Чтение онлайн

Две серебрухи за ядро. Не бог весть какие деньги. Впрочем, для нищего пропойцы четыре серебрухи были целым состоянием.

— По три серебрухи за штуку, — кивнул я и протянул руку.

— Ага. Не вашим, не нашим. Две серебрухи и пять медяков. — ответил Борзята и полез в поясной кошель.

Отсчитал монеты и передал их мне. Борзята бережно убрал ядра в карман. При этом продолжал коситься на меня. Словно ждал подвоха.

— Ежели ещё будут, неси, — буркнул он.

— Непременно, — пообещал я и направился прочь.

За спиной слышалось бормотание купца. Наверняка пытался понять, как деревенский алкоголик раздобыл ядра слизней. Школьные уроки химии наше всё!

Я разделил монеты поровну в два кармана. Две серебрухи и пять медяков Петрухе, два с половиной серебряника соседке за кур, а то каждый день волком смотрит на меня. Достала.

Я подошёл к Петрухиной избе и стукнул кулаком в ставню. Раз, другой, третий. Петруха выглянул из окна и выглядел он неважно. Правая рука была замотана тряпицей пропитанной сукровицей.

— Ярый? — удивился он. — Ты чего тут? Помощь какая нужна?

— Держи, — я протянул ему две серебрухи и пять медяков. — Твоя доля за вчерашнюю охоту.

Петруха уставился на монеты. Потом на меня. Потом снова на монеты. Его губы зашевелились беззвучно. Словно он считал, но сбивался. Или пытался вспомнить молитву.

— Не, Ярый, не могу, — замотал он головой. — Я ж ничего толком не сделал. Только обузой стал.

— Не умничай, — отрезал я строго. — Сказал заслужил, значит заслужил.

Я взял его здоровую левую руку. Разжал пальцы и вложил монеты. Крепко сжал его кулак сверху. Петруха ошарашенно заморгал глядя то на свою руку, но на меня. Кадык дёрнулся и парень тяжело сглотнул.

— Через день мне понадобится твоя помощь. Чтоб был как штык. Понял?

— Ярый! Да я… Да я! Сделаю! Всё сделаю конечно! — просиял Петруха. — Спасибо, Ярый! — Выпалил он и скрылся в избе, откуда раздался его звонкий вопль. — Дед! Деда, топай свататься к Анфиске! Я две с половой серебрухи заработал!

Послышался грохот, звон, старческое ворчание. Потом неразборчивая перебранка. Дед что-то бубнил про блажь. Петруха кричал про честный заработок. Я невольно улыбнулся и пошёл дальше.

Добрался к соседкиному двору когда уже стемнело. Не успел я даже подойти к калитке, как дверь избы распахнулась с грохотом пушечного выстрела. На крыльцо вылетела хозяйка с метлой наперевес. Метла была берёзовая, крепкая, такой можно и голову проломить.

— А ну пошёл отсюда, ирод окаянный! — заорала она. — Опять за курами моими припёрся?!

Её голос звучал громче сирены. Она замахнулась метлой подбегая к калитке.

— Я те щас так огрею, мало не покажется!

— Угомонись. Я долг пришел отдать.

— Чё? — не поверив своим ушам замерла она.

Я положил на забор монеты, чтобы не скатились.

— Это за кур, — пояснил я. — Вторую половину отдам в течение месяца.

Метла медленно опустилась. Тётка подошла к забору. Наклонилась, разглядывая монеты. Потрогала одну пальцем, словно проверяя на подлинность.

— Эт чёй-то? — спросила она ошарашенно. — Совесть, что ль, проснулась?

— Ага, — кивнул я. — Типа того.

— Ну дела, — выдохнула тётка.

Она взяла монеты и покрутила в руках. Недоверие на её лице боролось с изумлением. Как трещина в стене борется с штукатуркой.

— Слово пропойцы, конечно, как решето. Воды не удержит. Но серебрухи настоящие, это да. Половину отдал и на том спасибо. — мирно сказала она, а потом взорвалась. — А теперь пшел вон отсюда! Алкаш проклятый!

Я улыбнулся и пошёл прочь. Пять серебрух пришли и ушли. Как зарплата в конце месяца. Зато немного подлатал репутацию. Приняв баню, я поужинал и пошел спать. Проваливаясь в сон обратил внимание на сообщение системы:

СОСТОЯНИЕ ЗДОРОВЬЯ: КРИТИЧЕСКОЕ

Диагностированные профессиональные заболевания:

— Хронический пылевой бронхит (тяжелая стадия)

Прочие недуги:

— Хронический алкоголизм (ремиссия)

— Истощение (дефицит массы тела 12 %)

— Авитаминоз (средний уровень)

ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ:

Без лечения смерть наступит через: 3 дня и 7 часов (отказ лёгких).

Вот же скотство. Я этот еловый отвар литрами пью, а срок жизни всё не увеличивается, а только уменьшается… Зато от экземы избавился и алкоголизм в ремиссии. Это уже что-то. Жаль только что мне осталось жить три дня. За это время я в лучшем из случаев смогу сделать один стол. Так себе перспектива.

Родился в новом мире, сделал два стола, две лавки, полку и один сундук, а после помер. Можно сказать увековечил своё имя, оставив после себя кучу долгов и не до конца замазанную хибару в которой я уже давненько не бывал. Тяжело вздохнув я провалился в сон.

Снилась мне всякая жуть. Слизни окружали со всех сторон и ползли ко мне. Почему-то у них имелось прозрачное лицо похожее на Петрухину физиономию. Оно то и дело разевало рот и орало «Почему пострадал именно я? Это ты должен был гореть в кислоте!».

Я вскочил с печи когда небо только начало окрашиваться алым. Встряхнул головой прогоняя дурной сон. Вины за собой я не чувствовал, так как инструктаж был проведён, а нерадивому работнику ещё и компенсацию выплатил по итогу.

Плеснул в лицо водой из ведра стоящего рядом с окном. Растёр влагу по шее и отправился в лес. А что ещё делать? Древомир будет спать ближайшие часы, а Петрухина лопата всё ещё у меня. Значит нужно пользоваться имеющимися ресурсами и не терять время попусту!

Проходя через ворота частокола снова наткнулся на стражников. Они как всегда зубоскалили.

— Ярик! Говорят вас с Петрухой вчера грибы покусали, да?

Напрашивалась рифма на букву «М», но я сдержался.

— Ага. Покусали. Видишь, взял с собой лопату. Пойду мстить им.

— Ха-ха-ха! Во трепач! Ну иди, иди. Садовод хренов. — Хмыкнул стражник пропуская меня.

Спустившись с холма я углубился в лес и отправился туда где совсем недавно прикончил двух слизней. Почему именно туда? Всё просто. Почва там была глинистой. Да, копать тяжелее, зато стенки будут держать форму. Песчаный грунт осыплется к чертям. А мне нужна чёткая геометрия. Как в проекте, миллиметр в километр, так сказать.