Чтение онлайн

Как-то в пылу ссоры с кем-то из старших Элирен сообщила о своих планах на жизнь во всеуслышание. Мать тогда посмеялась над ней и звала ее дурой, а остальные дети за ней повторяли. Но длилось это недолго.

Вскорости одним летним вечером в их лачуге появились искатели Мистериса и сказали, что хотят забрать Элирен с собой. Мать не стала противиться, а если бы попыталась, то Элирен бы все равно сбежала с Небесными – никто не встанет между ней и ее счастливой судьбой. Напоследок Элирен сказала матери, что дура здесь только она, и за пять с лишним лет, что прошли с тех пор, о своих словах ни разу не пожалела.

А теперь исполнялась и ее мечта об истинной любви и удачном замужестве. Жена владыки Мистериса. Жена Мариса. О чем еще можно мечтать?

– Любимый! – Элирен повисла на Марисе, едва он вошел в покои. – Где ты опять весь день пропадаешь? Нам столько всего еще надо сделать! Столько дел!

Она принялась было перечислять все эти невероятно важные вещи, но Марис быстро ее остановил.

– Радость моя, – он погладил Элирен по голове, пропустив огненные пряди сквозь пальцы, – не мельтеши. К празднику все почти готово, что не готово – сделают и без нас. Поверь, торжество по случаю моей свадьбы уж точно не будет хуже всех остальных.

– Но все должно быть идеально, а не просто не хуже! – Элирен резко отстранилась и обиженно надула губы.

Началось. Что-что, а выяснение отношений прежде ужина в его планы никак не входило. Надо еще успеть переодеться да умыться – лохмотья, в каких Марис предстал перед заложниками, были частью морока, но вот дорожная пыль на одежде осела самая настоящая.

Он снова притянул к себе Элирен, быстро поцеловал.

– Милая, ни о чем не волнуйся и собирайся к ужину. – Марис отступил в сторону и принялся расстегивать дублет. – У нас сегодня, кстати, гости, – бросил он через плечо.

– Как не волноваться, Марис? Завтра такой важный день! Для меня, для тебя, для всего Небесного княжества, в конце концов!

Его взгляд зацепился за огни, мерцающие вдалеке за распахнутой дверью на террасу, и Марис шагнул к ним, враз перестав разбирать, что там еще бормочет Элирен.

Сегодня туман над Черногорьем окончательно рассеялся, и теперь с террас Алебастрового замка снова открывался захватывающий вид на Мистерис. Тысячи огоньков горели в долине, сотни тысяч звезд искрились в ясном небе над ней; со стороны Загорных пустошей время от времени вспыхивали молнии и грохотала первая в этом году весенняя гроза; где-то внизу, в ущелье, шумела горная река и ухал филин. Марис носом втянул воздух – еще холодный, пахнущий хвоей, травами да медом вереска, которому благодаря магии было глубоко плевать на сезоны – и поддался потоку мыслей, подхватившему его и потянувшему за собой.

Мистерис. Обитель магов, Небесное княжество. Любимое детище, обретенный дом, воплощение грез. Мечта, так быстро после своего появления ставшая реальностью, что иногда ее исполнение казалось сном. Но кому, как не сновидцу, отличать сон от яви?

И кому, как не ему, следить за тем, чтоб кошмары не сбывались, а лишь рассеивались, будто весенний туман?

Сон о тенях и песке приходил снова и снова. После того как Альба подтвердила, что Фоли и Тэй не причастны к побегу Лидисс. Вслед за согласием князей предоставить Мистерису заложников. В дни, когда оставленные у княжеских замков маги сообщали, что высокородные гости выдвинулись в путь. Вчера – когда в Горию прибыли торессцы и рийельцы. Он придет и сегодня – Марис был в том уверен – и будет приходить до тех пор, пока безопасность Мистериса не станет абсолютной.

Заложники – лишь временная мера. Недостаточно просто связать врагам руки, чтобы обезопасить себя: путы, какими бы крепкими они ни были, лишь множат ненависть, а уж он-то прекрасно знал, что однажды ее обязательно хватит на то, чтобы разорвать тенета. Марис понял: уязвимость Мистериса в том, что он всегда оборонялся и пытался отгородиться от врагов, вместо того чтобы подмять их под себя.

Ненавистью нужно управлять: где-то давить в зачатке, где-то позволять ей пролиться гноем из нарыва, а где-то – милостиво прощать, оборачивая себе на пользу, да если повезет, то и изживая ее насовсем. А для этого всего необходимо начать вести игру гораздо более тонкую. Чем Марис, собственно, и собирался заняться.

Все годы аристократы, принимая подданство Небесного княжества, по примеру Сергоса отказывались от своего наследия. Это соответствовало политике обособления и казалось правильным. Но теперь, когда Армас Фотемский выбрал в заложники сына, наделенного Даром, Марис увидел возможность, которая прежде ускользала от его взгляда. Да, златокудрый баловень судьбы Микаэлис лишь средний сын великого князя, но он молод, и приручить его не составит труда, а престолонаследие всегда может пойти не по плану. И тогда Мистерис вполне способен взять земли, князь которых ему присягал, под протекторат. А Фотем – это помимо всего прочего новые месторождения мистериума. Догадки Сергоса до сих пор не проверили, все никак не доходили руки, но Марис не сомневался, что все подтвердится.

Конечно, сама собой напрашивалась мысль заявить права и на Гарден – прежде всего остального, – но гнев Сергоса уже поутих, а в спокойном состоянии он о таком и слушать не станет, только будет брызгать слюной, как и на предложение о союзе с Империей. По крайней мере, пока. Благо у них теперь в запасе долгие годы, а передел власти – дело всяко не быстрое. Сейчас первым делом надо привадить фотемского заложника, а там уж как пойдет – глядишь, и Сергос разглядит новые возможности в пересмотре старых решений. Стоит только начать, так и Восход вскорости перестанет быть иллюзией.

Впрочем, были у Мариса планы и более близкие, родившиеся еще до того, как он узнал о Микаэлисе. На них натолкнуло появление этой девицы, Калибы.

Прежде Марис считал, что единственно верное решение – гнать княжьих шпионов взашей. Теперь он осознал всю недальновидность и наивность такого подхода. Не лучше ли обернуть оружие врага против него же? Кому-то отсыпать баек, одна причудливей другой, кого-то прикормить и заставить сменить хозяина.

Последнее он как раз хотел провернуть с Калибой. Тихая никак не шла у него из головы. Он думал о ней, думал и думал, пока не сообразил, что сама судьба подкинула ему в руки счастливую кость.

Калиба пыталась войти в Мистерис. Альба может сколь угодно долго топать ножкой, мол, приходила она со злом, но Марис увидел в глазах девицы только истовое желание обрести дом да защититься, и в этом случае себе он верил больше – Альбе зло мерещится в любых сомнениях. Так почему бы не дать Калибе защиту и кров взамен на сведения и помощь в перевербовке княжеских псов-соглядатаев? Марис явно в силах предложить ей куда больше, чем ее нынешние хозяева, пусть только она докажет делом свое раскаяние.

Альбу он, конечно, посвящать в свои планы относительно Тихой не собирался. Пока они не найдут Лидисс и не подтвердят ее вину, Альба так и будет спускать всех собак на Калибу, а значит, даже очевидной пользы не разглядит. Марис решил, что сначала он вынесет на Совет саму мысль о том, что Мистерису нужны собственные шпионы всех мастей, заручится поддержкой Сергоса в вопросе, а потом уже будет вдаваться в частности.

Кроме того, нужно дождаться, когда Калиба оправится после прогулки к последнему пределу, потому что потрепало девицу изрядно: она никак не могла побороть магическое истощение и все время скатывалась в лихорадку, отчего Марису пришлось просить Кору дежурить при ней и день и ночь.