Чтение онлайн

— Ты это слышал?

Делая вид, что мы не понимаем, что наш разговор носит приватный характер, Эшли говорит:

— Конечно, если тебе нравится анальный секс. Это все, что он хочет. Анал. Анал. Анал. Я так чертовски растянута, что ему пора пустить в ход кулак.

— Звучит так, будто стоит поделиться этим добром, — шучу я. — У него есть друг? У меня не было секса втроем с прошлого лета. Если не считать бытовой техники, не так ли? То, что я делала со своим блендером, должно быть незаконным.

— О, Боже мой, — визжит женщина. — Вы обе отвратительны.

Эшли поворачивается и ослепляет ее белозубой улыбкой.

— Последняя женщина, которая назвала меня по имени, провела месяц в ошейнике в моем домике штата Мэн. Мне пришлось освободить ее, хотя в конце она умоляла остаться. Вам такое нравится?

— Я больше не собираюсь это слушать, — заявляет пожилая женщина, хватает мужчину за руку и стремительно уходит. Похоже, ему не так уж хочется, но он уходит с ней.

Прежде чем они оказываются вне пределов слышимости, мы с Эшли разражаемся смехом. Отдышавшись, я говорю:

— Во-первых, теперь я знаю, что мы читаем одни и те же книги. Во-вторых, за это мы отправимся в ад.

Она бесстыдно пожимает плечами.

— По крайней мере, мы будем со всеми нашими друзьями, — она бросает взгляд на женщину, что несется через парковку. — Она это заслужила. Все знают, что когда ты подслушиваешь чужой разговор, надлежащий этикет требует притворяться, что ты его не слышишь.

— Да. Нам с тобой следует открыть школу этикета. Мы в этом профи.

— Те, кто нас любит, принимают нас такими, какие мы есть. Те, кто нас не любит, не имеют значения.

Она права.

— Можешь представить, скольким людям она собирается рассказать об этом?

— Мы задержимся в ее голове на недели… возможно, месяцы.

Я хихикаю.

— Интересно, загуглит ли она ошейники для взрослых.

— Если да, вся таргетированная реклама будет отражать то, куда приведет ее любопытство.

— Иногда я жалею, что люди в возрасте не знают, как пользоваться TikTok’ом. Мы — исключение. Думаю, мы могли бы забуллить ее аккаунт.

Мы обе все еще улыбаемся, когда очередь снова движется вперед.

— Вернемся к тому, о чем мы говорили. Я действительно хорошо провела время с Лео. Нам следует сходить на двойное свидание.

— Ты забыла одну маленькую деталь. Я ни с кем не встречаюсь.

Она кривится.

— А как же Грег?

Я качаю головой.

— Он меня не интересует.

— А ты хоть проверяла?

Я помню, что ничего не почувствовала, когда Грег предложил нам потрахаться и посмотреть, что из этого выйдет, и мне от этого немного грустно. Он хороший парень, у него есть работа и квартира. Он даже неплохо выглядит. У нас общие друзья и интересы. Теоретически в этих отношениях есть смысл. Жаль, что я ничего к нему не чувствую. Я никогда не пробовала картон, но знаю, что он не разбудил бы мои вкусовые рецепторы, и я чувствую то же самое по поводу голого Грега.

— Если ты предлагаешь мне случайно переспать с ним, чтобы посмотреть, изменит ли это мои чувства, позволь напомнить, что тебе нравился Лео до того, как вы напились.

Мы называем свои имена хозяйке закусочной, и та сообщает, что осталось несколько минут, прежде чем мы сядем. Мы отвечаем, что все в порядке. Мы бы не выбрали это место, если бы спешили.

Мы окружены группой людей по одну сторону дверного проема. Эшли понижает голос.

— Чувства к Лео были для меня неожиданностью.

— Не для меня. Последний месяц ты только о нем и говорила. С тех пор, как помогла ему покрасить гараж.

— Это был веселый день, — она морщит нос, глядя на меня. — Есть вещи, которые мне всегда в нем нравились, но я не думала, что он сексуальный, пока… Наверное, мне не стоит делиться подробностями.

— Не сдерживайся, говори громче, — говорит мужчина сбоку. Мои брови взлетают вверх, когда я понимаю, что он и женщина рядом с ним выглядят так, словно им за восемьдесят. У нее есть ходунки. У него трость. Он лысый, с нелепо большими белыми бровями, что идеально сочетаются с ее буйной копной белых кудрей.

— Гарольд, прекрати, — пожилая женщина игриво хлопает его по руке. — Не думайте, что отпугнете его непристойными разговорами. Вы говорили про анал. Когда-то я пообещала, что, если мы оба доживем до его сотого дня рождения, он получит его в подарок. Последние пятьдесят лет он не уставал напоминать мне об этом обещании, — она закатывает глаза. — Старый ублюдок планирует задержаться здесь только ради этого.

— Чертовски верно, — с гордостью говорит ее муж. — Осталось двенадцать лет, семь месяцев и десять дней.

— О Господи, — говорит она, но обнимает его за руку. — Я бы бросила тебя прямо сейчас, но не думаю, что смогу убежать далеко.

— Ты никогда не могла, — он обнимает ее одной рукой и целует в щеку.

Взгляд, которым она одаривает его, полон любви.

— Ты же знаешь, я никогда и не пыталась.

Поскольку пара временно забывает о нас и теряет себя в глазах друг друга, я беру Эшли за руки.

— Если я не найду что-то настолько хорошее, то лучше останусь одна.

Эшли добавляет.

— Я бы сказала, что твои стандарты слишком высоки, но я согласна. Я тоже этого хочу.

Называют имя, и пара уходит за столик.

После недолгого молчания я спрашиваю:

— Как думаешь, у вас с Лео могли бы быть серьезные отношения?

Пауза перед ее ответом красноречива.

— Я не знаю. Он мне нравится — очень. Он очень милый. Он поднимет свое нижнее белье с пола в ванной и положит его в корзину, но я не знаю, достаточно ли этого. Может быть, это устарело… или результат прочтения слишком большого количества мрачных романов… но я хочу кого-то, кто будет не просто любить меня, но и защищать. Я хочу знать, что он убьет ради меня, умрет за меня…

— Я думаю, что мужчины, которых мы вожделеем в книгах, не стали бы хорошими мужьями. Ты действительно хочешь кого-то, кого тебе придется навещать в тюрьме, потому что он убивает каждого мужчину, который на тебя смотрит?

Эшли вздыхает.

— Я не хочу, чтобы он кого-нибудь убивал… Мне только нужно верить, что он способен это сделать. Я бы похоронила любого на заднем дворе, если бы тот когда-нибудь пришел за людьми, которых я люблю. Все, чего я хочу — это кого-то, кто сделал бы то же самое для меня.