Чтение онлайн

– А если сын сиротой останется?

Володя грустно усмехнулся, но ответил с бравадой:

– Знать судьба такая. Зато безбедную жизнь я ему уже обеспечил...

Они, перебравшись вскоре за стол к друзьям Володи, засиделись в ресторане до его закрытия. Вышли все вместе, веселые, жизнерадостные, забыв напрочь о недавних разговорах об опасной профессии.

У Дома литераторов парней поджидала блестевшая в свете ночных фонарей "Вольво".

– Хотите, подбросим, - предложил Володя.
– Машина - класс, все уместимся.

– Спасибо, - поблагодарил Ерхов.
– Мы пешочком пройдемся, проветримся. Метро тут рядом.

Ребята с шумом и смехом начали усаживаться в машину, а Евгений и Александр направились к Садовому кольцу. Александр, хотя был в изрядном подпитии, заметил, как стоявший позади "Вольво" метрах в пятидесяти "Мерседес" тронулся с места и, поравнявшись с начавшей выруливать машиной, плеснул из двух окон огненными струями. "Вольво", проехав немного, уткнулась в стоявшую впереди "Волгу"и занялась пламенем.

– Напророчил!
– в отчаянии воскликнул Александр.

– Не казни себя, - успокаивающе взял его под руку Евгений.
– Рано или поздно этим должно было закончиться.

4

Борис опоздал к ужину: домочадцы уже вышли из-за стола, а тесть с неизвестным гостем вели беседу за чашкой кофе с коньяком.

– Переодевайся, мой руки, мы тебя ждем, - сказал Александр Николаевич зятю, выглянувшему из прихожей.

Борис был голоден, зол и очень хотел выпить. Сегодня снова схватился со своим компаньоном-подельником Витькой Мазуркиным из-за предстоящей операции по выколачиванию денег из коммерсанта Кочурова, задолжавшего сорок тысяч долларов. Повод для ссоры, понимали оба, пустяковый - баксы все равно пойдут в общий котел, но ни тот, ни другой не желал уступать первенства в операции, точнее главенства. Полтора года они "работают" в одной упряжке, а до сих пор не разобрались, кто из них командир. Прямо-таки двоевластие. И куда лезет в атаманы этот увалень-тугодум, не знающий азов милицейско-розыскной деятельности. Армия - не милиция, там другому учат. Да и сколько он прослужил? До четырех не дотянул, выгнали как неперспективного и бездарного офицера. И на гражданке ничем не отличился - начальником охраны компании "Трансферо" года не продержался, как был изгнан президентом за неумелую организацию охраны. А он, Борис Скрябинов, как никак лейтенантом милиции был. Правда, "коммерческий" стаж у Витьки на три года поболее, и он занимается подбором "кадров" для боевой группы, но это ничего не значит... Придется на деле показать, кто умнее и хитрее...

Борис быстро переоделся в спортивный костюм, умылся и вышел к столу. Теща тем временем поставила на стол закуску.

– Знакомься, гость из Москвы, Рогатнев Иван Георгиевич, - представил Александр Николаевич.
– Наш коллега. Прибыл к нам в подкрепление. Так что тебе придется пристроить его под свою крышу.
– Тесть, наполняя рюмки, объяснял ситуацию: - А это мой зять, - кивнул в сторону Бориса.
– Я вам о нем рассказывал. За знакомство.

Борис осушил рюмку одним глотком. Гость с тестем только пригубили, хотя и раньше, похоже, не особенно усердствовали - бутылка чуть начата.

"По штату не положено, - со злостью подумал Борис.
– На кой хрен мне этот помощник. Да ещё столичный. Будто без него не справимся. Мы будем пахать, рисковать жизнью, а он поедет в свою первопрестольную победителем".

Он явно был недоволен и ещё больше накалился. Молча закусил и сам налил себе еще.

– Какие-нибудь неприятности?
– догадался тесть.

– Приятно только за столом сидеть с хорошей выпивкой и закуской, философски заметил зять.
– А на работе одни проблемы. Куда не кинь - всюду клин. Снова на завод комплектующие не поставили. Станки стоят, рабочие бушуют, зарплату платить нечем.

– Это я знаю, - остановил зятя Александр Николаевич.
– Что мазуркинцы?

Борис не торопился с ответом. Не хотелось ему посвящать тестя во все подробности при незнакомом человеке, хотя тот, по всей вероятности, из Управления по борьбе с организованной преступностью.

– Торгуют мазуркинцы. Что-то новое замышляют. Темнят, видать, побаиваются пока недавнего мента.
– Снова выпил и закусил.
– Узнаю, никуда не денутся, - добавил, набивая себе цену, хотя все знал и являлся сам инициатором предстоящего ограбления торговца импортными шмотками из Турции господина Халявина.

– Узнай, - подтвердил тесть.
– Надо кончать с этой бандой. И другими тоже. Через несколько дней начнем операцию "Сирена". Подробности обговорим перед началом.

А гость не задал ни одного вопроса. Только смотрел на молодого коммерсанта, родственника замминистра, и слушал. Видно, заметил, что Борис не в духе, и предпочел помолчать. А может, кое-что уже пронюхал?.. Вряд ли. Борис с тестем живет, ведет себя осторожно, рассказывает лишь о некоторых налетчиках, - Александр Николаевич, несомненно, проинформировал об этом гостя...

Закончив ужин и сославшись на предстоящий ранний подъем, Борис вышел из-за стола и отправился в свою комнату, где ещё не спала жена, поджидая своего суженого. Отложила книгу и потянулась к нему с нежной улыбкой.

– Наконец-то. Вы прямо как бабы со своими сплетнями. Дня вам не хватает о службе наговориться.

– Я уже не на службе, между прочим, - сердито напомнил Борис, - а на работе, где надо и мозгами шевелить и ногами топать. Устал как черт на Ивана Купала.
– Он сбросил адидасовский костюм, перелез через жену, пытавшуюся было задержать его, и улегся, отвернувшись к стене.

Жена фыркнула, тоже было отвернулась от него, но потом легла на спину.

– Если тебе неприятно спать со мной, можешь перейти на диван.

Ему нестерпимо захотелось ответить, но ссора сейчас совсем ни к чему, и так отношения с тестем более чем натянуты: требует более активной помощи. Хочет быстрее генерала получить. А у Бориса свои планы, до чертиков надоело с родителями жены под одной крышей жить, где приходится не только заначку прятать, но и свои мысли: глаза у тестя такие, будто насквозь все видит. И, похоже, не очень-то ему доверяет. Такие вопросики порой задает, что холодок по коже пробегает - то ли что-то знает, то ли догадывается. Надо быстрее вопрос с квартирой решать да и закругляться с острыми ощущениями: сколько веревочке не виться, конец все равно будет..

И как он докатился до такой жизни? Если бы десяток лет назад ему сказали, что он станет бандитом, налетчиком, вымогателем, он дал бы тому в рожу. Одна у него была мечта с детства - вырваться из той захудалой деревни, где он родился, от коровы, на которую с отцом трудились зимой и летом, от навоза, от грязи; хотелось жить в городе, где и топить печь не надо, и траву не косить, и на огороде спину не гнуть. До исступления ненавидел он крестьянскую жизнь, крестьянский труд, и служба в армии показалась ему избавлением от прежнего существования. Еще перед увольнением в запас он написал заявление в Волгоградскую школу милиции, закончил её и в звании лейтенанта был направлен для прохождения службы в город Ижевск.

Служба во вневедомственной охране оказалась не такой привлекательной и интересной, как он предполагал. Жизнь в общежитии, бесконечные вызовы по тревоге, ночные и дневные дежурства не оставляли времени на личную жизнь. А Борис был молод и недурен собой, девицы частенько зазывно улыбались, и его тянуло к ним, волновало кровь и душу.

Нежданно-негаданно судьба свела его с директором частной фирмы "Аван" Галиной Беленькой, женщиной энергичной, волевой и умной. Они с первого взгляда понравились друг другу и быстро нашли общий язык.