Чтение онлайн

Через полсотни шагов лес оборвался. Мы вышли на поляну, и я невольно присвистнул.

Круглая прогалина шагов тридцать в поперечнике. Ни травинки, ни пучка мха, голая выжженная земля. Серовато-белый налёт покрывал грунт сплошным ковром. Словно кто-то выплеснул цистерну серной кислоты. По краям стояли деревья с обугленной корой. Нижние ветки скрючились и почернели, хвоя пожелтела.

Кислотный ожог, без малейших сомнений. Слизни проползали тут недавно.

– Лучшего места не найти – решил я, оглядев площадку.

Петруха опустил куб на землю и заозирался по сторонам. Судя по выражению лица он был близок к тому чтобы рвануть в деревню.

– Думаешь слизняк сюда вернётся? – уточнил он с сомнением.

– Вернётся как миленькая, – подтвердил я, сбрасывая лопату с плеча. – Мы на его территории, к тому же с угощением. – Я улыбнулся и показал ему небольшой мешочек внутри которого лежали останки зайца недоеденного волками и пара яиц которые я позаимствовал в курятнике утром.

Заяц уже начал подгнивать, из-за чего мясо разило на всю округу. Готов спорить что слизни сползутся на падаль, иначе и быть не может. Я воткнул лопату в грунт и земля поддалась неожиданно легко. Кислота разъела верхний слой, превратив плотную глину в рыхлую кашу, да ещё она и вглубь проникла, растворив корни. Одним словом копать было весьма просто.

– Нужна яма, четыре аршина в глубину, с вертикальными стенками. – объявил я.

Четыре аршина это около трёх метров в глубину. Из такой ямы слизень не должен вылезти. Рухнет в наш куб и проваляется там, пока не вытащим его.

– Четыре аршина? – Петруха присвистнул. – Не многовато?

– В самый раз.

Я копал и отбрасывал грунт в сторону. Лопата входила в землю с мягким чавканьем, благодаря чему первый аршин пошёл я пусть и с трудом, но смог осилить.

Петруха стоял рядом и переминался с ноги на ногу. Здоровая рука чесалась от безделья, а нервишки сбоили из-за того что у него было слишком много времени на раздумья и паранойю.

– Дай лопату, – не выдержал он. – Ковыряешься как бабка на огороде.

Я вылез из ямы и протянул ему инструмент. Петруха спрыгнул вниз, перехватил черенок и воткнул лезвие в грунт. Земля полетела наверх ровными комьями.

Работал он поразительно быстро. Одной покалеченной рукой, он справлялся лучше чем я двумя. Хотя у меня то вторая рука тоже работала кое-как, тем не менее Петруха копал яму со скоростью экскаватора. Не работа, а загляденье!

Мы менялись каждые полчаса. Один копал, другой отдыхал наверху. Яма росла вглубь медленно, но неуклонно.

На втором аршине грунт стал плотнее. Рыхлая кашица сменилась рыжей вязкой глиной. Лопата входила с трудом, приходилось налегать всем весом.

Третий аршин дался тяжелее всего. Глина пошла с камнями, мелкие булыжники звенели о лезвие. Каждый приходилось выковыривать отдельно. Руки ныли, спина горела огнём, а пот заливал глаза.

К середине дня яма достигла нужной глубины. Четыре аршина от низу до верху. Петруха подровнял площадку внизу, а я смотрел на него и понимал что этот верзила скрылся в яме на добрых три метра, без моей помощи он оттуда даже не выберется.

Стенки вышли ровные и гладкие. Глина из-за дождя размокла и стала скользкой как намыленное стекло.

– Вылезай, – позвал я протянув ему руку. – Хватит.

Петруха подпрыгнул, ухватился за мою кисть и я едва не рухнул в яму вместе с ним. Кое-как устояв на ногах, я вытянул его наверх. Мы уселись на краю ямы, оба мокрые, перемазанные глиной с головы до пят. Руки подрагивали от усталости, зато яма была готова.

– Ставим куб и домой, – скомандовал я после того как Петруха отдышался.

Петруха подтащил дубовый куб к краю, я обвязал коробок верёвкой и спустил на дно. Куб встал ровно, крышкой кверху, вписавшись в габариты ямы.

– И что дальше? – Петруха вытер лоб рукавом.

Я вытащил из мешочка два куриных яйца и швырнул их на дно куба. Ударившись о дубовые доски, яйца ожидаемо разбились. Следом к ним я забросил останки заячьей туши. Вроде старался браться за уши косого, но всё равно испачкал руки в чём то отвратительно липком.

– Приманка готова. Можешь идти к телеге. Сделаю защёлку и догоню тебя. Мне минут десять нужно, не больше.

Кивнув Петруха зашагал обратно и его широкая спина скрылась за ельником через полминуты.

Я остался один на кислотной пустоши. Тишина обступила со всех сторон. Ни ветра, ни птиц, ни малейшего шороха. Мёртвая зона, стерилизованная слизнем.

Я привязал верёвку к ближайшему дереву, а свободный край сбросил в яму. После подобрал метровую палку и спустился в яму по верёвке, начав мастерить. Ловушка должна работать без присутствия человека. Слизень заползает в куб за приманкой, крышка захлопывается. Звучит просто, а вот как это реализовать на практике?

Я вытащил нож и огляделся. Из материалов имелись верёвка, нож, лопата и собственные мозги. Негусто, но для полевых условий вполне достаточно.

Начал с крышки. Тяжёлая дубовая доска с бронзовыми защёлками. Защёлки фиксировались поворотом язычков. Но для автоматического срабатывания требовался иной механизм.

Принцип я позаимствовал у мышеловки. Классическая давилка работает на натяжении. Мышь тянет приманку, спуск соскакивает, рычаг бьёт.

Я поставил крышку на ребро, прислонив к стенке куба. Наклон примерно в сорок пять градусов. Крышка нависла над коробом как поднятый мост. Убери опору, и она рухнет вниз.

Опору вырезал из подобранной палки. Отломил кусок длиной в локоть. Один конец заточил клином, другой оставил тупым. Заточенный упёрся в нижний край крышки, тупой встал на верхний обрез стенки. Палка держала крышку на весу, как подпорка под стропилами.

Конструкция вышла шаткая, но устойчивая. Пока никто не трогает подпорку, крышка стоит, лёгкий рывок, и палка вылетит из-под края.

Осталось сделать спусковой механизм. Нужна растяжка, которую слизень зацепит внутри.

Я отрезал кусок верёвки длиной в два локтя. Один конец привязал к середине палки-подпорки. Обмотал дважды и затянул морским узлом. Второй конец пропустил через щель между крышкой и стенкой. Протянул внутрь куба и привязал к увесистому камню, плоскому и гладкому. Уложил камень прямо на разбитые яйца, в центр, а тушу зайца сдвинул к стенке.

Верёвка натянулась между камнем и подпоркой. Не туго, с лёгким провисом.

Логика ловушки была следующей: слизень чует яйца и сползает в яму. Заползает в куб за приманкой, обволакивает камень. Камень сдвигается, верёвка натягивается, палка вылетает. Крышка падает и наглухо запечатывает куб.

Оставалось решить задачу с защёлками. Бронзовые язычки должны зафиксироваться после падения. Но меня рядом не будет, чтобы повернуть их вручную. Я присел и осмотрел механизм. Поворотные пластины с небольшим люфтом в шарнирах. В горизонтальном положении язычки входят в пазы.