Чтение онлайн

При каждом звонке телефона я вздрагиваю. Нервно жду, когда Картер ответит, боясь, что если проявлю инициативу, то выдам секрет. Но пока что не произошло ничего необычного. И я не допускала мысли об уходе, думая, что в мое отсутствие позвонит Сэм, и я упущу хоть какой-то шанс обрести покой.

— Мы поедем куда-нибудь, где можно тихо и быстро перекусить, — настаивает Картер.

Он раздевается до трусов. Меня поражает, что это впервые с тех пор, как я вернулась. Я помню, что меня привлекало в его фигуре: какой он высокий, как длинной, извилистой дорогой спскаются к бедрам линии его пресса.

— Через пару дней вернется твоя мама. Знаю, с этим нелегко справиться, и думаю, что было бы неплохо вспомнить, каково это — немного расслабиться.

Я несколько секунд обдумываю это предложение.

— Хорошо.

—- Отлично! — говорит Картер и, потеряв самообладание, целует меня в лоб.

Я невольно напрягаюсь. Он делает вид, что не замечает, но мне известно, что это не так.

— Я быстро приму душ, — объявляет Картер, удаляясь в одном нижнем белье. Он осторожно закрывает за собой дверь, и я, глубоко вздохнув, падаю на кровать.

Звонит телефон.

На мгновение у меня перехватывает дыхание. Мне хочется бежать, броситься к телефону, но Картер может выйти и ответить сам, а у меня нет желания объяснять свой внезапный энтузиазм.

Звонок повторяется, Картер не открывает дверь, значит, он наверняка уже в душе. Я подхожу между третьим и четвертым звонками.

— Алло?

Тишина.

— Алло! Меня кто-нибудь слышит? — спрашиваю я, чувствуя, как от волнения перехватывает горло.

— Если это ты, пожалуйста, скажи что-нибудь.

Вздох.

— Как ты мог меня вот так бросить? Почему ты это сделал? — шиплю я. — Ответь мне, пожалуйста. Знаю, ты можешь что-нибудь сказать. После всего, что было, сделай для меня хотя бы это.

Ничего. Даже ответа из вежливости.

— Ты бросил меня, как какого-то ненужного домашнего питомца, а теперь вторгаешься в мою жизнь? Чего ты хочешь? Если ты хотел меня отпустить, то отпусти. — Я так не думаю, но знаю, что это правильные слова.

Тишина.

— Убирайся к черту, — рычу я, после чего на другом конце раздается щелчок, и Сэм снова исчезает из моего мира.

Я вешаю трубку и вытираю слезы рукавом рубашки. Я смотрю в зеркало спальни, проверяя, не бросается ли это в глаза. Картер захочет узнать, что произошло, а я не хочу это обсуждать.

Мы сидим в «Десятке 22», ресторане, который я когда-то любила и, думаю, люблю до сих пор.

Картер сияет. Он считает, что это прорыв. Я пытаюсь участвовать в беседе, но единственное, о чем я могу думать, — это тот звонок. Как я ненавижу Сэма и скучаю по нашему тихому, безумному миру. Все вокруг меня кажется бутафорией. Как будто я кукла, помещенная в кукольный домик, и все вокруг кажется мне немного менее реальным, чем было раньше.

Поездка в ресторан прошла спокойно, но когда мы усаживаемся за стол, я начинаю осознавать всю происходящую вокруг суматоху: звон вилок, смех, стук тарелок. Глаза. Так много глаз. Я чувствую, как они смотрят на меня... с удивлением…

— Хочешь что-нибудь выпить? Весп? — спрашивает Картер.

Я поднимаю глаза и вижу на лице официанта слегка обеспокоенное выражение. До этого момента я даже не замечал, что рядом со столиком появился официант.

— Э-э... Можно воды.

— И на закуску пожалуйста чипсы и гуакамоле.

Я пытаюсьэто заглушить. Но все только усиливается. Я так долго жила в тишине, что почти каждый звук, услышанный мной за последний год, был результатом обдуманного выбора.

— Ты в порядке?

— Пожалуйста, не спрашивай меня об этом. Спрашивай о чем угодно, только не об этом, — со стоном выдавливаю я.

—- Эм, ладно... Как прошел твой день?

Я усмехаюсь.

— Ну, я сидела в твоей квартире, смотрела телевизор и таращилась на стены.

— Похоже, ты весело провела время, — язвит Картер.

— Да, — вздыхаю я, проводя рукой по лицу и волосам. — А как насчет тебя?

Как только он начинает говорить, я отключаюсь. Звонок. Чего хочет Сэм? Этим чертовым женщинам напротив нас хорошо бы заткнуться. Они такие громкие. Их смех звучит издевательски. Они говорят обо мне? Видели мое лицо в новостях?

— Весп? Весп?

Голос Картера возвращает меня к нему.

— Да? — спрашиваю я.

— Ты... — он замолкает. — Прости. Извини, — добавляет он, виновато разводя руками. — Кстати, ты прекрасно выглядишь.

— В самом деле? — спрашиваю я.

Я этого не чувствую. Я чувствую пустоту, и мне кажется, все вокруг видят эту бессодержательность.

— Да.

— Я изменилась? С тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Нет, в смысле, у тебя волосы стали подлиннее. Но ты — это ты. У тебя все та же улыбка, те же глаза. Раньше мне нравилось смотреть на тебя, но теперь я ценю это еще больше.

— Спасибо.

Я слабо улыбаюсь, но знаю, что это неправда. Я изменилась. Моя улыбка и глаза — нет. Но я — да. Картер должен это знать. По крайней мере, где-то в глубине души. Я могу понять нежелание признавать, что человек, которого ты любил, теперь во многих отношениях совершенно чужой.

— А как насчет меня? — спрашивает он.

— Нет, ты все тот же. Только волосы у тебя короче.

Картер улыбается. Он неуверенно опускает взгляд на стол, а затем решительно смотрит на меня.

— Послушай, не думаю, что сейчас подходящее время. Но просто я чувствую, что... Послушай, я хочу тебе кое-что подарить. — Он лезет в карман и достает коробочку. Я сразу ее узнаю, он держит ее в руке точно так же, как в ту ночь, когда меня похитили.

— Я хочу, чтобы это осталось у тебя. Хочу продолжить с того места, на котором мы остановились. Я не желаю, чтобы какой-то псих украл это у нас. Я ждал год и буду ждать, сколько бы времени тебе ни понадобилось, пока ты не будешь готова. В ночь перед тем, как я чуть было тебя не потерял, я знал, что ты станешь моей женой. И я до сих пор чувствую, что так оно и будет.

Картер берет меня за руку, и я, не сопротивляясь, позволяю ему снова надеть кольцо мне на палец. Теперь оно сидит немного свободнее.

— В ту ночь мы связали наши судьбы, и это кое-что для меня значит. До сих пор значит.

— Для меня тоже, — шепчу я.

Женщины напротив нас разражаются безумным хохотом, и я вздрагиваю.

Картер кажется обеспокоенным, но я игнорирую хохот и снова обращаю всё свое внимание на него.

— Я тоже этого хочу…

Со стороны женщин раздается еще один громкий взрыв смеха. Это выводит меня из себя, заставляет нервничать. Мне просто нужно, чтобы они заткнулись. Внезапно начинают играть трубы. Это что, гребаный оркестр мариачи? Не помню, чтобы раньше здесь было нечто подобное. Все изменилось. Все эти мелочи. Но если сложить их воедино, не такие уж они и незначительные.