Чтение онлайн

Вся четверка сжалась. Лица беспристрастны, глаза пустые. Посторонний зритель ничего не обнаружит, сидели подростки и продолжают сидеть как ни в чем не бывало. Более того, их собственное сознание не в курсе, того что произошло. Только в подсознание ворвалось и пронеслось настоящее торнадо. Сидят голубчики и у них четкое ощущение, что пришел большой полярный лис, а вот причин этого ощущения нет. Вот и выдавливают сознанием это ощущение, загоняют его в стойло.

Никакой мистики, никакой магии, тем более ментальной. Кстати ее в этом мире тоже не существует, во всяком случае не зафиксировано доказанных случаев ее наличия. А это равнозначно тому, что ее нет.

Чернявый больше доверяет своей пятой точке. Он едва скрывает ужас, не понимая его причин. Враг Лейлы готов сорваться с места по первому же поводу.

И я предоставляю ему этот повод. Двумя пальцами беру его за воротник и с брезгливым выражением отбрасываю его в сторону.

Забираю его стул. Отставляю его подальше от стола. Присаживаюсь на него.

— Мое имя Адам Тоташов. Я надеюсь, что Вы примете участие в турнире. Я также надеюсь, что у вас хватит храбрости встретиться на турнире со мной лицом к лицу.

— Что ты себе позволяешь, — где же хваленая аристократическая едкая вежливость. Говорят настоящий аристократ даже когда режет живот своему врагу, разговаривает со своей жертвой предельно вежливо. Доброжелательно интересуясь здоровьем своего подопечного, — Ты знаешь с кем разговариваешь?

Нервный представитель боярского рода — крепкий, коренастый тип, замолк, когда «Гитрерюгенд» жестом дал ему знак помолчать.

— Мне не интересны ваши имена

— Дальше, — а белокурая бестия немногословен.

— Повторяю. Вы готовы сразиться со мной лицом к лицу на турнире? Или все на что вы способны, исподтишка чужими руками гадить слабым девушкам?

В помещении столовой пронесся изумленный вздох. В лицо обвинить представителей одновременно всех боярских родов в трусости и подлости это или полное безумие или тонко продуманная провокация. Сейчас их службы безопасности начнут раскручивать теории заговора, не подозревая, что вся причина в том, что их великовозрастные лбы потеряли чувство меры и перегнули палку.

Трое юношей вскинулись было со стульев, но их опять осадил белокурый.

— Мы будем, участвовать в турнире. Но если жребий не сведет нас в бою, я от лица всех присутствующих вызываю Вас на дуэль.

— Согласен. И я во всеуслышание заявляю, если до турнира или дуэли в меня, или моих близких или моих друзей попадет молния, упадет метеорит, задавит машина, случится инфаркт, нападут зулусы, сумасшедшие дуэлянты. Или банки откажут в обслуживании или налоговая обнаружит неплатежи пятидесятилетней давности. Весь мир узнает, что кое-кто утратил право именоваться аристократом и на самом деле способен только гадить исподтишка.

Еду домой. Настроения нет. Снова события опережают меня на целый шаг. Как всегда я сделал то, что должен. Но настроение от этого не менее отвратительное. Лариса с Геной подавленно молчат, не решаясь прервать мое молчание.

Наворотил я сегодня дел. Боюсь времени на раскачку не осталось совсем. Не хватало мне вороха проблем, так мне еще подкинули.

Набрал в мессенджере Новикову. Не хочу говорить при Владимире. Не то, чтобы я ему не доверяю. Вовсе нет. Вижу, что он всецело предан маме, но лучше поберегусь. Есть в нем некий налет «конторы». Слабо улавливаемый. Он никогда не служил в органах и небыл внештатным сотрудником. Но, тем не менее какая-то связь присутствует. Я знаю структуру здешнего общества только на основе информации из сети, но многие нюансы, остаются за его рамками. Даже если он на пенсии, то как известно, бывших комитетчиков не бывает.

— Удалось договориться насчёт «клавы»?

— Да. Завтра в обед будет готово!

— Планы поменялись. Сможет сегодня?

— Это сильно повысит прайс. При условии что вообще успеет.

— Соглашаетесь!

— Хорошо!

— Спасибо! Пока!

— Пока!

Едва мы въехали во двор, я сразу вышел из машины и направился прямиком к маме.

Она была у себя в кабинете не одна. Екатерина Орлова уже успела прийти и конечно же доложиться. Молодец. Очень оперативная работа. При ней наша служба безопасности вышла на новый уровень. Нет больше явных прорех в безопасности, которые так резали взгляд при моем появлении в этом мире.

— Рассказывай, — устало произнесла мама.

Я не стал долго обрисовывать предысторию произошедших событий, а коротко изложил суть.

— Вошли в столовую, сразу отыскали взглядом меня.

— Ты их прежде видел?

— Нет не видел.

— Как определил, что ищут именно тебя. Ты на них смотрел что ли?

— Нет, боковым зрением видел, как они пристально изучали меня.

— И на основании косого взгляда ты сделал далеко идущие выводы?

— Ваше Сиятельство, в плане наблюдательности и оценки ситуации я всецело доверяю мнению Адама Константиновича, более того я настоятельно рекомендовала своим подчиненным крайне серьезно относиться к наблюдениям Вашего сына.

— Наверное Вы правы, мы не раз убеждались в этом. Ладно, и какие выводы ты сделал?

— Мама, ты можешь считать это глупостью, но парни пришли с заранее поставленной целью кого-то прилюдно унизить. Но главная причина их похода заключалась в том, что они подыскивали жертву для следующих, более масштабных действий. И им показалось, что я для этого подходящая кандидатура.

— У них был повод так считать? И запомни, это не ерунда, это вопросы репутации, которую они пытались построить за твой счет.

— Нет, я думаю это их собственные домыслы. С их точки зрения я идеально подхожу на роль объекта гонений. Я известен, наделал, к сожалению, много шума, после болезни слаб. По их мнению получится неплохой внешний эффект. И притом абсолютно безнаказанно.

— Если все так и обстоит, то почему ты решил обострить ситуацию?

— Сейчас, я еще не полностью пришел в норму, но ты знаешь, что я очень быстро восстанавливаюсь. Я выиграл полтора — два месяца. В этот период они бы засылали ко мне своих подручных толпами. И рано или поздно добились бы успеха. Сегодня они проводили всего лишь предварительную разведку. Своими действиями я выбил у них почву из под ног. Теперь любое их поползновение это мгновенная потеря репутации. Их затея с выкладыванием материалов в Сеть сыграла против них самих. Этот гнойник по любому когда-то лопнул, но вскрывать его лучше на своих условиях.

— А Карабашева здесь причем оказалась?

— В принципе затем же, зачем и я. Только она шла в качестве блюда для предварительного разогрева. Там больше чернявый суетился. Остальных она не сильно интересовала. Но раз все само собой без их участия было организовано, то почему бы и не посмотреть на срежиссированный чернявым спектакль.

— А что за пощечина?

— Ничего особенного, надо было просто привести ее в чувство.

— Да уж… Я видела, у тебя очень хорошо получилось привести девочку в чувство, — позволила себе улыбку мама. — Что ты ей сказал?