Чтение онлайн

— Поэтому он такой круглый, — продолжал кричать прежний физорг.

— Да хватит вам! Жорка, если захочет, будет бегать лучше Коли Макарова. Я его тренировать буду. А в высоту будет прыгать Саша Облаков. Видите, какая у него фамилия высокая!

— Фамилия высокая, а сам маленький, и ноги у него короткие, — отчаянно боролся с Вовкиной теорией старый физорг. — Он на пятьдесят сантиметров не прыгнет, у него же двойка по прыжкам в высоту.

— Ты формалист, — бросил ему в лицо Вовка. — А когда был физоргом, ты хоть раз с ним позанимался? Не веришь в своего одноклассника, — он сам удивлялся, откуда у него берутся такие слова. Обвинение подействовало. Коля замолчал. — Человек имеет такую высокую фамилию, он должен высоко подпрыгивать. В длину прыгнет, конечно, Петя Козлов.

Против Пети никто не возражал: он был хорошим спортсменом. Чувствуя поддержку класса, Вовка добавил:

— И фамилия у него, как ни у кого другого, самая прыгучая. А на восемьсот метров побежит Вадик Телегин.

— А почему Телегин, а не Саша Волгин? Волга длиннее телеги, — снова начал поддевать Вовку Коля Макаров.

— А телега — для длинной дороги! — не задумываясь, обосновал свой ответ Вовка.

— А Волга любой дороги длиннее! — не отступал Коля.

Вовка замолчал и задумался. Класс напряженно наблюдал за их перепалкой.

— Волга аж до самого Каспийского моря, — поддержал Колю Петька.

— Волга длиннее, — крикнул еще кто-то, и в классе опять поднялся шум.

— Длиннее любой дороги! — кричали отовсюду.

Вовка стоял задумавшись. Потом он махнул рукой и сказал:

— Если вы считаете, что длиннее, то пусть бежит Саша Волгин.

— Ура! — закричал Коля Макаров.

— Ура! Ура! — закричал весь класс. — Ура, Саша Волгин! — радовались все. Только Саша Волгин не чувствовал радости. Ведь на восемьсот метров он никогда не бегал.

Команду девочек Вовка подбирал по тому же принципу. Нонна Алеева побежит на шестьдесят метров. В ее фамилии физорг нашел созвучие со словом «олень».

— Валя Степнова прыгнет в длину.

— А почему в длину? — не мог успокоиться Коля.

Вовка давно уже разозлился на него, но старался не терять самообладания. Поэтому он отвечал спокойно.

— Она Степнова! Ее фамилия от слова «степь» произошла. А про степь даже в песне поется: степь ты, степь моя, степь широкая. Слышишь! Широкая она. Вот Валя и будет прыгать в длину.

— Так по твоей песне, — никак не мог угомониться бывший физорг, — ей надо не в длину, а в ширину прыгать.

Вовка понимал: его хотят вывести из равновесия, — и не поддавался.

— А широкая она куда?

Коля не ожидал такого вопроса и пожал плечами.

— А широкая она, — продолжал новый физорг, — как вперед, так и назад. Ясно тебе!

Коле Макарову возразить было нечем.

— На пятьсот метров побежит Марина Дедуш… — не успел договорить Вовка, как с последней парты во весь рост поднялась Марина и показала кулак. — Я все понял, — не растерялся новый физорг, — Марина будет метать мяч. — Марина тут же села.

— Бывают исключения из правил. В высоту прыгнет Галя Иванова.

— Я не буду прыгать в высоту, — встала со своего места Галя. — Я в высоту плохо прыгаю. И почему ты меня выбрал?

— Да, почему ты выбрал Иванову? — выкрикнул Коля Макаров.

— А я здесь не по фамилии, а по имени выбирал. Галя, галка — птица, высоко летает, высоко прыгает. Все очень просто. Ей, наверно, и имя такое дали, потому что были заранее уверены в ее способностях к полету и подпрыгиванию.

— Мне дали такое имя, потому что я черненькая! — пояснила Галя.

— И галка, наверно, летает, потому что черненькая, — не давал ей увильнуть от соревнований Вовка. — В тебе такие способности заложены, а ты не хочешь выступить за честь класса. Как тебе не стыдно! Главное — тренировка, и через две недели ты та пятерку будешь прыгать. Я тебе гарантирую.

Галя села пристыженная.

Тем временем Вовка быстро соображал, кем заменить Марину Дедушкину.

— На пятьсот метров побежит Света Бойцова. Фамилия у нее бойцовская, и она пробежит хорошо. — Против Светы никто не возражал, даже Коля Макаров. Хотя Света была очень маленькой, худенькой и очень робкой, по любому случаю краснела, но, если ей давали поручение, она старалась изо всех сил.

После этого Вовка объявил, что тренировку откладывать не стоит. Начнут сегодня.

Но бывший физорг не выдержал. Он закричал:

— Да с такой командой вы первоклассникам проиграете. Класс из лучших станет худшим. Вы как хотите, но я тоже буду выступать, только со своей командой. Хоть не опозоримся.

— Ну, мы еще посмотрим, — заявил Вовка, — мы еще себя покажем! Я буду тренировать команду по последнему слову спортивной науки.

Тренировка по последнему слову спортивной науки мало чем отличалась от уроков физкультуры Николая Дмитриевича.

Только там можно было незаметно отдохнуть, а Вовка отдыхать не давал. В конце занятия вся команда, непривычная к таким перегрузкам, еле волочила ноги. Только Петька и Марина Дедушкина могли еще тренироваться. Света даже улыбалась. А вот Саша Облаков плакал: высота в восемьдесят сантиметров для него стала неприступной. Саша Волгин, после того как пробежал два километра, сидел на траве, тупо смотрел на Вовку и никуда не хотел идти. У Сережи Медведева после первого броска упали очки, найти их он не смог и поэтому метал гранаты в разные стороны. Потный Жорка Колесниченко стоял около забора и тяжело дышал. Девочки плакали, но Вовка доказывал, что через каких-нибудь восемь-десять дней у всех откроется второе дыхание. Тогда любые спортивные рекорды им будут по плечу.

На следующий день легкоатлетическая команда Вовки Булкина выглядела не лучшим образом. Саша Волгин ходил на прямых ногах, как на ходулях. Жорка Колесниченко вообще не ходил и все перемены просидел за столом и даже ничего не жевал. У старосты класса болела рука.

Перед последним уроком Вовка объявил, что после занятий снова состоится тренировка. Жорка заявил, что он ни за что не пойдет. Физорг обозвал его хлюпиком, не верящим в свой талант. А потом вызывающе спросил: «Кто еще не верит в себя?» Больше никто отказываться не стал от тренировки.

После уроков пошли на стадион, и Жорка молча поплелся за всеми следом.

Две недели новый физорг с огромным усердием готовил команду легкоатлетов. Коля Макаров тоже не думал сдавать свои позиции, и его ребята тренировались ежедневно. И чем скорее приближался день соревнований, тем меньше веры оставалось у Вовки на успех команды, созданной по новому принципу.

— Ну что, идем сегодня на стадион? — спрашивал его Сережа. Ему понравилось метать гранату, и он спокойно уже забрасывал ее на четверку. Два раза граната улетела на пятерку. Но кого на школьных соревнованиях удивишь пятеркой, там нужны рекорды, а Вовкина команда если поднялась с тройки, то не больше чем на четверку с минусом. Нет, новый физорг не переставал верить в научный метод подбора спортсменов по фамилиям, но думал, что у него не хватило времени, чтобы осуществить его. Оставалось только одно: верить, что во время соревнований его спортсмены мобилизуют свои неиспользованные резервы и покажут, на что они способны. Он верил во второе дыхание своей команды и теперь надеялся только на это.