Чтение онлайн

Генрих, последний граф Дерби, сын упомянутого Джона Гонта… безрассудно, вопреки правосудию и справедливости, предав веру и нарушив свой вассальный долг, силой и оружием развязал войну во Флитшире в Уэльсе против упомянутого короля Ричарда, жестоко взял его в плен и заточил в тюрьму в Лондонском Тауэре; и лишил находящегося в тюрьме короля Ричарда королевской власти, положения, достоинства, привилегий, имущества и названного королевства; и захватил корону и титул короля и повелителя этого государства и всех владений его; и, не удовольствовавшись даже этим, он замыслил еще б ольшую гнусность, пугающую своей жестокостью, подлостью и злодейством: короля нашего Ричарда, помазанного на царство, коронованного и благословенного, и господина своего, и самого высокородного лорда на этой земле, он с предельной свирепостью и мучениями предал лютой, отвратительной и страдальческой смерти против всех законов Божьих и человеческих и клятвы верности; скорбные предсмертные стенания каждого христианина, обращенные к небесам, не забыты и на земле, особенно в королевстве английском именно потому, что оно терпело натиск невыносимого преследования, наказаний и несчастий, подобных которым не знало ни одно христианское государство; ничего подобного не может припомнить ни один человек и ни одна старинная хроника.

Тогда здравствовал названный Эдмунд Мортимер, граф Марч, сын и наследник названного Роджера, сын и наследник названной Филиппы, дочери и наследницы названного Лайонела, третьего сына названного короля Эдуарда III. Этот Эдмунд после смерти упомянутого короля Ричарда в соответствии с законом, традицией и совестью должен был наследовать право на корону и королевство. И ныне права сии принадлежат нашему названному господину и верховному лорду королю Эдуарду IV как кузену и наследнику названного короля Ричарда, согласно вышеупомянутому порядку. Наш названный господин и верховный лорд король Эдуард Четвертый, опираясь на свои права на эту корону и королевство, после смерти упомянутого истинно благородного и прославленного принца герцога Ричарда Йорка, его отца, от имени Иисуса, которому так было угодно, в четвертый день прошлого месяца марта взял на себя долг перед государством Английским, и получил высокое положение короля со всеми поместьями, имуществом, привилегиями, и достиг высочайшего величия и власти.

И в тот же самый день был низложен Генрих, недавно называвшийся королем Генрихом Шестым, сын Генриха, сына упомянутого Генриха, последнего графа Дерби, сына упомянутого Джона Гонта, по причине того, что он и предки его захватили трон и незаконно правили этим государством Английским и землями его; а также в стремлении к благополучию и объединению всех своих подданных и вассалов, трепетно желавших, чтобы был лишен короны и могущества неправедно достигший верховной власти узурпатор, во времена царствования которого не было ни мира, ни правосудия, ни хорошего управления, ни благоразумия, ни добродетели, но были смуты, междоусобицы и беды, бесчинства, потоки невинной крови, попрание законов, несправедливость, бунты, вымогательства, убийства, насилие и порок царили в благородном государстве Английском… {107}

…[Сэр Джон Скудмор] в начале блистательного царствования нашего верховного лорда короля, который ныне правит нами, как и до того, имел под своей опекой и управлением замок Пембрук (Pembroke) в Южном Уэльсе. Как только он узнал, что наш названный верховный лорд король вступил на трон этого государства, тот самый Джон, пребывавший тогда в вышеупомянутом замке, обратился к посредничеству неких лордов, состоявших при высочайшей персоне, чтобы те порекомендовали и представили его королю как истинного и преданного вассала, и заявил, что готов сдать замок мирно и без сопротивления. И вскоре Его Королевскому Высочеству было угодно передать власть и полномочия лордам Феррерсу и Герберту, чтобы те приняли упомянутый замок во славу и пользу короля.

И вслед за этим те самые лорды прибыли в упомянутый замок, и как только названный Джон Скудмор, правивший в том замке [68] , узнал, что сии лорды явились туда, имея вышеупомянутые полномочия, сообразно своему вассальному долгу и преданности сдал им замок во славу и пользу короля после обещания, данного упомянутыми лордами упомянутому Джону, что ему сохранят жизнь, поместья и имущество его. И сверх того, упомянутые лорды поклялись упомянутому Джону от имени короля, что он получит еще лучшие владения за то, что поступил столь достойно и преданно, а король не обделит его милостью своей, о чем они готовы дать письменное свидетельство, скрепив печатью упомянутого лорда Герберта. Они убедили его, что лорд Герберт имеет такие полномочия, чтобы принять этот замок на имя короля, как предписывало упомянутое письмо; и тогда этот Джон был приведен к присяге как истинный вассал короля.

Но, несмотря на это, на первом Парламенте нашего названного верховного лорда короля, состоявшегося в Вестминстере в 4-й день ноября, в первый год его правления, вскоре после сдачи упомянутого замка, благодаря злобным проискам имя упомянутого Джона было внесено в общий билль о лишении прав за государственную измену: и когда Палате общин этого Парламента было представлено упомянутое обещание и постановление, имя этого Джона было вычеркнуто из билля, а затем лордами, духовными и светскими, в упомянутом Парламенте был рассмотрен специальный законопроекте лишении прав упомянутого Джона. Перед ними были обнародованы упомянутое постановление и обещание, где фигурировали упомянутые лорды Феррерс и Герберт, являясь гарантами того, что все это правда. Посему упомянутый билль тогда был отклонен и отвергнут. Тем не менее в самом конце упомянутого Парламента, после того, как некоторые лорды и рыцари графств отбыли, непостижимым образом благодаря чьим-то тайным козням билль, подписанный королем, был доставлен в Палату общин; к нему прилагалось указание, что этот самый Парламент должен принять постановление о необходимости сохранения жизни и имущества упомянутого Джона, но не его поместий… {108}

Ваше Высокопреосвященство, король и все эти лорды держали меня до 24 февраля, постоянно говоря, что я должен остаться еще на день, и еще, и я все никак не мог получить возможность прибыть к Вашей Светлости, как обещал, что меня весьма огорчало. В тот день король намеревался идти в Нортумберленд, желая либо договориться с шотландцами о мире, либо начать войну. Милорд Уорик, двадцать второго того же самого месяца, отправился в Сэндвич и снарядил для похода много кораблей, и вывел их из гавани. Сделав это, он возвратился в Лондон, а пятого числа сего месяца уехал отсюда и двинулся вслед за королем. Некоторые говорят, что шотландцы собираются прийти сюда и развязать войну, но я едва верю этому, потому что шотландские послы оставлены здесь с различными поручениями, как я уже уведомлял Ваше Преподобие.

За одиннадцать дней до отъезда короля они обнаружили большой заговор, предводительствовал которым граф Оксфордский. И он, и его старший сын, и много других рыцарей и эсквайров лишились своих голов. Прежде чем король уехал, измена была обнаружена способом quidquid fortassis dicatur.Упомянутый граф с его сообщниками послали письма королю Генриху и королеве в Шотландию со своим слугой, который, будучи сторонником Йорка, показал их королю Эдуарду; их прочитали, скопировали и затем, запечатав снова, отправили с тем же самым посыльным королю Генриху, взяв с гонца обещание, что он возвратится с ответом. Он так все и сделал, сохраняя это в тайне. После того как прочитали ответ, граф Вустер, констебль Англии, был послан арестовать названного графа и других.

Их план был следующим: следовать за королем на север, притворившись его верными слугами, и, поскольку Его Величество не собирался брать с собой более тысячи всадников, а их было бы около двух тысяч, то в определенный момент одновременно с врагом они должны были бы напасть на короля и убить его и всех его сторонников. Тем временем герцог Сомерсет, который и поныне находится в Брюгге, должен был напасть на Англию, равно как и король Генрих собирался прийти с шотландцами, и граф Пембрук из Бретани. Некоторые священники тоже были взяты за то, что, как говорят, они прикрепили к дверям церквей воззвания, в которых утверждалось, что святейший папа римский отменил все, что Ваша Светлость сделал в этом королевстве, и якобы он дал полное прощение всем тем, кто будет с королем Генрихом, и отлучил от церкви приверженцев нашего короля. Я полагаю, что они будут наказаны, как того заслуживают [69] . {109}

Также, сэр, мне было сообщено под строжайшим секретом, что сила великая, числом 120 000 человек готова прибыть сюда сразу с трех сторон под предводительством короля Гарри и королевы, и герцога Сомерсета и других; и если им посчастливится с ветром и погодой, они должны вскоре на Сретение Господне появиться здесь. От Трента к окрестностям Лондона одна их часть дойдет, вероятно, вскоре после Сретения, другая часть пойдет из Уэльса, и третья из Джерси и Гернси. Вы хорошо сделали, что сообщили об этом милорду Уорику, потому что он может поговорить с королем, чтобы дать достойный отпор их злонамеренным планам… {110}

В этом году на третий день ноября королева Маргарита повела войско из Франции в Шотландию; и так вступила на земли Англии и начала войну. Тогда король пошел к северу со множеством людей; и 13 ноября королева, услышав, что он движется сюда с великою силой, оставила свой лагерь и обратилась в бегство. И она сбежала на каравелле вместе со всем своим скарбом. По пути ее настигла сильная буря, и ей пришлось оставить каравеллу и пересесть в рыбацкую лодку, на которой она достигла берегов Бервика (Berwick); а корабль со всем добром потонул.

И в тот же самый день приблизительно четыреста французов, составлявших все ее войско, отправились к Бэмборо (Bamborough), где обнаружили, что из-за бури не могут уплыть. Тогда они сожгли свои корабли и пошли в сторону острова, где столкнулись с неким Менерсом (Maners), сквайром, и бастардом Огле, при которых было двести человек; те поубивали некоторых из этих французов, а оставшихся взяли в плен. И когда король узнал о бегстве Маргариты, то хотел преследовать ее и захватить в плен; но случилось так, что на него напала корь, из-за чего ему не удалось исполнить до конца задуманное. И на 12-й день, в Рождество, прибыли шотландцы, чтобы захватить замок Алнвик; но еще до их прихода гарнизон этого замка уже сдался королю. И одновременно замки Бамбург и Данстенбургтоже покорились королю. И герцог Сомерсет и сэр Ральф Перси сдали их на милость короля, который взял их под свое покровительство. И к Масленице король прибыл на юг. {111}

Истинно почитаемый брат, вверяю себя Вашим заботам. Соблаговолите узнать новость, которую сегодня мы здесь услышали: через семь дней шотландцы собираются вступить на земли Англии, чтобы спасти эти три замка — Алнвик, Данстенбург и Бамбург, — осаждаемые со вчерашнего дня. Под стенами Алнвика стоит милорд Кентский и лорд Скэйлз; осаду замка Данстенбург держат граф Вустер [и] сэр Ральф Грей; и у замка Бамбург находятся лорд Монтегю и лорд Огле, и другие различные лорды и джентльмены, которых я не знаю. И там у них достаточно артиллерии, привезенной из Ньюкасла и пригодной как для осады, так и для сражения на поле в случае, если там развяжется битва, чего, как я полагаю, не будет, поскольку шотландцы не держат своих обещаний. Милорд Уорик стоит под стенами замка Варкворт, в трех милях от Алнвика, и ежедневно ездит ко всем этим замкам для наблюдения за ходом осады. И если у них [у осаждающих] возникает необходимость в продовольствии или чем-либо другом, он своей властью готов им все обеспечить. Король повелел милорду Норфолку привезти продовольствие и артиллерию из Ньюкасла к Ворквортскому замку милорду Уорику.

…Король находится в Дареме (Durham), а милорд Норфолк — в Ньюкасле. Людей у нас достаточно. В случае, если мы здесь задержимся, я прошу Вас прислать мне денег, чтобы хватило к будущему Рождеству, поскольку может случиться, что ни я не получу разрешения на то, чтобы послать домой кого-нибудь из моих наемников, и никому другому не разрешат; а того, кто ускользнет тайно, если об этом дознаются, ждет суровое наказание. Веселитесь, пока еще можно, покуда не грозит никакая опасность. {112}

И затем вышеупомянутый Ральф Перси возвратился в Нортумберленда и стал охранять два из названных замков согласно назначению [70] . И названный сэр Гарри Бофорт [71] , пребывая по-прежнему с королем, поехал с ним в Лондон. Король отнесся к нему настолько милостиво, что часто делил с ним свою кровать и несколько раз на охоте позволял ему ехать позади себя; это при том, что у короля было самое большее шесть лошадей, у людей герцога Сомерсета было три. Король искренне любил его, но, как выяснилось, герцог, прикрываясь сладкими речами, замышлял измену.

Упомянутый сэр Ральф Перси, войдя в крамольный сговор с французами, коварно сдал им замок Бэмборо из-за своего nolens volo.Что касается замка Алнвик, то все достойные ратные люди силой оружия вырвались оттуда и спасли сэра Пьера де Брезе наутро двенадцатого дня; те же, кто остался в замке, сдали его по требованию врагов и пр. И затем король Эдуард назначил сэра Джона Эстли (Astley), рыцаря, мужественно сражавшегося с иноземцами при Смитфилде (Smithfield), капитаном замка Алнвик, сменив им констебля сэра Ральфа Грея.

И через три или четыре месяца этот лживый рыцарь и предатель, сэр Ральф Грей, вероломно захватил упомянутого сэра Джона Эстли и передал его королеве Маргарите; и его отвезли в замок к лорду Ханджерфорду (Hungerford), который пребывал там вместе с французами; и так он отнял у короля, нашего верховного лорда, эти владения. И затем, когда король Гарри и королева прибыли к королю Шотландии, сэр Пьер де Брезе с восемьюдесятью тысячами шотландцев осадил замок Норхэм (Norham) и стоял там восемнадцать дней. И затем милорд Уорик и его брат лорд Монтегю поклялись освободить упомянутый замок Норхэм и так и сделали, и обратили короля Гарри и короля шотландцев в бегство. И королева Маргарита со всеми ее советниками и сэром Перисом де Бразилем вместе с французами сбежала по воде на четырех небольших суденышках; и они высадились в Слейсе во Фландрии, и, опасаясь войска милорда Уорика и брата его лорда Монтегю, которое шло за ними по пятам, они в спешке бросили отставшего от них короля Гарри и всех своих лошадей и доспехи. И после отступления сэра Периса Бразила со товарищи там остался лишь один мужественный человек, барабанщик, который решил встретиться с милордом Уориком: он стоял на холме со своим барабаном и трубой и барабанил и трубил так бодро, как только можно себе представить; и пока милорд не подъехал к нему, он не сдвинулся с места; и так он стал человеком милорда и до сих пор верно служит ему и его господину.

Тогда король Эдуард IV решил отправить армию в Шотландию как по суше, так и по воде, чтобы мятежники короля Гарри и королева Маргарита не смогли добраться морем. И король сделал графа Вустера капитаном. И затем он снарядил большой флот и большую армию на случай сражения на море или на суше. Но все было напрасно, и ни один из отрядов не достиг цели.

Также после уговоров король согласился отправиться в Йоркшир и его окрестности, чтобы узнать настроения людей на севере. И взял с собой герцога Сомерсета и двести хорошо вооруженных человек на добрых конях. И упомянутый герцог, Гарри Сомерсет, и его люди были поставлены охранять короля, поскольку король оказывал этому герцогу особое покровительство и очень доверял ему. Но охрана его была подобна злобным волкам, стерегущим ягненка; однако же пастухом был Всемогущий Бог.

И когда король отбыл из Лондона, он направил свой путь к Нортгемптону и прибыл туда в день Апостола Святого Иакова, и лживый герцог был с ним. И люди Нортгемптона из соседнего графства видели, что этот вероломный герцог и предатель был так близок к королю и служил его охраной. Горожане выступили против того лицемерного предателя — герцога Сомерсета — и хотели убить его прямо во дворце короля. И с большим трудом в тот раз королю удалось своими мудрыми речами спасти ему жизнь, к моему искреннему прискорбию, потому что впоследствии из-за этого погибло множество народа, о чем Вы еще услышите.

И затем король тайно отослал этого вероломного герцога Сомерсета в свой собственный замок, чтобы обезопасить его жизнь, а людей герцога отправил охранять город Ньюкасл, выплатив им сполна достойное жалованье. И король заботливо пожаловал жителям Нортгемптона бочку вина, чтобы они пили и веселились. И те с радостью выпили вино на рыночной площади. Осмелюсь сказать, что никогда доселе в тавернах не набивалось столько народа, как тогда, поскольку у них в изобилии водились куски чистого серебра. Некоторым разливали вино в чаши, некоторым — в котелки, некоторым — в кубки, некоторым — в кастрюли и некоторым — в блюда. Вот сколько денег у них было в то время…

И в тот же самый год в канун Рождества этот коварный герцог Сомерсет, без какого бы то ни было разрешения короля, выехал из Уэльса со своей свитой к Ньюкаслу, и он, и его люди были движимы идеей сдать упомянутый Ньюкасл. И на пути туда его выследили и чуть не схватили близ Дарема в его собственной кровати. Но ему удалось убежать в рубашке и босиком, а взяли двух из его людей, при которых была его шкатулка и доспехи. И когда его люди узнали, что он бежал, а его обман раскрыт, они, как настоящие предатели, скрылись из Ньюкасла, и некоторые из них были схвачены и казнены за их подлые деяния и пр.

И так король, наш верховный лорд Эдуард IV узнал о грязных намерениях этого лживого герцога Гарри Сомерсета. Король послал большой отряд своих царедворцев охранять город Ньюкасл и сделал лорда Скроупа из Болтона капитаном города; и они надежно охраняли его всю зиму. И к следующей Пасхе шотландцы запросили мира у нашего верховного лорда короля. И король назначил уполномоченных для встречи с шотландцами [72] …

Местом переговоров был выбран Йорк. И договориться о мире с шотландцами должен был милорд Монтегю, поскольку он был губернатором Шотландской марки. Милорд Монтегю отправился в сторону Ньюкасла. И на его пути, недалеко от Ньюкасла, в лесу, была подготовлена засада лицемерным герцогом Гарри Сомерсетом и Перси со товарищи, к которым также примкнул подлый предатель сэр Хэмфри Невилл с 80 копьеносцами и лучниками. И они должны были внезапно напасть на лорда Монтегю и убить его, но во благодарение Богу их измена была раскрыта.

И затем лорд Монтегю поехал другим путем, собрал большой отряд, приехал в Ньюкасл и далее продолжил свой путь в Норхэм. И по дороге ему повстречались коварный герцог Сомерсет, сэр Ральф Перси, лорд Ханджерфорд и лорд Рус со всей их компанией, числом вооруженных до зубов 5000 человек [73] . Это случилось в День Святого Марка; и в тот самый день был убит сэр Ральф Перси. И увидев его мертвым, вся та сторона пришла в уныние и пустилась в упреки. И каждый человек покидал это место с тяжелым сердцем. И затем милорд Монтегю поскакал в Норхэм, где представил шотландцам лордов — специальных посланцев короля. И там был заключен мир с Шотландией на пятнадцатилетний срок. И шотландцы должны были быть верны этому договору все это время, однако им трудно верить, ведь они всегда были очень хитры и вероломны.

И затем 14 мая милорд Монтегю поехал из Ньюкасла в Хексхэм (Hexham). И там он схватил того лживого герцога Гарри Бофорта Сомерсета, лорда Руса, лорда Ханджерфорда, сэра Филиппа Вентворта (Wentworth), сэра Томаса Финдерна (Findern) и многих других; смотрите, сколь мужественный человек этот добрый граф Монтегю, поскольку он не попался в хитрые сети этих изменников, но взял в плен многих из них и многих поубивал во время того похода…

И в том же самом месяце около Ньюкасла в угольной шахте был захвачен Тейлбойс (Tailbois) [74] , и при нем было много денег, и золота и серебра, которые он собирался передать королю Гарри. И если бы они достались Гарри, недавнему королю Англии, то это принесло бы много горя, поскольку у него было в достатке оружия и пушек, но люди не пошли бы за ним без вознаграждения. И они ежедневно и ежечасно ждали денег, которые этот Тейлбойс должен был послать или привезти им; эта сумма составляла 3000 марок. А люди, сопровождавшие лорда Монтегю, были измождены и страдали от ран и болезней, и многие из них не выдержали этого долгого и тяжелого перехода. Он поделил эти деньги среди своих людей, что было для них словно целебным бальзамом. И на следующий день Тейлбойс сложил свою голову на плахе в Ньюкасле. {113}

В первый день мая, находясь в этом походе, король Эдуард тайно вступил в брак с Елизаветой, бывшей женой сэра Джона Грея, рыцаря, который был убит в битве при Тоутоне или Йорке; эта свадьба состоялась рано утром в городе под названием Графтон (Grafton), близ Стоуни Стредфорда (Stony Stratford). На церемонии кроме жениха с невестой были лишь герцогиня Бедфордская, ее мать, священник, две фрейлины и юноша, прислуживавший священнику. После чего король отправился в опочивальню, где провел около трех или четырех часов, а затем вернулся в Стоуни Стредфорд, изобразив, что все это время провел на охоте, и там снова лег спать.

И через день или два он послал в Графтон лорду Риверсу, отцу своей жены, предупреждение о своем намерении приехать и остановиться у того на некоторое время. Принятый со всеми почестями и уважением, он гостил там четыре дня. В это время его жену приводили к нему в опочивальню в такой строжайшей секретности, что почти никто, кроме ее матери, не был посвящен в эту тайну. И так этот брак год держался в секрете, пока необходимость не заставила короля открыться [75] . {114}