Чтение онлайн

Только в более старшем возрасте я поняла, что ответ всегда лежал на поверхности. Джакомо — младший сын, единственный прямой наследник, который рано или поздно занял бы место отца. Патриархальные взгляды всегда в приоритете.

Беспомощно рухнула на кровать. Неправильно так думать, но я рада, что Джак наконец почувствует: какого это не получать все готовое, а бороться самому. В бегах ему придется выживать, пойти на работу, добиваться расположения окружающих. Никаких ресторанных изысков и клубов до утра.

А, может, во мне просто говорит зависть.

От лунного света, который просачивается сквозь щель между шторами, что-то серое блеснуло под ногами. Я слезла с кровати и попыталась приподнять ее, чтобы убрать палас и посмотреть, но она слишком тяжелая для меня.

Отогнула край ковра в сторону. Дверца из тонкого железа зазвенела под ногтями. Мои задумчиво брови сдвинулись к переносице. Не помню, чтобы это тут было. Я прощупала по длине тайник. Не сильно большой, но сойдет для того, чтобы спрятать что-то тетрадного размера.

— Данталиан.

Предприняла еще одну попытку поднять кровать, но все без толку. В этом положении неудобно.

Кастро появился в дверях как раз в тот момент, когда я встала и начала телом двигать кровать в сторону. Это вышло более продуктивно.

— Сейф в полу то, что мы ищем? — вымотано спросила у него. На каблуках двигать эту махину было бы куда сложнее.

Он подлетел ко мне и рывком отодвинул мебель в сторону. Я потеряла опору и завалилась назад.

— Мог предупредить, — буркнула я, собираясь вставать, но Данталиан меня опередил и потянул за руку наверх.

— Чья это комната? — спросил он, отшвыривая палас и рассматривая тайник.

— Джакомо, — я подошла к выключателю и нажала на него. Почему не додумалась сделать это раньше? — Сколько раз здесь бывала, никогда не думала, что под кроватью что-то есть.

Кастро снова достал связку крючков и начал ковырять ими в хлипком железе. Я скептически посмотрела на кодовый замок, в котором несколько кнопок отсутствовали.

— Его так просто не взломаешь.

— А нам и не придется.

Данталиан умело подковырял дверцу. Та без лишних усилий поддалась, обнажая стопку сложенных бумаг. О, кажется, подобные штуки не предназначены для защиты секретных данных.

Он взял несколько листов и стал внимательно рассматривать, кивая каким-то своим мыслям.

— Хорошая работа, правильная девочка.

Я фыркнула.

— Что ты собираешься с этим делать?

Данталиан выгреб все из тайника и поднялся на ноги. Я закрыла ногой дверцу и вернула на место палас. С кроватью пусть разбирается сам. На сегодня с меня хватит уборки за «его величеством».

— Лишу Конти одного из союзников.

— Почему бы вам просто не попадаться друг другу на глаза? — спросила я, спускаясь за ним к выходу. — Между вами четыре тысячи километров. Этого достаточно, чтобы молча ненавидеть и не подвергать других опасности.

— Это безумно мало для того, чтобы мой нож не оказался у него между глаз, — Данталиан придержал входную дверь, выпуская меня. — Он убил моих солдат и многих членов Синдиката, пытался избавиться от каждого члена мой семьи. И, кстати, этот ублюдок все еще предпринимает попытки отобрать у меня близких. В то время как я ни разу не наведывался к его племяннице и не передавал привет сыну, который постоянно ошивается в Аризоне. Кастро не прощают предательство, Диана.

Должно быть, это первый раз, когда он назвал меня по имени. По крайней мере, за последнее время.

Мы вернулись к машине. Я обернулась, чтобы напоследок посмотреть на дом. Приехать снова сюда было приятно, но внутри больше нет того же тепла и умиротворения. Все же, с годами вдали он перестал быть моим местом защиты.

Взгляд задержался на пассажирском сидении. Сегодня Данталиан сделала новый шаг и облажался, а это значит, что в игре больше нет одного ведущего.

Диана, 16 лет

Новое платье из коллекции тети Адель смотрелось очень хорошо для сегодняшнего вечера. Мама ни словом не обмолвилась о предстоящем ужине у нас дома, но и мне не хотелось говорить, что возвращаюсь в Лас-Вегас раньше обговоренного.

Я вошла в гостиную, предварительно оставив сумку с вещами в холле. Под заинтересованные взгляды окружающих остановилась в дверях со сдержанной улыбкой. Здесь было меньше гостей, чем казалось снаружи по количеству машин.

Неизвестные мужчины в окружении отца и брата сидели ближе всего ко входу. Невольно взгляд вцепился в самого большого из них. Уродливый шрам на все лицо, низко опущенные брови вселяли ужас. Мужчина не отрывал от меня глаза и, кажется, не моргал. Какое-то время мы наблюдали друг за другом, а после он, для чего-то, посмотрел на маму, которая заметно занервничала. Я поздоровалась с ним (потому что не знала, как еще вести себя в этих переглядках) и поспешила отвести взгляд.

Гости сидели очень странно: двумя кучками, словно противоборствующие объединения. Может, так оно и было. Отец уже встречался с Боссом Орегона в нашем доме.

— Дорогая, почему бы тебе не пойти в свою комнату и не отдохнуть после дороги? — мама натянуто улыбнулась и повернулась к своим собеседницам. — Она принимала участие в показе Карлотты Маранцано. На следующую нашу встречу я обязательно вас познакомлю. У нее очень талантливые работы.

— Я совсем не устала, — гордо выпрямила плечи, принимая игру.

— Боюсь, что ты заблуждаешься, — холодно сказал отец, всем своим видом показывая, что мне стоит уйти.

— Но…

Я непонимающе посмотрела на группу женщин, которые сидели в дальней части гостиной за столом. Никогда еще меня не пытались выпроводить в свою комнату в самый разгар встречи. Всякий раз, когда я об этом мечтала, мама продолжала приводить своих новых «подруг» для знакомства.

— Джакомо, позаботься об этом, — лениво бросил папа. Брат поджал губы и напряженно подошел ко мне. Его рука крепко вцепилась в предплечье.

Я в последний раз встретилась с ярко-голубыми глазами пугающего незнакомца и поспешила за Джакомо

— Я же тебе сказал не приезжать, — прошипел Джак, волоча меня по лестнице наверх. Он злобно подхватил с пола сумку и вручил мне в руки. — Тут нет ничего, что предназначалось бы для твоих ушей.

— Но ты же здесь.

— Я мужчина, Ди. Присутствовать на подобных событиях — моя работа.

Я фыркнула, выдергивая руку из твердой хватки.

— Еще месяц назад тебя даже не допускали к ним. И ты все еще без татуировки, так что мы равным образом часть Невадского синдиката.