Чтение онлайн

Она присела, коснулась головы одного аборигена, затем второго, тот же маневр повторила Лана. За пару минут вся пятерка получила своеобразное «благословение», а я опять ничего не увидел и не понял, не мог разобрать, что именно было сделано и каким образом.

Все похвалы в мой адрес были не более чем комплиментами, я пока мог воспринимать и делать что-то очень грубое, причем исключительно в экстремальной ситуации, когда опасность грозила моей собственной жизни…

Аборигены остались лежать без сознания там, где упали, а мы двинулись обратно. Наши успели не только спуститься в пески, но и уйти далеко, и придется напрячься, чтобы их догнать.

Сил меж тем практически не было, я шел, волоча ноги, словно древний старик. Барышни из подразделения М выглядели бодрее, но я понимал, что им тоже непросто. Привычки к подобным «забегам» у них не имелась… да и откуда ей взяться?

Интересно, как воюет эта необычная часть, какие операции выполняет?

От размышлений меня отвлек прикатившийся из-за горизонта протяжный гул — работала артиллерия. Началась большая операция по уничтожению поселка дрищей и таящейся в нем жуткой опасности, в которой мы неожиданно оказались ударным звеном, а все остальное, включая танки и прочую технику — всего лишь отвлекающим фактором.

По следам двигаться было легко, и вскоре мы увидели шагавшую в арьергарде тройку. Один из них помахал нам, я помахал в ответ, и они даже чуть замедлили ход, чтобы мы могли их догнать.

Об успешно выполненной задаче я доложил Цзяню по рации, и тот велел присоединиться к нему.

— Вы справились, — сказал возглавлявший группу Сыч. — Хотя я и не сомневался. Одолеть ужас может только другой ужас, еще больший.

— Такого комплимента мне еще никто не говорил, — и Лана ехидно захихикала.

Помимо Сыча тут были Нагахира и Мэнни, и эти посматривали на ведьм с опаской, а на меня вовсе старались не глядеть. Стена между нами стояла крепко, и от осознания этого факта саднило внутри, сердце неприятно дергалось.

Неужели я больше никогда не стану дляпарней своим?

Догнать основные силы мы не успели, едва обогнали арьергардную тройку, как вновь донесся гул, но теперь уже из-под земли. Целый ряд белоснежных молний ударил из песка, образуя кольцо вокруг движущегося по пескам отряда, и внутри меня завыл ледяной ураган, замораживая извилины, покрывая их слоем инея.

— Проклятие!! — заорала Лана, но ее крик потонул в шуме и грохоте.

Мы почти забыли, что на нас охотятся могучие существа с другой планеты, только вот они нас помнили… И нанесли удар точно в тот момент, когда мы оказались в том месте, где изломы со всех сторон, где нельзя отступить, некуда бежать, где мы в ловушке.

— Да, наш косяк. Прозевали, — согласилась Гита.

А стены из сияния уже поднялись из-под земли, заколыхались в них исполинские фигуры без голов, с воронками-раструбами вместо рук и ног. И мне показалось, что я услышал голоса, насмешливые и злобные, настолько басовитые, что человеческое ухо способно уловить их лишь как вибрацию — они обсуждали нас, и радовались, что мы наконец-то попались.

В основной группе, где был Цзянь, началась суматоха, там явно попытались сойти с ума пятеро зомби, меченых червоточиной. Авангард начал отступать, теснимый надвигающимся цунами из света, и голоса за пределами слышимости зазвучали торжествующе, радостно.

— Одни не справимся, — Гита посмотрела на меня. — Трое — идеальная рабочая команда. Готов?

Я что, мог сказать «нет»?

Я знал, что происходит с теми, кто попадет в пронизанное молниями, насыщенное туманной жизнью сияние. И вовсе не хотел себе такой судьбы, обреченного существования в ожидании момента, когда неведомый хозяин возьмет надо мной контроль и бросит на какую-нибудь убийственную для исполнителя задачу.

Гита встала справа от меня, Лана оказалась слева — как обычно.

— Что делаем? — спросил я нервно.

Я ощущал себя новобранцем, не державшим в руках автомата, которого выгнали против танка и дали РПГ. То есть теоретически я понимал, что происходит, и какова наша цель, но навыков и знаний для ее достижения я вовсе не имел, соответствующих тренировок не проходил.

— Стараемся не обгадить портки, — блондинка выступила в своем репертуаре. — Разберешься. Помогай.

А ветер в моей голове уже не выл, орал, я почти видел тучи снежной крупы, несущиеся на меня. Хотя нет, не снежной крупы, а холодного песка, черного, словно обсидиан, похожего на пыль… так я воспринимал сознание размерами с планету, способное одной своей тяжестью открывать червоточины.

И еще я воспринимал нити… нет, каналы или струны… я просто не знал подходящего слова. Некие составляющие, тянувшиеся не через пространство, а мимо него, и прикреплявшие светопреставление вокруг нас к «рукам» того, кто создал его и управлял им в корыстных целях.

И ведьмы пытались даже не перерезать, а неким образом расшатать эти струны.

— Давай! Работай! Не спи!! — заорала Лана.

Я потянулся туда, где вибрировала ближайшая нить, и где стена из света колыхалась, а в ее толще бултыхался туманный исполин. Попытался зацепиться за нее сознанием, пронаблюдать, и тем самым изменить, ведь само наблюдение меняет наблюдаемый объект.

Меня словно хлестнуло по лицу огненным бичом, из глаз потекли слезы, я с трудом удержался на ногах. Слуха коснулись далекие крики, полные злости и печали… на самом деле кто-то завопил или показалось, я не сумел определить… даже поднять руки к лицу не мог.

— Не так резко! Мягче!! — слова Гиты хоть и с трудом, но пробрались в мое сознание. — Давай! Еще раз! Все вместе! Повторяй!

Я постарался не обращать внимания на то, что могли видеть все, на то, как ползут стены из света, оставляя нам лишь крохотный пятачок, как корчится на песке кто-то из злополучной пятерки, а обезумевший от страха боец сломя голову бежит прочь и влетает прямиком в молнию…

Я должен был смотреть на иное, заглядывать за кулисы.

Вновь передо мной предстали струны, и я увидел, как колеблется ближайшая, как бежит по ней волна. И мы должны разогнать эту волну, поднять ей частоту так, чтобы она перестала быть несущей и стала разрушительной, выпала из общей гармонии и создала диссонанс в общей ужасающей симфонии.

Но как, чем?

Я попытался увидеть, что делают ведьмы, и мне это удалось, я поймал их мягкие, изящные, сильные и очень быстрые движения… не рукой или ногой, а разумом и сознанием… Работая, они открылись, или я включил нужный режим, или случилось то и другое вместе, но я совершил то, что хотел сразу после драки.

Сейчас я мог воспринимать барышень из подразделения М как людей, как нелюдей, как разумных существ. И я замечал отличия, хотя не обладал нужным словарным запасом для того, чтобы правильно их описать… тут поток восприятия казался монолитным, струя жидкости, а не песка, хоть тоже из отдельных зернышек; искажение в пространстве они создавали куда более мощное и объемное, но единое, а не разбитое на отдельные впадины и выпуклости, настоящее гравитационное поле… были и другие, более тонкие, но может быть и более важные.