Война времен
Шрифт:
– Я не смогла ей помочь... я не спасла её...
– страдальчески простонала Зей-Би.
– Ты ни в чём не виновата. Доктор Оландью сказал, что она была серьёзно больна.
– Я знаю, - опустив голову, сказала та.
– Но я могла ей помочь.... В нарушение законов своего времени...
– голос сэли оборвался, и она погрузилась в раздумье.
– Вы отдали тело в табор?
– Нет. Я не знал, куда обращаться, и велел похоронить её на кладбище замка...
– Без имени?
– изумилась Зей-Би.
– На надгробье обозначили только дату смерти....
– Ты должен немедленно ехать в "Голден Сиид". По цыганским обычаям нельзя хоронить мертвого без имени. Это грех...
– печально объяснила геноконцентрат.
– Ничего уже не поделаешь. Я не уеду, пока не освобожу тебя.
Он приблизился к ней и протянул руки, чтобы обнять её.
– Нет!
– сэли отстранила его.
– Я уже совершила не одну ошибку. С меня хватит! Уезжай! Уезжай, Герман, пока не поздно!
– Но, Зей-Би...
– Неужели ты не понимаешь? Я прошу уйти тебя, потому что ты мне дорог. Я не хочу, чтобы и ты умер, - дрожащим голосом пояснила Зей-Би.
– С чего это вдруг я должен умереть?
– Когда-то одна цыганка нагадала мне, что я принесу горе и смерть близким мне людям.
– И ты веришь в бред какой-то гадалки?
– Конечно же, нет! Но события показывают, что её прорицание не было ложью.
– Да?
– засмеялся человек.
– И кто же следующая жертва её пророчеств?
Зей-Би посмотрела ему в глаза и дрожащим голосом выговорила его имя.
– Я не отступлюсь от своей любви только из-за пустой болтовни какой-то полоумной старухи!
– решительно заявил Герман.
– Может быть, есть ещё какая-то причина, почему ты не хочешь, чтобы я остался с тобой?
– с подозрением и ревностью добавил он.
– Есть и не одна, - загадочно произнесла сэли.
– Какая же?
– Я не могу тебе этого сказать.
– Но почему?
– Когда-то и Адель задавала мне этот вопрос...
– вспомнила Зей-Би.
– Она клялась поверить и понять меня, истина оказалась слишком сложна для её разума. Подумав, что я ей лгу, она отвергла меня как друга и велела уйти из табора. Однако этот инцидент с насильником помирил и снова сблизил нас... и в то же время разлучил на целую вечность. Теперь, когда её нет в живых.....
– сэли отошла, присела на кровати.
– Зей-Би, - ласково обратился Герман к ней, садясь рядом.
– Но ведь я никогда не стану осуждать тебя. Я ведь люблю тебя и мне всё равно, каким было твоё прошлое. Я не вправе осуждать поступки других людей, так как и сам не безгрешен...
– Но моё прошлое не связано с каким бы то ни было грехом, - возразила сэли.
– Просто оно настолько не связано с настоящим... Я не могу вернуться к прежнему образу жизни, и сознание этого гложет мой разум. Если бы... если бы моё будущее было бы таким, как моё прошлое...
– Так почему же ты не вернёшься туда, где твой мир... твой воздушный замок?
– Мельсимор досадовал тому, что в планах Зей-Би о будущем для него не было места.
– Если бы я могла, - протянула сэли.
– Тебе не хватает средств или... решимости?
– холодно проговорил он.
– Ни того, ни другого, - задетая тоном человека, она встала.
– Ты думаешь, я какая-то попрошайка? Или преступница, бежавшая из тюрьмы? "Если человек совершит ошибку, его можно простить, но если это сделает геноконцентрат, ему прощенья нет!", - процитировала Зей-Би фразу "своего" устава и сразу же запнулась, поняв, что сболтнула лишнее.
– Кто они, эти... как ты сказала... гено... концертанты?
– Герман переврал незнакомое слово.
– Геноконцентраты, - поправила сэли, думая о своём.
"Если он мне поверит, это будет чудом, - подумала она.
– Ну, а если нет?... Тогда он уйдёт... и тем самым спасёт себе жизнь"... Кажется, она нашла выход.
– Геноконцентраты, - начала Зей-Би, - это - творения человека. Они созданы из биосинтетических волокон, с использованием генной инженерии... Люди, то есть мои современники в моём мире, создавая их и наделив нечеловеческой силой, не представляли, что разум у их творений будет почти равновеликим. Существует уже целый город геноконцентратов. Им управляют тринадцать старейшин - людей. Это ученые, от генов которых были созданы их же творения.
– И где находится этот город?
– изумлённо спросил средневековый человек.
– Далеко, очень далеко, - многозначительно ответила сэли.
– И в то же время совсем близко...
– Ты издеваешься?
– Нет, Герман. Это правда, которую ты хотел знать.
– Да что мне за дело до каких-то геноконцентратов?
– воскликнул он.
– Я просил тебя рассказать о себе, а ты...
– Так я и рассказываю о себе. Я - геноконцентрат из далёкого будущего.
Услышав эти слова, Герман вновь сел на кровать.
– Алекс, извлеки из "уменьшителя" временные часы, - сказала Зей-Би.
– Это приказ!
Положив средний палец правой руки на ноготок безымянного, Зей-Би направила луч "уменьшителя" на подоконник. Тонкая вспышка озарила крону дерева, и после того, как свет рассеялся, проступили очертания требуемого предмета из "уменьшителя".
– Вот, - сказала Зей-Би, протягивая человеку изобретение Марк-Сона. Из-за этого злосчастного предмета я очутилась здесь, в этом времени.
Герман, взяв его в руки и внимательно разглядев, воскликнул:
– Это же часы! Откуда они у тебя?
– Я позаимствовала их у изобретателя...
– Ты их украла?
– Нет, я их одолжила, но без разрешения, и вот к чему привела моя неосторожность.
Мельсимор приложил часы к уху.
– Они не работают, - сказал он и протянул руку, чтобы завести пружину.
– Нет!
– сэли выхватила временные часы у него из рук.
– Они не работают, но всё ещё могут сработать.
Человек ехидно усмехнулся.
– И ты думаешь, я поверю тебе? Да это же просто нелепая и бессмысленная ахинея про какие-то временные часы, про какой-то неведомый город, людей будущего и их творений! Дорогая, у тебя слишком сильно разыгралось воображение, и это не только нехорошо, а просто ужасно. Любой, кому ты это расскажешь, сочтёт тебя сумасшедшей!
– И ты так считаешь?
– уязвлённая до глубины души, спросила Зей-Би.
– Боюсь тебя разочаровать, Зей-Би, - сказал Герман, собирая с пола остальные предметы своего туалета.
– Но если я не поверил тебе, то никто не поверит, - заключил он и направился к железной двери камеры.