Чтение онлайн

– Ну и?
– с любопытством спросил Найте.

– Я ударил его кулаком в лоб - но он даже не обиделся, и сказал мне, что я...

– Эту историю ты расскажешь Эрно, - перебила его Хьютай.
– И будь серьезнее! Впрочем, ты сам виноват, а?

Талу смутился. Хьютай исподлобья разглядывала его - стройный, гибкий юноша с лохматой гривой рыжеватых волос до плеч. И одежды на нем - только зеленая туника, едва доходящая до середины бедра, перетянутая на тонкой талии серебряным ремешком, и сандалии. Если бы не узкие бедра, его действительно можно было принять за девушку - а впрочем, мало ли в Товии длинных, узкобедрых девчонок!

– Я буду серьёзен, Единая, - Талу вновь поклонился и сам прервал связь.

– Но всё же, что это может быть?
– спросил Найте.
– Я имею в виду источник этого... страха.

Хьютай задумчиво прошлась по залу.

– Двадцать тераэлектронвольт - это очень много. Плюс ещё ускорение у сингулярности... ну-ка... этого может оказаться достаточно, чтобы... Нет! Не может быть! Человеческие руки бессильны сделать такое!
– её лицо словно светилось изнутри - как у пророка, на которого снизошло озарение.

– Ну и что же это?
– нетерпеливо спросил Найте.

Хьютай недоуменно уставилась на него.

– Что? Пока я не могу сказать тебе. Только то, что если бы эксперимент не прервали, он кончился бы очень плохо.

– Неконтролируемый сидеральный или аккреционный взрыв?

– Нет, - Хьютай даже мотнула головой.

– Тогда что же там случилось?

– Что? Ну, можно сказать, что мир, наконец-то, раскрылся, и мы вступили в долгожданный край чудес. Мне самой это кажется невероятным, но я чувствую это.

– Чувствуешь что?
– Найте даже замер, ожидая ответа.

Глядя на него, Хьютай вдруг рассмеялась.

– Если я ошибусь, вы будете разочарованы очень сильно. Ещё меньше мне хочется, чтобы надо мной смеялись. Если это в самом деле правда, вы узнаете об этом не от меня.

Найте хотел задать ещё один вопрос - но тут на экране вновь появился Абрас Бору.

– Вы просили составить список происшествий, - начал он.
– На свиноферме N 3 под Товией взбесившиеся свиньи разнесли забор и насмерть, в клочья разорвали двух служителей...

– Довольно. Я уезжаю на плато Хаос - не знаю, на сколько, - она прервала связь и повернулась к подошедшему Найте.
– Найте, открой, наконец, выход, - я не хочу сидеть здесь вечно!

Миновав узкие мостики, она вернулась в туннель. Здесь ничего не изменилось. Ей показалось, что все происшедшее ей лишь приснилось, и ощущение реальности упорно не желало возвращаться. Вдруг на поясе запищала её рация. Хьютай сняла её и поднесла к уху. Из крошечного динамика донесся слабый голос Найте:

– Хью, то, о чем ты нас предупреждала, случилось. Началась война.

Глава 3.

Та, кто решает...

– Что, что случилось?
– торопливо спросила она.

– Части Внутренней Армии в Кен-Каро восстали.

– И это ты называешь войной! Конечно, это всё дело рук Черми Эрно?

– Да. Он приказал бомбить город.

– Тогда он сам предатель, который спровоцировал мятеж! Прикажи ему отступить и свернуть операцию.

– Я могу, но...
– Найте помолчал.
– Тогда он назовет предателями и нас.

Хьютай хмыкнула.

– Сомневаюсь, что Черми кто-то поверит. В конце концов, он зашел слишком далеко. Нам придется от него избавиться, - она прервала связь и бездумно пошла по туннелю. Так же бездумно она свернула в боковой проход, потом в ещё один. Лампы здесь были странно тусклые, выползавший из множества темных ответвлений туман скрывал продолжение туннеля.

Её внимание привлек странный темно-голубой свет. Его источали не обычные овалы ртутных ламп. Посмотрев вверх, она увидела приваренные к потолку массивные цилиндры атомных ламп. Слабое, мертвенное свечение их линз создавало зловещее впечатление. Пол коридора состоял из неровных стальных плит. В покрывающей их толстым слоем пыли четко отпечатывались её следы - люди уже много лет не бывали в этой части крепости.

Хьютай долго брела по этому туннелю, пока он не оборвался у запертых ворот. По обе их стороны в боковых стенах зияли широкие темные проемы.

Вдруг сзади донесся далекий душераздирающий скрежет и Хьютай обернулась. Что-то невидимое взметало пыль с пола, быстро приближаясь к ней. Она бездумно бросилась в правый проем, - и застыла у бездны, зияющей у самых её ног. Всё, бежать некуда.

Хьютай замерла, глядя на приближающийся призрак. Все её мышцы напряглись до предела, её бросило в пот. В последний миг она даже испугалась, что потеряет сознание... и в лицо ей ударил порыв пыльного ветра.

Она с трудом сдержала истерический смех. Всего лишь сквозняк от открытой двери! А она едва не бросился от него прямо в...

Она заглянула в бездну шахты и попятилась. Стоять перед смертью уже страшно, - а беспомощно выбирать между одной смертью и другой... и так глупо! На какое-то мгновение ей показалось, что ЧТО-ТО решило убить её из-за того, что она поняла, - и именно это было невыносимо страшно.

Хьютай яростно помотала головой. Она была слишком чувственной, - эмоции потрясали её, подобно взрывам, но, к счастью, отступали почти так же быстро. Она вновь подошла к шахте и осторожно заглянула в неё. К своему удивлению, она заметила прутья лестницы, ведущей вниз. Но спускаться туда ей не хотелось, и она уселась у выхода, прислонившись спиной к наклонной плоскости проема. Сердце всё ещё прыгало где-то у горла, и Хьютай вновь яростно встряхнула головой, злясь на себя за трусость. Наконец, её мысли вернулись к сюрпризу, который преподнес им ускоритель.

Первоначальный замысел строительства состоял в том, чтобы путем инверсии сильного взаимодействия в гравитационное, - ведь в соответствии с теорией Великого объединения всех взаимодействий все частицы тоже суть одна, - получить микроскопическую черную дыру. Вводя в неё сверхтяжелые ядра (они должны были поддерживать инверсию) можно было добиться их аннигиляции. Но теперь оказалось, что данный процесс - лишь частный случай более общей теории...

Хьютай вздохнула. На самом деле теория суперсимметрии давно говорила о том, что так называемые физические постоянные на самом деле далеко не постоянны. Сама невозможная точность их совпадения, которая делала возможной жизнь, говорила о том, что возможны бесчисленные другие варианты - а значит, у каждой из возможных вселенных, кроме некой общей для всех основы, есть ещё и индивидуальные "настройки". Их физическая природа оставалась, однако, загадкой. Разгадать её удалось лишь сейчас, по чистейшей случайности. Хьютай стало ясно, что верна одна из самых фантастических теорий - "настройки" зависели от особых частиц, лептокварков, которые их ускоритель уже вполне мог создавать.

"Нам невероятно повезло, - подумала она.
– Нужный уровень энергии у нас уже есть, вопрос лишь в нужном уровне контроля. Вообще, чтобы довести этот эффект до практического применения, - а кстати, надо его как-то назвать, не "эффектом Хьютай" же!
– нам достаточно понять, от чего зависит его... направленность".

Хьютай вновь вздохнула. На самом деле, они не были первыми на этом тернистом пути. На древнем языке Уарка этот эффект назывался Йалис, а машина, которая его производит, - Эвергет или Всесильная Машина. Он мог, например, немного увеличить сильное взаимодействие, - и сделать термоядерный синтез столь же доступным, как паровой котел. И это был лишь один из множества доступных ему "фокусов". Конечно, Хьютай понимала, что на их текущем техническом уровне построить машину, создающую Йалис, ощутимый на ядерном уровне, совершенно нереально. Для этого доступные им 20 ТэВ надо было превратить минимум в 20 000.