Возложение
Шрифт:
Он выбросил таблетки, и мы вместе пережили последствия. Никто не пришел за ним. Может, они знали. Может, нет. В любом случае, мы бы боролись за него. То, что он сделал с Хью, а также то, что я рассказал всем позже, изменило отношение, хотя после того дня ни о том, ни о другом не вспоминалось.
Мы стали семьей.
Где сейчас мое подразделение?
Я один остался?
То, что случилось со мной, случилось и с ними? Или они продолжали жить послевоенной жизнью?
Мое последнее воспоминание — это просьба Хью ударить Рэя. Позже Рэй извинился, но его извинения, похоже, не были связаны с тем, что он сказал.
Затем произошла вспышка.
Потом ничего.
Теперь… тюрьма.
Слышится вибрация голоса. Это она. Я не знаю, что она говорит, но она рядом.
Я зову ее. Ответа нет, потому что я не способен произнести ни звука.
Я не хочу желать ее… испытывать такое отчаяние из-за ее присутствия. Большую часть жизни я был закрыт от мира, но никогда не испытывал такой непреодолимой потребности в ком-то.
Она обвивается вокруг меня, и мне больше не холодно. Меня обнимают, ласкают, и я так возбужден, что прошлое перестает иметь значение. Она — это все, что есть, и все, чего я жажду.
Глава девятая
‡
Шерил
Провиденс, Род-Айленд
2024
Я возвращаюсь в квартиру, беру ложку с полки, на которую положила ее ранее в тот день, и вздыхаю. Стыдно признаться, как часто я думала о ней. Я не позволяю себе этого, но хочу сохранить ее навсегда.
Я говорила себе вернуть ее, но не хочу. Я взяла ее с намерением вложить в конверт и отправить Мерседес, но каждый раз, когда я к ней прикасаюсь, что-то происходит.
Это волнующе — как будто я прикасаюсь к чему-то запретному.
Но это также нечто большее.
Ложка теплая на ощупь, приветствует меня, кажется более моей, чем что-либо, что у меня когда-либо было. Когда я откладываю ее в сторону и заставляю себя отойти, мне немного больно, как будто я оставляю частичку себя.
Иногда я стою и смотрю на нее, как будто она зовет меня.
Ложка. Гребаная ложка.
На обратной стороне ручки указано серебро 925 пробы и название компании изготовителя. Больше ничего.
Я осмотрела ее с помощью увеличительного стекла. Угадайте, что я увидела? Серебро с глубокой царапиной. Не знаю, что еще я ожидала увидеть, но этого там не было. Я бы с удовольствием отнесла ее в лабораторию Эшли и изучила под микроскопом, но не готова отвечать на дополнительные вопросы по этому поводу.
Я одинокая женщина в расцвете сил. Время от времени я немного развлекаюсь, но ничего слишком дикого. Я все еще могу пересчитать по пальцам одной руки количество мужчин, с которыми я спала. Ну, могла бы, если бы у меня было больше пальцев, хотя парня, с которым я трахалась в старших классах, можно не считать. Ни один из нас не понимал, что делал.
Следовало догадаться, что ничего хорошего из этого не выйдет, когда он сказал, что не хочет, чтобы я видела его обнаженным. Я была девственницей, то есть не экспертом в сексе, но думала, что мы не должны были оставаться в одежде.
Если вас такое возбуждает, то возможно. Вы сможете многого добиться, если будете творчески подходить к тому, как именно оголяться. Я согласилась на это, потому что думала, что люблю его. Забавно, на что способна женщина с такими мыслями.
Наши отношения не продержались долго, и когда он все закончил, мое сердце было разбито. Оглядываясь назад, я вижу наш разрыв как лучшее, что он когда-либо для меня делал. Я перепутала любовь, симпатию и просто желание быть не одной.
Если бы кто-нибудь предложил мне вернуться и снова учиться в средней школе, я бы отказалась. Тогда я боролась даже больше, чем сейчас. Я все еще слишком беспокоюсь о том, что другие думают обо мне, но становлюсь добрее к себе, когда замечаю это. Совершенство недостижимо, и я учусь принимать тот факт, что всегда буду далека от него.
Совет Эшли в конце трапезы заключался в том, что я должна просто… «взять» ее. Ложку. Она думает, что после того, как я докажу себе, что ложка — не более чем кусок металла, я смогу перестать использовать ее как предлог, чтобы избегать разговоров с родителями.
Я верчу ложку в руке. Права ли Эшли? Это объясняет, почему меня тянет к ложке — она олицетворяет свободу от давления принятия решения, которое родители сочтут неправильным.
Единственное, что хуже ошибки — это нерешительность, верно?
Я глажу большим пальцем овальную часть. В чем разница между вибратором и ложкой? И не то чтобы нужно было потом говорить об этом кому-либо.
Сердце учащенно бьется, когда я захожу в спальню с ложкой. Я действительно собираюсь это сделать?
Я кладу ложку на кровать, прямо на подушку.
Не отрывая глаз от ложки, я снимаю ботинки и носки. Это безумие, но в то же время чертовски волнующе. Говорят, возбуждение у женщин возникает в первую очередь в голове, и прямо сейчас я в это верю. В прикосновении к ложке нет ничего заманчивого, но фантазия о мускулистом мужчине, появляющемся в моей спальне… что ж, это заводит.
Никто не появится, потому что ложки не становятся мужчинами.
Но это не мешает мне выскользнуть из нижнего белья. Из-за холода в воздухе возникает соблазн не снимать рубашку, но когда я представляю суперсолдата, появляющегося у меня между ног, я не хочу быть частично одетой.
Обнаженная, я беру ложку и ныряю под одеяло.
Давай сделаем это.
Я должна ее поцеловать? Я подношу ее к губам. От тепла дыхания овальная часть запотевает. И что теперь?
Я, черт возьми, не собираюсь целоваться с ложкой.
Закрыв глаза, я провожу ее задней стороной вниз по шее. Хм, да. На самом деле неплохо. Засовывая под одеяло, я обвожу ею сосок, наслаждаясь тем, как металл нагревается на коже. Я медленно перемещаю ложку к другой груди и делаю глубокий вдох, когда, клянусь, она начинает двигаться. Я представляю, что металл — это язык, и притом талантливый.
Я провожу ею между грудей, описывая эротические круги, двигая ниже… и ниже… и ниже, пока… ах, да. Я раздвигаю ноги шире и прижимаю лопасть к клитору. Сначала медленно и нежно. Слегка. В моем воображении ложка — это палец опытного мужчины, который хочет быть со мной вечно.
В истинной форме суперсолдата ему нужно, чтобы мое удовольствие было важнее его собственного.
Я немного увеличиваю скорость, представляя, как он шепчет мне на ухо непристойные предложения. Как раз в тот момент, когда я начинаю думать, что нужно достать игрушку, чтобы кончить, ложка начинает вибрировать.