Чтение онлайн

Приятели уже собрались уходить, чтобы направиться на поиски отделанной серебром упряжи, когда на глаза виконту попалась элегантная дорожная коляска. Он моментально решил приобрести также и ее; ведь о том, чтобы Геро путешествовала в почтовой карете, не могло быть и речи – его мать, насколько ему было известно, никогда не снисходила до такого. Кроме того, самому виконту чрезвычайно нравилось управлять каретой, запряженной четверкой лошадей, и он рассчитывал получить огромное удовольствие от владения собственным экипажем. Приобретение подобного средства передвижения заставило его светлость вновь вернуться в «Таттерсолз», дабы присмотреть упряжку, которую можно было бы впрячь в карету, поэтому стало очевидно: мистер Шерингем тратил деньги ничуть не менее щедро, чем его молодая супруга.

Геро, узнав о том, что стала обладательницей целых трех экипажей и восьми лошадей, порозовела от удовольствия и, оправившись от смущения, запинаясь, пролепетала:

– Ох, Шерри, это совсем как в «Короле Кофетуа и нищенке»! [28]

– Кто это такой, дьявол меня раздери? – пожелал узнать виконт.

– Я, в общем-то, точно не помню, но он женился на нищенке, а потом дал ей все, чего она хотела.

– Чистой воды надувательство, как мне представляется, – заявил ее скептически настроенный супруг. – Собственно говоря, какое отношение этот тип имеет к нам?

– Никакого, кроме того, что ты заставил меня вспомнить о нем, – ответила Леди Шерингем, улыбаясь супругу сквозь слезы.

– Вздор! – немного поразмыслив, заявил Шерри. – В жизни не слышал ничего глупее! Котенок, если ты не поостережешься, люди станут называть тебя «синим чулком».

Геро пообещала, что сделает все, чтобы не заслужить подобное клеймо, и, подкрепившись очень приличным бургундским из подвалов гостиницы, Шерри уселся за стол, дабы набросать изрядно запоздалое письмо своей родительнице.

После второго дня напряженного хождения по магазинам с Ферди, покупать для дома на Хаф-Мун-стрит было нечего, не считая таких унылых и приземленных вещей, как кухонная утварь и постельное белье. Поскольку Геро уже изрядно устала от процедуры выбора мебели, то с восторгом ухватилась за предложение Шерри доверить приобретение всего остального мистеру Стоуку.

– Вот что я тебе скажу, Котенок, – заявил виконт. – Мне только что пришла в голову дьявольски хорошая мысль. Давай-ка уедем в Лестершир до тех пор, пока наш дом не будет готов. У меня там есть отличный маленький охотничий домик, а это то, что нам сейчас нужно!

– Лестершир, старина? – вскричал мистер Рингвуд, ставший свидетелем этого разговора. – Какого черта ты собрался там делать в эту пору?

– Самое время взглянуть на мой подрастающий молодняк, – сказал Шерри. Встретив многозначительный взгляд друга, он заявил: – В чем дело, черт побери? Почему мы не можем поехать в Лестершир? Судя по всему, дом будет готов лишь через несколько недель, а я не намерен больше торчать в этой проклятой гостинице! Более того, подозреваю, мать уже на всех парах мчится в Лондон. Сдается мне, мы выбрали самый подходящий момент, чтобы удрать в деревню.

При мысли о том, что ей придется иметь дело с разъяренной родительницей виконта, Геро побледнела и, запинаясь, пролепетала:

– Энтони! Ты и вправду думаешь, что она может приехать в город?

– На сей счет у меня нет ни малейших сомнений, – сухо отрезал виконт.

Геро, судорожно стиснув руки, добавила:

– Ты полагаешь… с ней приедет и кузина Джейн?

– Нисколько не удивлюсь, если это случится. Беда одна не приходит. Я даже позволю себе высказать предположение, что она прихватит с собой за компанию и моего дядю Горация.

– А не будет ли… не будет ли с нашей стороны трусостью сбежать от них? – с тревогой поинтересовалась Геро.

– А вот это меня решительно не волнует, – отозвался Шерри. – Зато если мы останемся, то чертовски неприятные впечатления нам обеспечены! Главное для нас сейчас – дать им время поостыть и свыкнуться с мыслью о том, что мы уже женаты. А к тому моменту, как мы вернемся в город, смею надеться, обмороки у них закончатся.

Мистер Рингвуд, который все это время просидел, погрузившись в собственные мысли, очнулся и заявил:

– Брайтон.

– Слишком поздно: сезон уже начался, и мы не сможем найти приличное жилье, – ответил Шерри. – Кроме того, я уже был там в мае и мне это место решительно не понравилось.

– Леди Шерингем Брайтон наверняка понравится больше Лестершира.

– Нет, не понравится. К тому же я научу ее верховой езде.

– Правда, Энтони? В таком случае давай поедем в Лестершир! – вскричала Геро.

– Леди Шерингем, – упрямо стоял на своем мистер Рингвуд, – понравятся балы в гостинице «Касл-Инн». Ей захочется быть представленной регенту. Полагаю, он все еще там.

– Это правда, но каково придется мне? Ведь я буду вынужден приглядывать за ней! – возмутился Шерри. – Ты прекрасно понимаешь: она совершенно не готова поддерживать отношения с теми типами, которых там встретит!

– Справедливо, – согласился мистер Рингвуд, с умудренным видом кивая головой. – Действительно, лучше уехать в Лестершир. Вот что я тебе скажу: надо распустить слух, будто у вас медовый месяц.

– Дьявольски здравая мысль, Джил! – одобрительно заметил виконт. – А поехали-ка с нами!

Подобное предложение застало мистера Рингвуда врасплох, но его горячо поддержала Геро. Расплатившись по долгам в «Таттерсолзе», Джил подозревал, что в ближайшем будущем не сможет удовлетворить более насущные требования, поэтому-то он с благодарностью принял приглашение. Мысль о том, что вдовствующая леди Шерингем, с которой Рингвуд был знаком слишком хорошо, может призвать его к себе и потребовать отчета, каким образом он оказался замешан в тайной женитьбе ее сына, тоже приходила Джилу в голову, но он мудро оставил это при себе, рассудив так: его друг, мистер Фейкенхем, получив неизбежный вызов на допрос, не сумеет сложить два и два и не станет обвинять его в предательстве. Близкое знакомство с мыслительным процессом мистера Фейкенхема позволяло Рингвуду питать небезосновательную надежду, что подобные математические упражнения выходят за пределы его способностей.

Виконт не ошибся, предположив, что письмо, в котором он сообщал матери о своей женитьбе на Геро Уонтедж, заставит ее немедленно отправиться в Лондон. Известие о таинственном исчезновении Геро, естественно, достигло ее ушей за несколько дней до прибытия послания Шерри. Собственно говоря, миссис Бэгшот даже нанесла миссис Шерингем утренний визит, в ходе которого с жаром принялась перечислять все многочисленные благодеяния, коими долгие годы осыпала свою неблагодарную родственницу, и призналась утомленной ее словоохотливостью почтенной матроне: она всегда ожидала, что испорченная девчонка опозорит ее. Но ни одной из дам в голову не пришло связать бегство Геро с недавним визитом виконта в родительские пенаты.