Воровка для дракона
Шрифт:
Альда показалось, что она очутилась в бассейне с расплавленным драгоценным металлом. Ноздри щекотал аромат золота, глаза слезились от блеска. Не сразу ей удалось вычленить в этом сиянии отдельные вещи — золотые тиары, блюда, россыпи монет, кубки, слитки… Она невольно ахнула и застыла на месте, зачарованная.
В свою очередь Ульхар, пользуясь тем, что гостья ослеплена открывшимся ей великолепием и растеряна, беззастенчиво сверлил её пристальным взглядом золотых глаз.
— Когда-то давно… — начал он внезапно севшим голосом. — Много лет назад, когда я был совсем юным правителем, такой же эффект производили на меня девушки, которые собирались на торжество. Я стоял посреди зала и находил прекрасной каждую. Не мог понять, почему нужно делать выбор. Если бы законы позволяли, то женился бы на всех сразу! Мой наставник смеялся надо мной… Он был очень стар, но понимал, что красота имеет великую силу. Потом я повзрослел и начал выбирать невесту, основываясь не только на первом впечатлении от девушек, но и изучая их родовые древа и карты. Их всегда было много — желающих связать себя с драконом вечными узами, но моя избранница должна быть особенной. Не просто умной или красивой, или всё сразу. Она должна была отличаться от всех женщин этого мира. А они все были одинаковыми…
Альда слушала его невнимательно, рассеянно кивала, а сама скользила взглядом по сокровищам, надеясь увидеть то единственное, ради которого она здесь.
— А какое самое особенное из твоих сокровищ? — невинно спросила она.
Ульхар коснулся её щеки кончиками пальцев — очень аккуратно, чтобы не испугать очарованную золотым сиянием гиану. На его лице появилась мечтательная улыбка, и он дождался, когда Альда посмотрит на него. И только после этого тихо выдохнул:
— Конечно же — ты!
Глава 15
Альда осторожно отодвинулась, делая вид, что поглощена великолепием сокровищницы.
«Знаем мы эти игры… Конечно же, ты, дорогая. Правда, на одну ночь… Гадость! Но где же кубок?»
Она обернулась вокруг своей оси, окидывая профессиональным взглядом груды золота и стараясь не пропустить ни одной детали. И неожиданно увидела его! Золотой кубок, чьи грани были украшены рубинами, стоял в нише, отдельно от остальных сокровищ. Сердце Альды затрепетало, она медленно пошла навстречу добыче.
— Какая интересная вещичка, — выдохнула она.
— Действительно интересная, — согласился Ульхар, неслышно следуя за девушкой.
Пока Альда любовалась густо-алыми искрами, играющими на гранях отполированных камней, граф наслаждался грацией и изяществом своей гостьи. Всё же какие чудеса творят с женщинами красивые платья! Эти нежные руки, округлые плечи, стройный стан — всё было создано для того, чтобы носить шёлк и парчу, а вовсе не скрывающие все прелести тёмные тряпки и накидки. Под светлой сияющей кожей воровки были натренированные мышцы, но это не выглядело грубо. Работа взломщицы не изуродовала Альду, как уродуют девушек-служанок тяжёлые вёдра или кастрюли. Она была совершенна!
Ульхар выдохнул короткое заклинание в тот самый миг, когда Альда уже решилась было прикоснуться к ножке золотого кубка. Волшебная посудина подскочила — и оказалась в руках хозяина.
— Как видишь, не только гианы умеют пользоваться телекинезом, — улыбнулся граф. — Этот кубок хотят заполучить многие маги нашего королевства. Подсылают ко мне грабителей и даже убийц иногда. Но такую очаровательную воровку я вижу впервые. Кто тебя нанял, Альда? Какую награду пообещал?
По коже Альды побежали мурашки. Неужели он знает о её сговоре с колдуном? Что-то подозревает? Скорее всего, нет, но граф не идиот, он догадался, за какой вещью Альда явилась в замок.
— Я не могу назвать имени своего нанимателя — профессиональная честь. Вы должны это понимать. Я даже не знаю, для чего предназначен кубок, — Альда хотела сказать часть правды, чтобы отвести от себя подозрения, и, облизнув губы, ступила на зыбкую дорожку. — Но если он действительно так ценен, то… Именно его я выбираю в качестве подарка.
И она смело взглянула в глаза лорда-дракона: «Ты говорил “всё что угодно”? Что же, посмотрим, насколько можно верить твоим словам!»
— Этот кубок имеет ценность только для тех, кто умеет с ним обращаться. Для всех остальных это всего лишь золотая посудина для напитков. Ходят слухи, что если на ночь пить из него тёплое молоко, то будешь жить долго, как… дракон. Но это ложь. Как и то, что на самом деле это никакие не рубины, а глаза моих сородичей.
Ульхар улыбнулся, погладив пальцем один из камней. Он знал, что именно этот рубин открывает дорогу в мир, где он ещё не успел побывать. Но сейчас ему и не хотелось иных миров и населяющих их иномирянок. Он помолчал несколько мгновений и протянул кубок взломщице. Взгляд его тёмно-золотых глаз будто говорил: «Что ж, я помню о своём обещании».
Альда до последнего мгновения не верила, что кубок окажется в её руках. Представляла, что граф сейчас язвительно рассмеётся наивности юной взломщицы, поманит, точно глупую собачонку, а после водрузит кубок на место. И лишь ощутив приятную тяжесть, проведя пальцем по сверкающим граням, она удостоверилась, что драгоценное сокровище, за которым охотились долгие годы, действительно принадлежит ей… Она вскинула на хозяина замка изумлённый взгляд.
— Правда, я не понимаю, что ты собираешься делать с ним, — прошептал Ульхар, осторожно поправляя выбившуюся из причёски Альды прядь.
Она была так ослеплена куском золота, что не отшатнулась. Граф помедлил, прежде чем выпустить из пальцев упругий шелковистый локон, склонился ближе и коснулся губами виска девушки. Так аккуратно, точно ожидал удара молнии в лицо.
Губы были тёплыми, а прикосновение нежным. Альда, все ещё ошеломлённая невероятной щедростью графа — а ведь говорят, что драконы оберегают свои сокровища как зеницу ока, — застыла на месте и позволила поцелуй. И тогда Ульхар так же неторопливо, боясь спугнуть зачарованную гиану, обнял её и коснулся полураскрытых губ своими. Не встретив сопротивления, лорд-дракон крепче притянул её к себе и поцеловал со всей нежностью, на которую был способен.
Альда понимала, что теперь она не вправе отказать ему в поцелуе. Необходимо усыпить его бдительность. Поцелуй — обещание будущей ночи. Аванс, который она должна заплатить, чтобы выиграть время. Воровка готова была, что внутри всколыхнётся ненависть и отвращение к тому, кто лишил её свободы… Но когда она очутилась в плену жаркого, страстного, но невероятно ласкового поцелуя, оказалась заперта в сильных, но таких надёжных объятиях, то сама, не понимая, что с ней творится — неужели магия дракона так действует на неё, — ответила на поцелуй.
«Ничему тебя опыт не учит, дурочка… — метались в голове мысли. — Да ведь он сейчас озвереет… И прямо здесь, на груде золота, тебя…»
Она вцепилась в лацканы его сюртука, чтобы оторвать от себя, оттолкнуть, а вместо этого лишь прижалась сильнее. Ульхар не выпускал её долго, но всё же настало время или завершить этот безумный и полный страсти поцелуй, или перейти к тому, что должно было идти следом. В минуты, когда Альда, как показалось дракону, принадлежала ему, он напрочь забыл и о вещице, зажатой в её руке, и о том, где они находятся.
Открыв глаза, граф рассеянно смотрел в её лицо, пытаясь запечатлеть его в памяти — затуманившийся взор из-под дрожащих ресниц, лёгкий румянец на щеках, чуть припухшие губы.
— Он твой, — прошептал Ульхар, кивнув на кубок.
«А ты — моя», — подумал он про себя.
Альда была настолько ошарашена странной реакцией своего тела, что только молча кивнула.
— Я хотел бы вернуться с тобой в зал, — проговорил он негромко, всё ещё удерживая её в тёплых объятиях. — И объявить им всем, что выбрал девушку. Пусть они веселятся и не тешат себя лишними надеждами, моя избранница уже со мной. Вот только… ты должна пообещать мне ночь. Одну ночь, о большем я не прошу. А после — я отпущу тебя, ты будешь свободна.