Чтение онлайн

Опрокинутый стул, выдвинутые ящики в стенке… Мамин туалетный столик - вид сверху. Столик, а вместе с ним и все мамины «прибамбасы», стали медленно расти - Карлсон опускался. А затем на свободном месте появился баллончик, чуть качнулся на донышке и замер.

– Совершил мягкую посадку, - сказал Алешка.
– Пора домой. Карлсон, ко мне!

Столик на экране начал уменьшаться, мелькнули снова знакомые вещи, и из темного пространства вылетел Карлсон, сел на руку Акимова, как ловчая птица.

Алешка даже погладил его по голове.

Мы стали собираться домой. Отдали Акимову его любимую зажигалку. А он отловил нам из одного аквариума несколько красивых рыбок:

– Это макроподы. Их еще называют петушками.

И правда, эти рыбки напоминали веселых петушков. Своими пышными хвостами и висячими грудными плавниками - совсем как сережки у петухов. А спинной плавник был похож на петушиный гребень. Рыбки весело сновали в банке, предстоящий переезд их совершенно не волновал.

– А вот это, - сказал Акимов, протягивая Алешке маленькую баночку, - корм для них. «Катушки» называется.

На дне баночки лежали горкой крохотные красные улитки в скорлупках.

– А как же они их едят? Они же жесткие. Клюют? Как настоящие петухи?

– А вот увидишь, - загадочно улыбнулся Акимов.
– Не клюют, а плюют.

Расстались мы совсем уж верными друзьями. Озабоченные новыми проблемами.

– Ничего, товарищ Акимов, - сказал Алешка прощаясь, - мы ему покажем! Вперед и вверх!

Дома мы снова перенесли аквариум в нашу комнату, по-настоящему привели его в порядок, высыпали на дно улиток-катушек и запустили рыбок-петушков. Они сразу же начали шнырять по всему аквариуму - знакомиться с новым местожительством. А потом дружно приникли к стеклу и стали с интересом пялиться на наши новые обои.

Утомленные столькими впечатлениями и новыми открытиями, мы довольно быстро улеглись спать. И начали уже вырубаться, как вдруг какие-то тихие звуки, похожие на легкие щелчки, встревожили нас.

Я включил свет. Мы прислушались. Звуки доносились из аквариума. Мы, шлепая босыми ногами, подошли к нему. Прислушались. Казалось, что изнутри кто-то бьет крохотными камешками по стеклу.

Мы пригляделись. Оказывается, эти самые петушки лакомились улитками. И знаете как? Подбирает петушок улитку и со всей силой «выплевывает» ее в стекло. Улитка - бац!
– и раскалывается. Если не сразу, то он снова ее подбирает и снова плюется ею в стекло. А потом подбирает улитку и хавает ее с огромным аппетитом.

– От этого Акимова, - сонно сказал Алешка, забираясь под одеяло, - одни чудеса кругом…

Когда пришли родители, мы немного проснулись. И сквозь сон слышали их разговор в прихожей.

– Отец, - спросила мама, - ты не брал у меня со столика красивый такой баллончик?

– Ты уже спрашивала, - ответил папа с обидой.
– Зачем он мне? У меня пистолет есть. Наверное, Карлсон утащил.

А потом мы услышали их голоса в спальне.

– Да вот же он!
– возмутилась мама.
– А я весь дом перевернула! А он на самом видном месте!

– Наверное, Карлсон притащил, - сонно ответил папа.

– Чудеса, - сказала мама.

Но самое главное чудо было еще впереди…

Акимов исчез!

Утром мы снова побежали к Акимову, забрали у него всю немецкую «добычу» Карлсона, уложили ее в большой пакет.

– Будьте спокойны, мадам, - сказал Алешка.
– Доставим точно по назначению.

И мы помчались в немецкую колонию. Киндеров на улице не было - учились, у них карантина нет. И мы вежливо попросили охранника, не очень нам знакомого:

– Пожалуйста, вызовите Макса Хофмана.

Он недоверчиво посмотрел на нас:

– А что сказать?

– Скажите: маленький Интерпол требует! Он поймет.

Охранник неохотно подошел к подъезду, что-то проговорил в домофон. Вернулся:

– Сейчас будет.

И правда, через две минуты из подъезда вышел Макс, без Рекса, подошел к нам. Мы выманили его за ограду.

Уселись на скамейку возле детского сада. Алешка выложил на нее пакеты с деньгами и золотом.

– Можете не проверять, - сказал он.
– Как в банке.

– Это что есть?
– Макс выпучил глаза.

– Это есть похищенные вещи. Забирайте.

Макс перебрал пакеты, покраснел, потом снова покрылся веснушками и что-то очень долго и горячо говорил нам. Но мы ни слова не поняли. Потому что Макс от счастливого волнения позабыл русский язык и лопотал на своем родном, немецком. Одно только знакомое слово мелькало - «данке, данке!». Но мы это «спасибо» и без переводчика знали.

Наконец он опомнился и повторил все сказанное по-русски. А потом спросил:

– Что я должен делать?

– Верните владельцам, - сказал я.

– И это все? Такое дело нужно сильно благодарить.

– Конечно!
– сказал Алешка.
– Без вознаграждения нет спасения. Закон моря.

– Сколько стоит закон моря?
– деловито уточнил Макс, укладывая ценности в пакет.

Алешка на секунду задумался. Ну, сейчас брякнет! Он и брякнул:

– Это будет стоить познакомить нас с господином Земаном. Лично.

Макс немного вздрогнул. Изменился в лице, а потом опять покрылся веснушками.

– Хорошо, - через силу сказал он.
– Мне бы не хотелось это делать. Это знакомство не для вас. Но есть закон моря. Дайте мне номер вашего телефона. А вознаграждение для вас?
– Это он меня спросил.

– У меня просьба. Когда вы вернете эти вещи владельцам, ничего им не объясняйте, хорошо?

– А как объяснять?

– Просто. Это все разыскали и вернули лица, пожелавшие остаться неизвестными.

Макс пожал плечами, потряс нам руки и, забрав пакет, отбыл по месту жительства.

А мы пошли к Акимову, доложить о выполнении задания.

Но не успели… У подъезда стоял обычный «жигуленок», но с мигалкой-стаканчиком на крыше. А из подъезда вышли двое людей в камуфляже, с дубинками на поясе и в масках. Они вели под руки Акимова.

Мы остолбенели. Хотели было броситься к Акимову, но он нас будто предупредил взглядом - скользнул холодными глазами: я вас не знаю и вы меня в первый раз видите.

Акимова грубо впихнули в машину, она взвизгнула колесами, взвыла сиреной и умчалась.