Чтение онлайн

– Но в 1960 году уже было воздушное сообщение, - обращаю я его внимание на этот факт. Ну, по крайней мере, я так думаю.

– Я знаю. Просто хотел, чтобы ты через это прошла. Чтобы знала, как это когда-то было для всех нас.

– То есть это что-то типа злой шутки?
– Я крепко сжимаю часы, которые держу в руке.

Зета не удостаивает меня ответом и поворачивается к Индиго.

– Ты готов?

Индиго громко сглатывает. Могу только предположить, что у него стоит ком в горле.

– Готов, сэр, — кивает головой он.

После этого Зета поворачивается ко мне.

– Ирис?

– Готова, как и всегда.
– Это правда.

Зета устремляет свой взгляд вперед.

– На счет три закрывайте часы. Один... два... три!

Я захлопываю крышку часов и сразу же понимаю, что что-то не так. Я падаю слишком быстро. Тело не слушается меня. Легкие горят огнем и я не могу дышать. Не могу говорить. Глаза вылезают из орбит, угрожая вывалиться совсем. Легкие вот-вот разорвутся. Каждая клеточка тела болит. Я пытаюсь закричать, но не получается издать ни звука. Я хочу, чтобы это закончилось. Прямо сейчас… и… сразу же падаю на землю, больно ударившись при этом. Делаю глубокий вдох и поднимаю голову. Я стою на четвереньках во дворе сенатора Маккарти.

Надо мной нависают Индиго и Зета. Индиго встает на колено и склоняется надо мной.

– Ты в порядке?

Я утвердительно киваю головой, хотя это полная чушь.

Не секрет, что если бы меня завербовали в ЦРУ, то я бы прошла курсы по выживанию, уклонению, сопротивлению, побегу (ВУСП) где-нибудь наподобие тюрьмы Абу-Грейб. Думаю, что произошедшее сейчас было во много раз хуже. Индиго хватает меня за руку и помогает подняться, но ноги не слушаются меня и я отчаянно пытаюсь сохранить равновесие.

Зета выглядит довольным. Кто бы сомневался. Он открывает ворота, на которых в одна тысяча девятьсот шестидесятом году отсутствует замок, и я следую за ним. Зета показывает на здание из бурого камня. Передняя дверь теперь черная, а не красная, и никакого сада нет. В целом, дом выглядит точно так же.

А вот все остальное... По улицам проезжают огромные машины, больше похожие на подводные лодки. Куда-то торопятся люди в фетровых шляпах. На всех женщинах платья и перчатки, а одна даже прошла мимо в очках в форме кошачьих глаз.

– Проверка времени, - говорит Зета.

Я смотрю на часы. 8:52. Секундная стрелка уже пересекла отметку в сорок и движется к шестидесяти. Ого! У меня совсем нет времени. Я даже не успела перевести дыхание. В квартале от нас поворачивает на Н-стрит большое желтое такси.

Должно быть, это оно.

Позади меня открывается дверь, и я вижу, как по ступенькам начинает спускаться очень привлекательный мужчина с темными волосами и серьезным выражением лица. Он надевает шляпу, замечает такси и поднимает руку. Машина начинает замедлять движение, и я мгновенно забываю о боли. Я должна добраться до него первой.

– Давай, - шипит Зета и толкает меня вперед.

Я не медлю ни секунды. Перебегаю улицу, кидаюсь наперерез сенатору Маккарти, открываю дверь такси и залезаю внутрь прямо перед его носом. Сенатор зло смотрит на меня.

– Извините, - бормочу я. - Мне нужна срочная медицинская помощь. Водитель, в больницу, немедленно.

Сенатор Маккарти неверяще моргает несколько раз, а потом кивает водителю и закрывает дверь. Я с облегчением вздыхаю и откидываюсь на сиденье. Я сделала это. Я не дала ему сесть в такси. Это было так просто. Слишком просто.

Я оглядываюсь, надеясь увидеть Зету или Индиго, но вместо этого вижу сенатора, забирающегося на заднее сиденье такси, которое он поймал всего через десять секунд.

Сукин сын.

– Знаете, а мне уже лучше, - зло говорю я водителю. - Остановите, пожалуйста.

Водитель жмет по тормозам так, что я практически ударяюсь головой о переднее сиденье и поворачивается ко мне с сигаретой во рту.

– Что, черт возьми, ты имеешь в виду? Хочешь выйти здесь? Мы проехали половину квартала.

– Мне очень жаль.
– Я открываю дверь. - Сколько я вам должна?

Водитель что-то раздраженно бурчит себе под нос.

– Тридцать пять центов.

Вытаскиваю два четвертака из кошелька и кладу на переднее сиденье.

– Сдачи не нужно.
– Хлопаю дверью и бегу обратно. Мне нужно, чтобы сенатор Маккарти вышел из такси!

Оно приближается. Что делать? Что делать? Мне приходит в голову только одно. Машина двигается медленно. Я смогу. Я задерживаю дыхание. Вот оно. Еще пара секунд…

– Ирис!
– откуда-то кричит Зета и бежит ко мне. - Остановись! Нет!

Но я уже кидаюсь наперерез такси. Плечо ударяется о лобовое стекло, и я кричу от боли. Водитель тормозит и выкручивает руль вправо. Я падаю на тротуар.

Слышу, как открываются и закрываются двери, а потом вижу перед собой сидящего на корточках сенатора Маккарти.

– Она сама прыгнула!
– орет пожилой водитель. - Это сумасшедшая сама прыгнула прямо передо мной!

– Тише!
– резко говорит сенатор. - Вы в порядке? Не ранены?

– Да на всю голову, - вопит водитель.

Я смотрю вбок и вижу Зету и Индиго, которые стоят где-то в половине квартала от меня. Зета удерживает рукой Индиго. С этой ситуацией я должна справиться сама.

– Ты в порядке?
– еще раз строго спрашивает сенатор.

В порядке ли я? Нет. Однозначно нет. Я уже прошла все круги ада утром, а теперь меня еще и сбила машина. На правой руке и плече уже начали появляться отметины, которые вскоре превратятся в фиолетовые синяки. Левая рука поцарапана и кровоточит. Но, думаю, что ничего не сломано.

– Наверное, - говорю я. А потом смотрю на часы на руке сенатора. Еще только 8:55, куча времени, чтобы добраться до Капитолия и успеть на голосование. Нужно задержать его. Он отталкивается от тротуара руками, чтобы встать.

– Подождите, нет!
– кричу я. - Моя нога, думаю, она сломана!

Сенатор Маккарти смотрит на часы и вздыхает.

– Мне жаль, но у меня нет времени, чтобы помочь тебе.

Внезапно появляются длинные черно-белые полицейские машины. Теперь я знаю, моя миссия окончена. Ни один коп не даст свидетелю покинуть место происшествия. Я забрасываю сумочку в ближайшие кусты, а потом говорю полицейским, что забыла ее дома, а когда поняла это, то побежала за ней обратно и не увидела такси. Никого не арестовали, и даже не выписали штраф, но на опрос присутствующих ушло почти полчаса. Я сделала это. Я добилась того, чтобы сенатор пропустил голосование.