Чтение онлайн

Когда мы проходили через кухню, Стампер не поднял глаз. Два почтовых контейнера опустели, и он работал с третьим. Картонная коробка заполнилась примерно до половины. Там попадались и чеки, но в основном – мятые купюры. Я вспомнил слова Джейкобса о колдунах. Будь мы в Сьерра-Леоне, клиенты выстраивались бы перед его дверью в очередь с подношениями в виде овощей и кур. Суть одна: все это ради наживы. Барыша. Сбора.

Вернувшись в библиотеку, Джейкобс опустился в кресло с гримасой боли и допил оставшийся лимонад.

– Теперь придется весь день бегать в туалет, – сказал он. – В этом проклятие старости. А причина, по которой я был рад тебя видеть, Джейми, заключается в том, что я хочу тебя нанять.

– Ты хочешь – что?

– Ты меня слышал. Эла здесь скоро не будет. Не знаю, в курсе ли он сам, но это так. Он не хочет иметь абсолютно ничего общего с моей научной работой… Хотя знает, что это основа моего метода лечения, но считает ее мерзостью.

У меня едва не сорвалось с языка: А что, если он прав?

– Ты можешь выполнять его работу – обрабатывать ежедневную почту, вносить в каталог имена и жалобы корреспондентов, отбирать пожертвования, раз в неделю ездить в Лэчмор депонировать чеки. Будешь отвечать посетителям – их количество падает, но каждую неделю по-прежнему приходит не меньше дюжины – и отсылать их.

Он повернулся и посмотрел мне в глаза.

– И ты можешь делать то, от чего Эл отказался: помогать мне на заключительном этапе в достижении моей цели. Я подошел совсем близко, но силы уже не те. Помощник для меня крайне важен, а мы хорошо работали вместе. Я не знаю, сколько Хью тебе платит, но буду платить вдвое, нет, втрое больше. Что скажешь?

Сначала я не мог вымолвить ни слова, настолько был ошарашен.

– Джейми, я жду.

Я взял лимонад, и на этот раз остатки полурастаявших кубиков льда застучали один о другой. Сделал глоток и поставил стакан на место.

– Ты говоришь о цели. Расскажи мне о ней.

Он задумался. Или сделал вид.

– Пока не могу. Приходи ко мне на работу и узнай силу и красоту тайного электричества немного лучше. Возможно, тогда.

Я поднялся и протянул руку.

– Было приятно снова с тобой повидаться. – Еще одна фраза, которую зачастую произносят просто из вежливости, но в данном случае я лгал куда больше, чем когда заявлял, что он отлично выглядел.

– Береги себя. И будь осторожен.

Он встал, но руки не протянул.

– Ты меня разочаровал. И, признаюсь, разозлил. Ты проделал долгий путь, чтобы отругать уставшего старика, который однажды спас тебе жизнь.

– Чарли, а если это тайное электричество выйдет из-под твоего контроля?

– Не выйдет.

– Держу пари, что люди, отвечавшие за Чернобыль, тоже так считали.

– Это уже выходит за все рамки. Я впустил тебя в свой дом, поскольку рассчитывал на благодарность и понимание. Вижу, что ошибся. Эл проводит тебя. А мне нужно прилечь. Я очень устал.

– Чарли, я искренне тебе благодарен. Я очень ценю то, что ты для меня сделал. Но…

– Но. – Его лицо превратилось в серую маску. – Всегда есть «но».

– Даже если бы не было тайного электричества, я не могу работать на человека, который мстит сломленным людям, потому что не может отомстить Богу за убийство жены и сына.

Его лицо из серого стало белым.

– Да как ты смеешь? Как ты смеешь?

– Ты можешь исцелять в отдельных случаях, – продолжил я, – но все люди для тебя – просто мусор. Я ухожу. И мистеру Стамперу нет необходимости показывать мне дорогу.

Я направился к входной двери и уже пересекал ротонду, слыша стук своих каблуков по мрамору, когда он крикнул мне вслед. Его слова, усиленные пустым пространством, догнали меня:

– У нас с тобой еще не все кончено, Джейми. Обещаю тебе это. Даже не надейся.

С воротами я справился без Стампера – они автоматически раскрылись при приближении моего автомобиля. У выезда на шоссе я остановился, увидел на дисплее мобильника пропущенные вызовы и позвонил Бри. Она ответила после первого гудка и, прежде чем я успел открыть рот, спросила, все ли со мной в порядке. Я ответил, что да, и рассказал о предложении Джейкобса поработать на него.

– Ты серьезно?

– Да. И я отказался…

– Черт, конечно, ты оказался!

– Но это не самое важное. Он сказал, что покончил с турами возрождения и исцелениями. И судя по недовольству мистера Эла Стампера, бывшего солиста «Vo-Lites», а ныне личного помощника Чарли, так оно и есть.

– Значит, все закончилось?

– Как говорил Одинокий рейнджер своему верному индейскому другу Тонто, наша работа здесь закончена. – Если, конечно, он не взорвет мир своим тайным электричеством.

– Позвони мне, когда вернешься в Колорадо.

– Обещаю, дорогая. Как Нью-Йорк?

– Потрясно! – От энтузиазма в ее голосе я почувствовал себя намного старше своих пятидесяти трех лет.

Мы еще немного поболтали о ее новой жизни в большом городе, а затем я перевел рычаг коробки-автомата в режим «драйв» и направился по шоссе в аэропорт. Проехав несколько миль, обернулся и увидел на заднем сиденье оранжевый спутник.

Я забыл отдать Чарли его тыкву.

На протяжении двух следующих лет мы с Бри много общались по телефону, но увидел я ее снова только 19 июня 2011 года, когда в церкви на Лонг-Айленде она стала Брианной Донлин-Хьюз. Обычно мы говорили о Чарлзе Джейкобсе и его злосчастных исцелениях – мы нашли еще с полдюжины людей, которые, судя по всему, страдали от побочных эффектов. Но с течением времени темой для наших разговоров все чаще становились ее работа и Джордж Хьюз, которого она встретила на вечеринке и с которым вскоре стала вместе жить. Он был преуспевающим корпоративным юристом, афроамериканцем, и ему только что исполнилось тридцать. Я не сомневался, что мать Бри это полностью устраивало… во всяком случае, в той степени, в какой мать-одиночку может устраивать партия ее единственного ребенка.

Между тем сайт пастора Дэнни перестал работать, а разговоры о нем сошли на нет. Высказывались предположения, что он либо умер, либо страдает от болезни Альцгеймера и помещен в частную клинику, скорее всего под вымышленным именем. К концу 2010 года я располагал только двумя непреложными фактами – интересными, но мало что проясняющими. Эл Стампер выпустил евангелистский компакт-диск под названием «Благодарю Тебя, Иисус» (среди приглашенных артистов была кумир Хью Йейтса Мэвис Стейплз), а «Засовы» вновь сдавались в аренду «достойным частным лицам или организациям».