Чтение онлайн

Внутри бочонка что-то тихо булькнуло. Тварь зашевелилась, но не буйствовать не стала. Видимо, привыкла к темноте. Или переваривала остатки зайчатины. Дубовые доски промазанные глиной пока держат. Кислота не просачивалась, стенки снаружи сухие, а значит у меня есть какое-то время. Надеюсь что это неделя, а если нет, то хотя бы пара дней.

За это время мне нужно добыть эпоксидную смолу, желательно сегодня. А для этого нужен пресс.

Идея пресса крутилась в голове с того момента, как я придумал ловушку. Простейший механизм. Давим крышку внутрь бочонка, слизь выдавливается через отверстие. Как зубная паста из тюбика. Только тюбик дубовый и паста кислотная. Правда есть проблема вёдра конусообразной формы, а значит крышка попросту провалится внутрь, а слизень выскочит и сожрёт меня.

Как говорится, начали проект в стиле хай-тек, закончили в стиле хай так. На негнущихся ногах я пошёл в мастерскую, взял там ручной бур по дереву, пару еловых поленьев покрытых смолой и отнёс их к себе домой.

Оставив материалы, я направился к Петрухе. Пришла пора и ему потрудиться. С десятого раза достучался и увидел его радостную морду.

— Ярый! Батя Анфиски то добро дал! Сказал что парень я ладный, но мол дом надо справить для семейной жизни. Половину на дом её батька даст, а ещё двадцать золотых мне нужно заработать. Чё там со столами то?

— Поздравляю тебя. — Сказал я и кивнул в сторону мастерской. — Я как раз пришел чтобы озадачить тебя работой.

— Ура! Жди! — Взвизгнул от восторга Петруха и убежал.

Спустя минуту он выбежал на улицу и мы направились в сторону моей хибары.

— А чё мы не в мастерскую идём что ли? — Нахмурился Петруха.

— Сначала покажу тебе кое-что. А после сколотим парочку каркасов и заполним их мхом и корой для заливки.

— Заинтриговал! — Расплылся в довольной улыбке Петруха, лелея на груди обожжённую руку перевязанную тряпицей от которой исходил горьковатый аромат мази.

Мы вошли в избу и я показал ему бочку.

— Эт чё такое? Брагу гонишь что ли?

— Почти. — Усмехнулся я. — Живьём поймал слизня. Так что нам не придётся больше бегать по лесу рискуя жизнями. Будем доить его как корову каждое утро.

— Ярый! Ты… Ты чё вообще? С дубу рухнул? А если он вырвется?! Ой ё-ё-ё! А если староста узнает? Нас с тобой розгами до смерти забьют! Ты чё вообще творишь?

— Петруха, потише говори и никто не узнает. Будешь держать язык за зубами и очень скоро накопишь на дом для Анфиски, а там уже и вяленных лещей её отца отведаешь. А будешь голосить как потерпевший, то нас с тобой и правда забьют до смерти.

— Да я это… — Ошалело прошептал он не сводя взгляда с бочки. — А он не вырвется?

— Ближайшие пару дней нет. Но нужно чтобы ты помог мне собирать каркасы, а завтра утром ещё и на речку за глиной сходишь и воды принесёшь. Бочку со всех сторон глиной обмажем, тогда слизняк точно не выберется.

— Не знаю… Как-то боязно. — нерешительно сказал Петруха.

— С лопатой бросаться на слизняка тебе не боязно, а безопасное производство в ужас вгоняет?

— Да где ж оно безопасное то? Тут же вон! — Он махнул рукой в сторону бочки.

— Пошли за досками и декором. Соберём каркасы и ты поймёшь суть моей задумки.

Петруха тяжело вздохнул и поплёлся за мной. Мы взяли в мастерской каркас от первой столешницы, кучу деревянных обрезков, мох, кору, камешки и вернулись в хибару. Обрезки досок сразу полетели в печку, которая нехотя, но разгорелась. Тут же мы обожгли четыре доски для столешницы, зашкурили их убрав лишний нагар, сколотили ещё один каркас и стали раскладывать украшения.

Петруха то и дело с опаской косился на бочонок. Понимаю его. Парень чуть руку не потерял, а теперь сидит в метре от твари которая может обглодать его до костей за считанные минуты. Впрочем, в отличии от Петрухи я не боялся. Нет, не потому что такой отважный, а потому что система уже который час мигала в правом верхнем углу новым сообщением:

Текущий запас Живы: 100 / 100

Достигнут предельный запас живы для текущего уровня развития тела. Часть живы направлена на устранение микроповреждений мышечных волокон. Внимание! Исцелить бронхит невозможно, из-за наложенного проклятия.

Смерть наступит через: 2 дня и 1 час (отказ лёгких).

Чего мне бояться, если смерть неизбежно наступит? Причём весьма скоро.

— Петрух, а не знаешь где ведьма живёт?

— Ясное дело знаю. Все знаю. — Кивнул он, решая куда положить зеленоватую шишку. — А тебе зачем?

— Вопрос жизни и смерти. — Честно сказал я.

— Понял. — Сказал Петруха не став допытываться до истины. — Ну она в глубине леса так то осела. Рядом с болотом. Ток туда даже днём шастать опасно. Куча зверья всякого. Сожрут как пить дать.

— Как понимаю её зверьё не трогает? — Спросил я приподняв бровь.

— Само собой. Старая то ли говорить со зверухами умеет, толи заколдовала пакость эту.

— Завтра покажешь куда идти, а сам за глиной потопаешь и будешь бочку обмазывать. Понял?

— Да понял, понял. Ты б лучше туда не ходил. А то дед Мирон рассказывал что ведьма его в тритона превратила.

— Чего? — Засмеялся я. — Как же он тебе это рассказал если тритоном стал?

— Ну он говорит что солнышко красное взошло, он взмолился и боги сжалились над ним. Вернули облик то. Вот с тех пор он туда и ни ногой.

Всё ясно. Суеверные предрассудки. Да, в этом мире определённо есть магия, но что-то я сомневаюсь что ведьма смогла превратить мужика в земноводное.

Спустя полчаса мы завершили выкладку украшений и две заготовки под столешницы были завершены. Осталось самое сложное.

— Петруха, у вас дома коса есть? — он кивнул. — Тащи сюда.

Без вопросов Петруха побежал домой, а я принялся строгать из еловых поленьев две затычки. Идея была следующая: берём бур, сверлим отверстие, через которое слизень начнёт вытекать. Отсекаем появившуюся слизь косой, а после я законопачиваю бочку затычкой.

Вторая же затычка потребуется в случае если моя затея увенчается успехом. Я проделаю буром новое отверстие сверху бочонка и буду через него подкармливать слизняка, чтобы он не выбрался, разумеется придётся заколотить отверстие сверху.

Строгать поленья было не просто. После трудового дня, всё валилось из рук. Я полоснул ножом по пальцу, да так что кровь потекла ручьём. Сразу вспомнилось проклятье неудачника. Очевидно оно действовало во всей красе. Как и сказал староста, чем дольше проклятье наложено, тем разрушительнее оно становится.

Было чертовски больно, а ещё нечем перебинтовать руку. Долбанная нищета. Запихнул палец в рот и стал смачивать рану слюной. Это единственный имеющийся у меня антисептик. Дверь скрипнула и на пороге показался Петруха с косой.