Чтение онлайн

–  Не задерживайся возле них и не смотри с таким сожалением, - засмеялся Тафлар.

–  Пойдем, я покажу тебе настоящее сокровище.

В глубине зала на отдельной подставке лежал меч. Глянув на него, Роберт уже не мог отвести глаз. Ничего помпезного, вычурного. Простой узкий клинок, гарда в виде перевернутой чашки, овальная рукоять - и все! Но это была драгоценность. По серому матовому лезвию разбегался чуть заметный узор. Меч лег оголовком в ладонь, будто для нее кован. Голомень слегка выдавалась.

Подержав меч в руках, граф Парижский осторожно положил его на место.

–  По-твоему почтительному молчанию вижу - ты по достоинству оценил мою бхелхету.

–  Как ты сказал?

–  Бхелхета, - так называется этот меч. Сплав именуется табаном. Его умеют делать только в Индии. Нам секрет такой стали неизвестен.

–  Он стоит целое состояние.

–  Да, - просто ответил Тафлар.
– Но вернемся к нашим реалиям: какое оружие ты выберешь?

–  Не боишься утратить драгоценный экспонат из своей коллекции? Если… мне ведь может и не повезти?

–  Все возможно. Выбирай.

–  Роберт не колебался. Естественно, первым он выбрал индийский клинок. Сегодня же, тотчас, как покинет подвал, он займется им - приведет в надлежащий вид.

Затем из нескольких очень хороших клинков он выбрал легкую недлинную спату.

–  Если на этом - все, пойдем, я тебе покажу еще нечто.

На длинном пристроенном к стене столе лежало разнообразное, совершенно незнакомое франку оружие - широкие тяжелые, даже на вид, неудобные клинки из темного металла, покрытого разводами зеленой патины.

–  Бронза?
– Роберт поднес к глазам один из них.

–  Римский гладиус. Рядом акинак, им воевали скифы.

–  Вы сражаетесь таким оружием?

–  Что ты! Мечу, который ты держишь больше тысячи лет. Он пил кровь задолго до того как появился на свет твой пророк Исса… да и мой Мохаммед тоже. А тот наконечник копья еще старше.

Смуглая рука хозяина оружейной указала на тонкий конус желтого металла. Золото?

По поверхности разбегались знаки: глаз, волнистая линия, птица, фигура человека…

–  Этой землей некогда правили могущественные цари.

–  Ваши предки?

–  Нет.

–  А чьи?

–  Ничьи. Они пришли из неизвестности и в не же канули. Мы даже не можем прочесть их письмена.

–  Иди.
– буркнул капитан стражи. Рука, опустившаяся на плечо, не вытолкнула, скорее ободряюще хлопнула. Похоже, за спиной оставался не враг.

Противник оказался высок. Даже очень высок - ростом почти с Мибу. По сравнению с ним приземистый, широкогрудый, кривоногий франк выглядел… в общем, никак не выглядел. Но насмешек с трибуны не последовало. В этом коротышке было нечто заставляющее придержать языки.

Что ж ты размахался? Вот он - я. Опять мимо? А это ты зря, зачем тебе в оборону?

Халиф расстроится. Давай, давай… мне долго на солнце нельзя, мне в холодок надо. Ну, все, опять пошел махать как мельница. Оп! Это я вовремя присел… Оп… не пройдешь! Богородица Заступница… Ну, откройся! Щас я тебя… ну, откройся чуть-чуть. Ты же видишь, я уже шатаюсь, рука висит. Немного осталось… давай замахивайся от всей сарацинской души.

Литой нагрудник от богатырского замаха приподнялся, обнажив незащищенную кожу.

Меч вошел под ребра в точке, где они сбегаются мягкими краями к грудной кости.

Не спас и широкий, окованный стальными бляхами пояс, с которого свисали такие же полоски.

Он не сразу умер. Роберту пришлось в падении уходить от последнего удара. Ну, глотнул пыли. Что ж теперь - не на турнире!

Жарко не было, наоборот, пробирал легкий озноб. Коротко кивнув в сторону трибуны, откуда истекала мертвая тишина, Роберт пошел к своему навесу. Не дошел. Воины охраны выставили копья. Пришлось обернуться.

Солнце по-прежнему мешало рассмотреть, что происходит на трибуне в деталях. Вот слева поднялась высокая фигура в поблескивающей золотом белой одежде. Роберт слушал очень внимательно.

–  Неверный нанес подлый удар! Прикажи разорвать его лошадьми.

Вот ты, значит, каков, Омар Малик! Рост вроде соответствует. Остальное, прости, ни тогда не разглядел, ни сейчас не вижу. А на счет лошадей, это ты погорячился.

–  Омар, он победил, - голос - кто говорил, халиф или великий визирь?
– был ровен, только теплоты в нем не чувствовалось.

–  Он победил хитростью. Такую победу нельзя считать судом Аллаха.

–  А кто тут говорит про Божий суд?
– чуть выше тоном, но следом опять ровно с заметной насмешкой.
– Раз ты так волнуешься, выстави еще одного бойца. Я всегда считал, - такой воин как ты, стоит двоих.

–  Газат!
– крикнул Омар бей.

За спинами сарацин обозначилось движение. На красноватый песок соскочил невысокий, узкий в поясе воин. Кольчуга на нем была цельная, наверное, тяжелая, только вот носил он ее как простую рубашку. В одной руке воин сжимал ятаган с внутренней заточкой в другой - обоюдоострый кинжал.

Не поворачиваясь спиной к противнику, Роберт начал пятиться, пока в затылок не задышали:

–  Это Газат - личный телохранитель Омар бея. Не завидую тебе, неверный. Пить хочешь?

–  Давай.

Но глотать теплую воду не стал, прополоскал рот и сплюнул вязкую слюну пополам с песком.

Обещанная каверза? Не похоже. Хотя кто их знает этих нехристей?!

Вот только Газат, этот мне не нравится. Глаза б мои на него не смотрели!

Со стороны это походило на брачный танец двух огромных птиц. Только у каждой было по два клюва. Они кружили и кружили на месте, изредка прикасаясь друг к другу. Лязгал металл, рассыпались белые стрельчатые искры, и все продолжалось как во сне. Именно такого поединка Роберт боялся с самого начала.

Что же выходит, это тебя я ждал полтора года, что ли? Другого случая помереть не было? Почему они молчат? Или уши заложило… глаза… каждый раз перед ударом он глаза щурит. Так… Оп! зацепил: острием сквозь кольчугу. И потекло. Ладно, вся не вытечет… А вот мы тебя… Есть! Ай да спата, чуть бы повыше - и глаз долой… неужели…

Дальше места мыслям не осталось. Шквал ударов, часть из которых достигала цели, но загашенная кольчугой только отдавалась в теле тупой болью, отгородил Роберта от вселенной. Франк оказался в центре вихря, и теряя последние силы, отбивал, отбивал, отбивал редко, очень редко делая выпад, почти уже ничего не чувствуя и не видя… на грани яви.