Чтение онлайн

Огонь струей стек на песчаную гладь, превратился в колышущийся конгломерат металлических и одновременно жидких на вид капель, некоторое время пребывал в этом состоянии, потом вдруг словно взорвался изнутри, разметал почти все «капли тела» по сторонам! Эти капли унеслись каждая по своей траектории — в небо, за горизонт, в песок — и исчезли. Осталась одна, самая большая, размером с баскетбольную площадку. Вздрагивая, пульсируя, непрерывно меняя цвет с голубого до ртутного и серебристого, она поползла по песку по направлению к поврежденному могильнику, возле которого застыла в воздухе тесная группа землян.

На ее движение обратили внимание живущие в песке твари: сразу три песчаных бугра понеслись к живой металлической горе, выбросили два десятка суставчатых конечностей, собираясь схватить ее, разорвать на части и утащить в глубь песка. Но капля вдруг оделась в слой ярких фиолетовых искр, и картина резко изменилась. Щупальца с когтями попрятались в песок, их хозяева рванули обратно, оставляя за собой опадающие песчаные борозды, и пропали. Металлическая капля как ни в чем не бывало продолжала плавно скользить по песчаным барханам, налитая угрюмой силой и угрозой. В полукилометре от могильника с дырой в боку она остановилась.

— Уходите! — глухо проговорил фон Хорст.

— Нет! — качнул головой Артем. — Да и некуда.

— В могильник! Потом в «червоточину»! Они не пойдут за вами.

— Кто — они?

Словно отвечая на вопрос, капля моллюскора выплюнула вдруг несколько капель поменьше — размером с человека, эти капли устремились к группе землян и превратились… в таких же людей, одетых в стандартные «кокосы».

— Кто это?! — прошептал Роман.

— Уходите же! — процедил сквозь зубы Селим. — Я попробую договориться с ними.

— Но вместе мы…

— Бегите, вашу мать! Речь идет не о жизни и смерти! Речь идет о судьбе человечества! Сообщите Калаеву, что Ульриху удалось перепрограммировать моллюскора!

— Селим… я не могу…

— Сможешь, Ромашин! К тому же мне не о чем жалеть, а у тебя все еще впереди. И даст Бог, мы не прощаемся навеки. Уходи!

— За мной! — скомандовал Артем, ныряя в пролом.

Остальные, не оглядываясь, последовали за ним, скрылись в густой темноте внутренней камеры могильника.

Селим проводил их глазами, достал из сумки необычной формы агрегат, нацепил его на спину как рюкзак, направил два ребристых сверкающих дула к приближающейся группе людей — всего их было пятеро, — и стал ждать.

— Кого я вижу! — раздался насмешливый и одновременно удивленный голос Ульриха. — Дед! То-то мне сразу показалось знакомым твое пси-поле. Какими судьбами? Кстати, а где твои спутники? Удрали, что ли? Бросили тебя одного?

— Не страшно, если ты один, — проговорил ровным голосом фон Хорст, — страшно, если ты ноль.

— Узнаю речь воспитателя-зануды. Ты всегда пытался доказать мне, что я ничтожество. Ан нет, дедуля, я тебя разочарую. И твоих спутников тоже. Зря они пытаются сбежать, от моего слуги им не скрыться даже в другой галактике.

Ульрих небрежно махнул рукой за спину, на вздрагивающую каплю моллюскора.

— Чего ты хочешь?

— Да, в общем-то, ничего особенного. Теперь я буду иметь все и без чьих-либо советов и разрешений, так что не трать слов.

— Кто это с тобой?

— Мои охранники.

— Ульрих! — раздался женский голос.

Селим прищурился.

— Женщина?

Хорст-младший ухмыльнулся.

— Могу познакомить. Ираида Куличенко, родная сестрица моего друга Паши, которого вы убили.

— Он сам этого хотел.

— Естественно, что ты еще можешь сказать в свое оправдание. Но я не буду спорить, хотя обещаю отомстить всем, кто убил Пашу и мешал мне. В первую очередь одному нашему общему знакомому. Ведь это он был здесь? Артем Ромашин?

— Допустим.

— Он сбежал, как трус!

Фон Хорст покачал головой:

— Трус тот, кто прячется за спиной монстра, не решаясь сразиться с противником один на один. Ведь ты смел только потому, что тебя охраняет искусственный иксоид, не так ли?

— Мне плевать, что ты обо мне думаешь! — ощерился Ульрих. — Я убью любого, кто станет у меня на пути!

— Ульрих, угомонись! — попыталась одернуть ксенолога Ираида. — У нас другие задачи.

— И тебя тоже! — ткнул он в нее пальцем. — И твоих солдатиков! Не мешайте мне! Но сначала я разделаюсь с Ромашиным.

— Нам надо возвращаться…

— Успеем.

Ульрих повернулся к «дышащей» металлической капле и щелкнул пальцами, словно подзывая собаку:

— Зверь, догони беглецов и принеси их сюда. Живыми… пока. Вперед!

Капля моллюскора задрожала, превратилась в струю жидкого металла, устремившегося к могильнику. Но на ее пути вдруг образовалась переливчатая прозрачная вуаль, похожая на мыльную пленку. Моллюскор ткнулся в нее «мордой» и резко отскочил назад.

— Что за дьявольщина? — вытаращил глаза Ульрих.

— Это он! — указала на Селима Ираида. — У него фазер!

— Что еще за фазер?!

— Последняя разработка ижевской военной лаборатории. Он что-то там ломает в вакууме…

— Я понял, не ломает, а поляризует. Убейте его!

Фердинанд и Жозеф оглянулись на свою командиршу. Ираида кивнула.

Охранники открыли огонь по Селиму из «универсалов». Но плазменные «пули» наткнулись на такую же «мыльную пленку» и бесследно исчезли. А потом Селим ответил.

Сверкнули две неяркие вспышки, обоих охранников отнесло назад на полсотни метров, как воздушные шарики.

Та же участь постигла и Ираиду, начавшую стрелять мгновением позже, а затем Ульриха. Впечатление было такое, будто каждого отшвырнул удар огромного мощного кулака.

— Господи, я ничего не вижу! — взвыл Хорст-младший, пытаясь сориентироваться и восстановить равновесие в воздухе. — Зверь, убей его!

— Слепой душе глаза не поводырь, — пробормотал Селим, глядя на вставшую над ним металлическую «пиявку» размером с башню. — Что ж, зверь, давай знакомиться? Я Селим Дельвиг Базил Мария фон Хорст, человекочервь.