Чтение онлайн

— Лучше тебе не знать, сладкий мой, — ответила Лана. — Плохо спать будешь.

Нагахира уже суетился, приматывал друг к другу гранаты, которых у нас набралось с десяток. Плюс три «морковки» от РПГ — негусто, чтобы разрушить такое большое строение, хотя может быть требуется всего лишь нарушить его строгую геометрию, сломать пропорцию и точность углов?

Ветер начал утихать, а небо очищаться, буря то ли помчалась дальше, то ли угасла.

— Ух, красотка, если с тобой, то уж всяко хорошо, — финн осклабился. — Ты попробуй!

— Знающий тайное ходит по дорогам ужаса, и семена сомнений носит он в карманах, — вступил Сыч.

— Да ладно тебе… — начал финн, но от светской беседы нас отвлекли три безголовца, появившихся из-за угла.

Их смели одним дружным залпом, но тут пирамида словно вздохнула или застонала. Тяжелый надрывный звук пришел из ее недр, и перед глазами у меня все исказилось, поплыло, земля под брюхом показалась ненадежной, жидкой, и я вот-вот утону в ней, провалюсь до самого ядра.

Паника обварила сердце, я задергался насаженным на иголку жуком.

А потом все исчезло, я обнаружил, что ведьмы бледна как полотно, глаза Эрика вытаращены, и только Сыч выглядит нормально.

— Это ощутили все живые существа километров на пятьсот во все стороны, — проговорила брюнетка. — Если дать этому… устройству запуститься во всю силу, то оно сможет воздействовать на планету целиком. Нажали тут кнопочку, а на другой стороне шарика аборигены начали массово убивать себя, или местные киты выбрасываться на берег… или солдатики ЧВК «Земля» плясать нагишом. Пока не упадут замертво.

— Готов! — объявил Нагахира.

А я подумал, что не могли дрищи сами по себе развить подобные технологии. Биологические танки или минометы, пусть даже ПВО или живые дроны — это все примерно одно и то же с понятными модификациями, но вот такая хрень типа психотронного излучателя?

Не подбросил ли им замысел кто-то заинтересованный в том, чтобы вытеснить нас с «Инферно»?

— Ставь таймер на десять минут, и убираемся отсюда, — приказал взводный.

Японец, как и положено саперу, таскал с собой кучу всяких мелких устройств и инструментов. Вот и сейчас он прилаживал к связке гранат штуку вроде механических наручных часов, орудуя плоскогубцами и парой крошечных отверток.

— Готово, — наконец объявил он.

— Бегом! — рявкнул Цзянь, и никто не заставил себя упрашивать.

Пирамида вздохнула еще раз, и я вновь потерял ощущение твердой почвы под ногами. Обнаружил себя висящим в желтом мареве, среди раскаленных белесых струй и пронзительных криков.

Потом обычный мир вернулся, словно ударил в лицо шершавой твердой ладонью.

Но дома в поселке раскачивались, словно пьяные, из них неслись пронзительные крики, словно в подвалах были заперты души грешников, истязаемые демонами-палачами… Жуткие морды возникали там и сям, сгущались из воздуха, скалили кривые зубы, и тут же пропадали, чтобы уступить место другим, еще более страшным — не люди, не животные, не пойми что.

А мы неслись через этот кошмар, переставляя тяжелеющие ноги.

Улица, вроде бы прямая, ведшая от пирамиды к расщелине и наверх, прочь из котловины, закончилась тупиком. Дорогу нам загородило, встало на пути глянцевое и блестящее, словно обмазанное жиром строение — переплетение башенок и контрфорсов.

— Это морок!! — заорала Гита. — Насквозь!

Бежавший первым Карло оглянулся с сомнением во взоре, но Цзянь махнул лапкой. Командир первого отделения тронул кирпичную стену, и рука его провалилась внутрь. Шагнул вперед, и пропал из виду, за ним заторопились остальные.

Внутри оказалось не темно, а серо, поселок и стены котловины словно окуталисьгустым туманом. А потом мы вновь очутились снаружи, и помчались дальше по начавшей забирать вверх улице.

Пирамида вздохнула в третий раз, и тут я на какое-то время забыл, кто я такой.

Захотелось перевернуться на бок и почесать носом зудящую ласту… ласту? Перекувырнуться в воздухе, чтобы ощутить тугие воздушные струи, бьющие в крылья… крылья? Подобрать все восемь лапок и заторопиться прочь от того места, где все содрогается… восемь?

Потом я вновь стал самим собой, Иваном Серовым, вот только лишился возможности двигаться. Застыл на месте, сражаясь с непокорными, задубевшими мускулами, пытаясь вспомнить, как двигать не такими уж многочисленными конечностями, но очень странными по сравнению с ластами, крыльями и лапками.

Вокруг меня замерли соратники, набор статуй с вытаращенными глазами, искаженными лицами.

— Вот ведь беда, — Гита заглянула мне в лицо, на щеку обрушился обжигающий удар. — Отомри!

— В порядке, — ответил я.

Лана тем же способом «расколдовала» Эрика, потом досталось Сычу, остальные начали оттаивать сами.

— Две минуты, укуси меня осьминог! — объявил Нагахира, оглядываясь на пирамиду.

И мы побежали дальше, сражаясь с тяготением планеты и усталостью, с выбоинами под ногами и желанием лечь и уснуть прямо тут. Но выскочить из котловины не успели, не хватило какого-то десятка метров, когда японец заорал «Десять секунд!», а Цзянь отдал команду «Ложись!».

На этот раз барышни из подразделения М замешкались, так что я прихватил Гиту в охапку и повалил, закрыв собой. С Ланой тот же маневр повторил Эрик, хотя у него получилось не так ловко из-за поврежденной руки, и из-за того, что «пациентка» орала и сопротивлялась.

А в следующий момент грохнуло.

Поначалу слабо и далеко, это видимо взорвались гранаты, оставленные на боку пирамиды. А затем бабахнуло так, что я на мгновение оглох, планета под нами качнулась, мотнулась на орбите, взрывная волна прошла над нами, попыталась сорвать с головы каску, но не преуспела.

За вторым разрывом последовал второй, третий, тяжелые нокаутирующие удары. Вернулся слух, я уловил далекий треск и грохот, а повернув голову, обнаружил, что пирамида охвачена огнем, на этот раз не зеленым, а обычным.

Через проломы в стенах вырывались извивающиеся языки пламени, чашеобразные зеркала лопались как пережаренные семечки. Блистающие осколки летели в стороны, кувыркались в звездном свете, клубы дыма уходили в начавшее светлеть небо. Искривленные здания, меж которых мы недавно бегали, одно за другим оседали и схлопывались, зона разрушения увеличивалась подобного кругу на воде, от центра поселка расходилась к окраинам.

— Заснули?! — напомнил о себе Цзянь. — Отсюда еще убраться надо!

Ну да, осиное гнездо мы разрушили, но вот хозяева, вооруженные и очень злые, могут бродить по окрестностям.