Чтение онлайн

– Не стоит, как-то все это время справлялись самостоятельно, да и моим мальчикам будет не по себе в присутствии незнакомого мужчины.

– Жаль, - вздохнул он, а у меня разболелась голова, но тьма внутри быстро сожрала эту боль и даже будто сил больше стало.
– Тогда вам на солнце, чем оно выше, тем левее должно быть, а как к зениту поднимется, так сзади должно оказаться, - и он, шатаясь, повернулся обратно.

– Какой-то он чудной, - высказался Сет.

– Он маг-разумник, и нам надо скорее убираться отсюда, - ответила я и, ускорив шаг, направилась к малиннику.

Мы покинули территорию деревни и пустились в путь, обходя по большой дуге Росдол.

Через три привала послышалось овечье блеяние и наша «команда» вновь превратилась в невидимок. Мы попали в достаточно большой поселок, и пока проходили его насквозь, я примечала, где есть торговые лавки, где пахнет едой, и как только в получасе ходьбы от поселения нашлось подходящее место, чтобы спрятать мальчиков, и пошла «на дело».

Воровать еду из-под носа у мастера коптильни это еще тот экстрим, а слушать, как жена распинает его за прожорливость и забывчивость, достойно попкорна, которого, к сожалению, тут даже не изобрели.

Вот только есть эту вкуснятину сразу мы не стали, чтобы не привлечь никого запахом. Долго шли, в прямом смысле роняя слюни, пока Сет ими не подавился. Было уже давно за полдень, пришло время устраиваться на привал и дневной сон. Почему-то мне искренне казалось, что он помогал нам все лучше переносить дорогу.

Ароматное мясо оказалось как нельзя кстати. Оно, конечно уже остыло, но после такого марш-броска, что мы устроили, есть хотелось неимоверно, а потому копченая вкуснятина быстро кончилась.

– Воды почти не осталось, - Гаррет потряс бурдюком, малышня притихла, все понимали, что после мяса будет хотеться пить.

– Мы не в пустыне, так что это не так страшно как кажется, нужно будет просто внимательней смотреть по сторонам и примечать места, в низине, где трава гуще, выше и зеленее, - вслух подумала я.

– Мам, а что такое пустыня?
– тут же дернул меня Аарон, а остальные мальчики заинтересованно посмотрели.

– Э-э-эм, это место… Хм. Вот смотрите, - я махнула на ближайшие кусты рукой.
– Деревьев много это лес; деревьев нет, а есть трава это поле; деревьев нет, есть трава и то жарко, то дождливо это саванна; а когда нет ни деревьев, ни травы, вокруг одна засохшая земле или песок, днем ужасно жарко, а ночью жутко холодно, это пустыня. Понятно?

– Да, мам. Только очень страшно, хорошо, что мы не в пустыне.

– Ты так много знаешь, Насть, - место, где ты жила, хорошее, раз в нем простым людям столько знаний и умений дают.

– Оно не хорошее и не плохое, Гаррет, а знания, - вздохнула я, вспоминая коллег по несчастью, детдомовцев.
– Знания получает у нас тот, кто способен и хочет их получать.

– Мы хотим!
– хором крикнули Кори с Сетом, младший вообще старался все старшим. Гарри согласно покачал головой, а Аарон и так знал, что я буду с ним заниматься, потому никак не реагировал.

– И будете, в моей семье неучей не будет, - усмехнулась я.

– А мы - семья?
– удивленно спросил Кори.

– Да, мой хороший, теперь мы семья, Гаррет мой младший брат, а ты, Сет и Рони, мои сыновья.

– Это что, - голос у ребенка задрожал.
– У нас теперь есть мама?

– Теперь есть, - сказала я, украдкой вытерев набежавшие слезы, мальчишки же разревелись в два голоса, подбежав ко мне и уткнувшись мне в плечи.

Предавшись волнительному моменту, мы не услышали, как рядом захрустели ветки.

– А кто это у нас тут?
– сиплый мужской голос застал меня врасплох, и я даже дернуться не успела, как у горла Гаррета оказался нож.
– Ты девица денюжку гони, да брючки приспусти, и никто твоих пострелят не тронет.

Мне стало страшно, ведь я могу защитить детей, но Гарри, даже пошевелиться не успею, как он будет мертв. Может зубы заговорить? Вряд ли получиться, рядом с нами возникло еще пятеро мужиков разной степени потрепанности.

– Мама, а дяди плохие?
– ни с того ни с сего заговорил Аарон.

– Нет, малыш, это не они плохие, а жизнь такая, - мягко проговорила я, стараясь не пугать сына.

– А… - протянул ребенок.
– Такая же плохая, как когда ты в тюрьме охранника убила?
– ох эта детская святая простота. На этот раз она мне нелепо помогла.

– Так это вас ажаны по всем деревням и весям ищут?
– дернулся один из новоприбывших.
– Лютый, отпусти пацана, - голос у разбойника был суров, а интонация убедительная, и вскоре шея моего названного брата оказалась в безопасности.
– Я-то думал, как такая малышня сбежала. Как решилась-то на это, девонька?

Я обернулась на голос, передо мной стоял седоволосый плотный мужчина, с карими глазами и шикарными брежневскими бровями.

– А вы бы за своими детьми не пошли?
– ответила я вопросом на вопрос.

– Пошел бы, как нет-то. Да только не за кем ходить, - с грустью в голосе произнес он.
– Темный алистартовец всех забрал во тьму.

– Как и наших, - тихо проговорил Гаррет.

– Вы хоть сытые?
– один из дядек поймал за руку Сета, который пытался сорвать какую-то ягоду с куста.
– Не смей ее есть, если не хочешь под тем же кустом с лопухами в обнимку сидеть.

– Да сытые, сытые мы, - улыбнулась я, страх постепенно отпускал.
– Просто в городе с ягодой свежей тяжело. Нет почти. И дорогая.

– Меня зовут Гант, - представился главный разбойник.
– Этот травовед - Силк, любитель ножей - Вжик, и два брата - Лок и Ток. Приглашаю вас в наш лагерь, передохнете, расскажете, что в большом мире творится, а то в этой глуши до нас мало новостей доходит.

– Меня зовут Настасья, мой брат - Гарри, и сыновья: Кори, Сет и Рони, - я предположила, что если бы что-то хотели сделать, то уже сделали, и потому не стала отказываться от гостеприимства.
– Новости не доходят, а про побег слышали.

– Так про него разве что сороки не трещали, девонька. Знатно ты ажанов настращала, - хохотнул Силк, он вообще оказался неплохим парнем, по пути в лагерь даже мальчикам показывал какую травку можно как чай заваривать, какие ягоды стоит есть, а от которых держаться подальше.

– Так все же, как ты смогла войти в тюрьму и выйти обратно?
– Спросил Гант, когда мы уже вечером сидели у костра. А мальчики сопели в спальнике, который сначала очень хотели «взять напрокат безвозмездно и навсегда» братья бандиты, но главарь быстро их осадил.