Чтение онлайн

Плохо, что с Ником я толком поговорить так и не успела. У него годы и годы опыта плетения словесных кружев, но принцип я уже поняла: надо получать конкретные ответы. Вот сегодня, когда я спросила его про "вампирские штучки", смысл ответа был отрицательный. Но он ведь не сказал "нет". Ясно, что если он не говорит ни "да", ни "нет", значит, что-то скрывает. Я уже и сама тоже недомолвками стала изъясняться. Вот уж, с кем поведёшься...

Вот вчера, как только я пришла на работу, меня сразу взяли в оборот, расспрашивая про Ирину. Мы же с ней собирались вечер провести вместе. Я призналась, что настроения особого не было, и я ушла из клуба первая, оставив Ирку со знакомыми. Сказала, что была у неё в больнице. Добросовестно повторила её рассказ о парне с собакой. Я в своём повествовании не соврала ни единым словом, а какое отношение имеет моя история к реальным фактам?

Хотела я поговорить сегодня с Ником по поводу Ирины, но из-за охотника просто не успела. Значит, это потом. И о Стасе тоже надо спросить. Может быть, у Ника есть и какой-нибудь бескровный вариант. А вот от того, что не надо говорить с Ником про возможность беременности, я только испытала облегчение: всё-таки мне казалось достаточно неловким начинать такой разговор. Повезло, что нужная информация и так получена, хотя я ещё не решила, радоваться по этому поводу или печалиться. С одной стороны, меня вовсе не прельщала возможность стать матерью-одиночкой, с другой - при мысли о том, что у меня мог бы быть малыш, похожий на Ника, сладко замирало сердце. Но что толку грустить о несбыточном! Я вздохнула, натянула рабочие рукавицы и пошла менять Маринку.

В следующий свой перерыв, я уткнулась в книжку, которую мне сунула Света, надеясь отключиться от навязчивых размышлений. Всё равно ничего путного в голову не приходит, у меня ночью вообще часто голова тяжёлая, а с проблемами я и по ходу дела разберусь. Книга оказалась романом-вестерном, сюжет был закручен хорошо, страсти нагнетались в меру. Герой, профессиональный стрелок, объяснял неизменной пышногрудой блондинке принцип ведения дуэлей: никогда не надо оставлять в живых своего раненного противника. Поправившись, он уже не будет тебя вызывать, зная, что ты сильнее, а выстрелит в спину.

Я отложила книгу. Зачем я себя обманываю? Я заметила, с какой ненавистью Стас глядел на Ника. А уж Нику, если он на нём кормился, этого и замечать не надо: он это и так прекрасно чувствовал. Шансы на то, что вампиры отпустят Стаса, минимальные. Конечно, сначала я попробую поговорить с Ником, но многого от разговора ждать не стоит...

Утром, когда я пришла к Стасу, он ещё спал. Ключей от решётки Ник мне не дал, а просто оставить тарелку на полу я не рискнула: откуда мне знать, может здесь крыс полно. Позвала его, сначала тихо, потом громче - никакого эффекта, парень даже не шелохнулся. Мне пришло в голову, что он мёртв: ну не может же человек в вампирской тюрьме спать таким богатырским сном. Лампочка в подвале горела тускло, и не видно было, дышит он или нет. Я впала в панику и начала орать, в результате Стас всё-таки сел и открыл глаза. Сначала он долго не включался, только тупо смотрел на меня, потом, наконец, подошёл за тарелкой. Он попробовал меня разговорить, но мне с ним было неловко, я чувствовала себя пособницей вампиров, и не могла смотреть ему в глаза. Выдавив из себя пару односложных ответов, я трусливо сбежала.

Отоспавшись после смены, я заехала за Настей, как и договаривались, и мы направились на дачу. С утра светило солнышко, но сейчас всё небо было затянуто непроницаемой однородной серостью, иногда накрапывало. В принципе, если и завтра так будет, нормально, только бы сильный дождь не зарядил. В доме было прохладно, поэтому мы сразу разожгли огонь в камине и устроились перед ним.

Настя была задумчивая, всё больше отмалчивалась.

– Ты сейчас как, встречаешься с кем-нибудь?
– спросила я для затравки разговора.

Она отрицательно покачала головой и не ответила. Да что с ней такое сегодня?

– Странно, - заметила я, - вроде бы тебе должно быть проще найти парня. Я понимаю, конечно, что не каждый подойдёт, но ты девушка заметная, со всех сторон положительная, - по идее у тебя изначально более широкий выбор.

– Да нет у меня никакого выбора, - вяло огрызнулась Настя, - одни козлы.

– Это я от тебя уже слышала, но списала на плохое настроение от ссоры с другом, - озадаченно сказала я, - Не думала, что ты так глобально ополчилась на всю мужскую половину человечества.

– Ничего подобного, - возразила Настя, - я вовсе не считаю, что все парни такие. Я даже знаю многих чудесных ребят, только у них есть девушки. Беда в том, что ко мне такие не подходят. Я уж не знаю, в чём дело, но ко мне, как осы на варенье, всякая дрянь слетается. Рассматривают меня как какой-то выставочный экземпляр, будто просто нужно для статуса, чтобы красивая баба рядом была. А сама по себе я никого не интересую. Некоторым и дети вовсе не нужны, чтобы никто не мешал в своё удовольствие жить, а бывает и наоборот. Вон, мой последний был частник. Всего-то хозяйства - пара бутиков. Так нет, подавай ему непременно родного наследника.

– Ну, так родила бы ты ему этого наследника, - фыркнула я, - подумаешь, какие сложности!

Неожиданно Настя скривилась и расплакалась. Я растерялась: никогда раньше мне не приходилось видеть нашу королеву Анастасию плачущей, а тут вроде бы и повода никакого нет. Я обняла Настю и начала нести чушь о том, что всё образуется. Настя что-то говорила, но сквозь рыдания смысла её слов я не могла уразуметь. Наконец я разобрала отдельные обрывки фраз, из которых поняла, что как раз родить Настя не может, есть у неё какие-то неразрешимые проблемы. И, как часто бывает, именно то, что недостижимо, стало чуть ли не целью жизни: она хотела ребёнка.

– Ну и ладно, усыновишь, - сказала я. А что тут можно ещё сказать!

– Усыновлю, - согласилась Настя, всхлипывая, - Только я всё-таки хочу, чтобы ребёнок в полной семье рос. Мне ведь не нужно, что-то там особенное, супер-крутое. Я просто хочу любить и быть любимой. Неужели это так много?

– Это много, - возразила я, - Мне кажется, чаще бывает что-то одно. Но ты того стоишь и шанс всегда есть. Не отчаивайся раньше времени.

Мы немного помолчали, глядя на пляшущие языки пламени, потом Настя задумчиво сказала:

– Ты-то тоже себе нормального парня найти не смогла.

– Да я и не искала, - не согласилась я, - Я с ребятами в приятельских отношениях, а на романтику меня особо и не пробивало. Честно, до Ника на меня никто особого впечатления не производил. И что ты на него так ополчилась?

– По сути, он даже не живой. Не понимаю я этого!
– пожаловалась Настя, - У меня включается отторжение на подсознательном уровне. И как ты можешь с ним целоваться?

Мне стало смешно:

– По крайней мере, он не лапает меня потными руками и не сопит мне в ухо.

– Это, конечно, аргументы, - улыбнулась Настя.

Она подошла к шкафу с зеркалом и внимательно вгляделась в своё заплаканное лицо:

– Вот ужас какой! Я пройдусь, нервы в порядок приведу. Глядишь, и грибочков к ужину добуду. Ты сама здесь справишься?

Я фыркнула:

– Нет! Мне одной картошку в жизнь не поджарить! Иди, конечно. Только далеко не забредай. Надо будет Светку встретить с электрички. Ты же знаешь, какая она трусиха. А через пару часов уже смеркаться начнёт.