя, но я же чувствовала!

Фух, ну самое сложное преодолел. Я запрокинул голову и прикрыл глаза, успокаивая сердцебиение. Разволновался.

Так, сейчас надо подумать и дать ей то, что она хочет. Рыбка на крючке, нужно подсекать.

— Смотри, что важно. Мы не знаем, верит ли администрация. Не знаем, сколько нас таких. Просто, если у них эта проблема еще с тестерами всплывала, например, и они о ней знают и считают ловушкой сознания — это одно. А если это всё взаправду происходит, и руководство это скрывает или вообще пользуется — это совсем другое, понимаешь.

— Ты буквально озвучиваешь мои мысли! Я целыми днями об этом думаю. Мне уже иногда засыпать страшно.

Поток сообщений полился сплошной простыней. Похоже, ей давно нужно было выговориться, а тема настолько специфичная, что даже поделиться не с кем. Может, Инесса не права, вдруг колеса — следствие вот этого всего, а не причина. С горем пополам мы подошли к сути.

— Спрайты — это же защитная программа, — написала Стрекоза. — Если ты осознался и явно это показал, они могут тебя атаковать.

— В курсе.

— Вот. Но защита работает во все стороны. Если кто-то проникает в твой сон, они защищают тебя от визитера. Если, конечно, заметили его.

Волосы на руках встали дыбом. Я ощутил в висках пульсацию сердца.

Вот что за херня творится. Мои сновиденные персонажи бегут встречать непрошенного гостя.

Итак, что мы имеем?

Какую-то сущность, претворявшуюся моими сновиденными персонажами. Все три раза это были дети. Возможно, из-за того, что я на них меньше всего внимание обращаю. То есть, визитер неплохо меня изучил. Мое восприятие в тот день обострилось, и ему не повезло.

На этот счет есть несколько теорий.

Первая, о которой вопит мой инстинкт самосохранения, ведь главная его цель — сберечь психику. Это Нечто — суперкрутой спрайт, часть моего подсознания, и именно поэтому имеет власть в моем сне. Просто как раковая клетка зачем-то атакует владельца тела. Системная ошибка мозга. Самая безопасная из версий. Я бы очень хотел в нее поверить.

Если копнуть чуть глубже, я бы предположил, что подобный гость нормальное явление, он просто путешествует по чужим снам, а заметить его может лишь тот, кто осознается. Не лишено смысла, хотя с изрядной долей мистики. С другой стороны, мы вообще о мире еще мало что знаем.

Но если добавить еще немного деталей, например, что сразу у двоих людей, играющих в Магоземье, подобный симптом, можно заподозрить, будто всему виной именно это. Федя отмахнулся, хотя в мир снов он погружен куда глубже, чем в игру.