Чтение онлайн

— Из цикла «парадоксы и гримасы», — пояснил Кацуба, поймав его недоуменный взгляд. — Единственное окно в мир — народец-то поголовно неграмотный, ящик им все на свете заменяет…

— В Бразилии то же самое, я видела, когда была на карнавале, — сказала Лара.

Она стояла между Франсуа и Кацубой, прямо-таки приплясывая на месте от нетерпения и волнения. Трудами Франсуа и его, судя по всему, безразмерного кошелька Лара выглядела теперь, как модель с обложки престижного журнала, и эти недешевые шмотки носила, сразу видно, с привычной небрежностью. Смотрелась она ослепительно, что уж там, с трудом верилось, что совсем недавно уныло блистала на съемках домашнего порнофильма, а потом получала от благородных спасителей смачные пощечины и словесные выволочки. Отнюдь не Золушка, скорее принцесса из какой-то другой сказки, выставленная злой мачехой в темные леса, но в конце концов согласно сказочным законам полностью восстановленная в правах. Сегодня с утра она даже держалась совсем иначе, перестала язвить, хныкать и хамить, так что Мазур давненько уже взирал на нее без раздражения.

— Ага! — сказал Кацуба. — Вона-вона чешет… Этот?

Лара встрепенулась.

— Он, — сказал Франсуа, всмотревшись.

Белый самолетик, заходящий со стороны солнца, коснулся бетонки в дальнем конце полосы, пронесся по ней, сбрасывая скорость, с мощным свистящим лопотаньем подрулил и остановился метрах в двадцати от них. Небольшой «фалькон», рассчитанный на десяток пассажиров, дорогостоящая игрушечка серьезных дядей. «Деньгами пахнет, — оценил Мазур. — Большими…»

Кусок выпуклого белого борта — Мазур обратил внимание, что на самолете не было никаких опознавательных знаков, если не считать логотипа фирмы-изготовителя — распался на две половины, откинувшиеся вверх и вниз, нижняя превратилась в короткий трап. По нему тут же сыпанули четверо молодцов в безукоризненных костюмах, модных галстуках и темных очках, рассредоточились в темпе, перекрывая подступы. Торопясь значительно менее, по трапу спустился пятый, в отличие от бодигардов выглядевший представительнее.

— Семеныч! — Лара кинулась вперед с такой прытью, что едва не поломала каблуки об асфальт, повисла у него на шее.

Мазур до этого лишь в романах читал, как взрослые люди визжат от восторга. Лара как раз визжала, тормоша прилетевшего, что-то бормоча.

Сохраняя непроницаемое выражение лица, Франсуа шепотом прокомментировал:

— А в обычных условиях в упор не видела, будто мебель… — и тут же замолчал.

Загадочный Семеныч, выглядевший несколько смущенно, легонько отстранил Лару и направился к трем мушкетерам. С первого взгляда его можно было принять за большого босса в области финансов, политики либо какой-нибудь газовой трубы, но Мазур, обладавший нюхом на людей определенной профессии, опознал в нем обычного, похоже, охранничка, разве что в немалых чинах.

— Неплохо, ребятки, — сказал Семеныч с той покровительственной развальцой, что всегда вызывала у Мазура лютую неприязнь, от кого бы ни исходила. — Нормально поработали. Можете не сомневаться, все будет путем, как обещано…

И протянул руку всем троим, по очереди, с таким видом, словно объявлял об окончании монаршей аудиенции. Мазур пару раз тряхнул широкую сильную ладонь и тут же выпустил.

— Спасибо, ребята, — сказала Лара, сияя, искрясь, светясь изнутри и благоухая. — Извините, если что не так, я была сама не своя. Будете в столице, заглядывайте…

И, отвернувшись, припустила к самолету, уже не сдерживая себя. Семеныч ухитрился ее опередить — точно, хранитель барского тела, укрепился в первоначальной догадке Мазур, — подхватил под локоток, помог подняться в салон: в проеме виднелся белый низкий столик, диванчики вокруг него. Следом с видом и манерами нерассуждающих роботов кинулись четверо охранников, трап моментально подняли, оба выпуклых куска сомкнулись так, что едва была заметна линия шва, тут же засвистели запускаемые турбины, «фалькон» развернулся и покатил на взлет.

— Вот и все, ребята, — сказал Франсуа, сияя, как начищенное серебро (если только так можно выразиться о негре). — Дальше уже не наша забота, можно возвращаться в отель и обговорить грядущую раздачу слонов…

Он сел за руль синего «форда», который им помог взять в прокате портье. Свернул вправо, проехал метров двести и плавно притормозил у огромного ангара из рифленого железа. Там, возле желтенького биплана, стояла Ольга в светло-синем деловом костюмчике (вот только юбка носила характер чисто символический).

Вокруг плотным кольцом сомкнулось с полдюжины субъектов мужского пола в штатском, но в лихо заломленных пилотских фуражках — господа авиаторы, как и следовало ожидать, распускали хвосты подобно птице павлину, соперничая за внимание очаровательной сеньориты.

Франсуа посигналил. Ольга обернулась, подошла к машине с его стороны, наклонилась:

— Езжайте без меня, я буду через полчасика, тут возникли кое-какие дела по заповеднику…

Негр кивнул и тронул машину. Метров через пятьдесят повернулся к Мазуру:

— Смотри, уведут, вон они какие белозубые и решительные, как на подбор…

— Не твоя забота, — сказал Мазур беззлобно, ничуть не напуганный столь жуткой перспективой, поскольку в силу некоторых неизвестных посторонним обстоятельств был уверен в себе и испытывал приятные чувства единственного обладателя сокровища.

У парадного крыльца отеля прохаживались двое полицейских — это уже была любезность со стороны очарованного Ольгой и озабоченного престижем здешней полиции сеньора бригадного комиссара. В номере Франсуа тут же развил бурную деятельность: вытащил целых четыре детектора, выглядевших шикарно и дорого, принялся изучать обе комнаты, ванную, туалет. Он возился долго, выдвигая загадочные шарики на телескопических штырях, следя за пляской разноцветных значков, забрался даже на стол. Мазур с Кацубой, время от времени обменивавшиеся заинтригованными взглядами, успели за это время выкурить по паре сигарет и прикончить по стаканчику виски.

— Черт знает что вы хлещете, господа офицеры. — Франсуа убрал свои игрушки обратно в чемодан, достал из холодильника бутылку шампанского, три широких бокала, вмиг разделался с пробкой так мастерски, что ни капли пены не пролилось наружу. — Ну, выпьем же, друзья мои, за успешное завершение операции, за ваши генеральские звезды…

— Не рановато ли? — спросил Кацуба…

— Наоборот, — серьезно сказал Франсуа. — Самое время. Все кончено, ребята. Я имею в виду пресловутую операцию «Кайман», потому что порученное нам дело мы только что успешно и завершили. И заниматься нам здесь больше нечем… — он покосился на Мазура, — разве что прощальной романтикой — при условии, конечно, что посторонние не будут знать о нашем скором и преждевременном отъезде…

— Загадками изъясняетесь, сударь, — сказал Мазур, отчего-то ощутив тягостное беспокойство. — Извольте яснее.

— Как вам будет угодно, ваше высокоблагородие, — раскланялся Франсуа, держась так, словно боролся с переполнявшей его радостью. — Имеете право-с… Ну вот что, ребята. Кто-то тут давеча исполнял эмоциональную песню из репертуара, если мне память не изменяет, Юлиана. — Он посмотрел на Мазура, фальшиво пропел: — Из разных мы конюшен, господа… Должен разочаровать: мы все трое как раз и оказались в одной конюшне. Вас это не должно особо занимать, у вас впереди столько приятных и заслуженных наград… Короче, в обморок никто из вас не упадет, надеюсь. Люди взрослые, видавшие виды… — Он сделал паузу. — Мои друзья, суровая действительность выглядит так: ни в одном из озер Чукуманского каскада нет никакого утонувшего самолета, а если что-то такое на дне и ржавеет, то нас оно интересовать не должно. Нет никакого чемоданчика, который вы якобы должны были сыскать и представить по начальству любой ценой. То, что нам так отчаянно пытались помешать конкуренты, сейчас, вне всякого сомнения, пустившиеся к озерам, свидетельствует лишь о профессионализме тех, кто разработал и блестяще провел в жизнь операцию прикрытия, дымовую завесу. Ставки были невероятно высоки… Оправдывали любые затраты и издержки. Постараюсь кратко, но исчерпывающе. Ларка — дочь… — Он написал на листке блокнота фамилию, продемонстрировал его двум друзьям, потом поджег в пепельнице. — Должны были слышать, а?

Еще бы они не слышали… Из тех, кого с чьей-то легкой руки окрестили олигархами, быть может, и справедливо. Фигура…

— Есть одна серьезная сложность, беда, от которой ничуть не застрахованы люди вроде… — Франсуа ткнул пальцем в сторону крохотной кучки черного пепла. — Любимые и балованные детки частенько попадают то в дурную компанию, то в нешуточные неприятности, только непосвященному кажется, что любящий родитель может легко все это погасить. На самом деле сплошь и рядом его грандиозные возможности оказываются бессильны. Ларка щебечет на трех языках, училась в Англии, девка весьма даже неглупая, но, как вы уже успели понять, разбалованная, совершенно безалаберная, доверчивая и самую малость нимфоманистая. Со старшим Гараем они познакомились на «Достоевском», в том самом достопамятном круизе, где вы оба столь активно повоевали. Ну, естественно, моментально завалились на белые простыни, Ларку в этом плане не приходится долго уговаривать, если объект ей придется по вкусу. Потом эта дура полетела в Санта-Кроче — и ухитрилась выйти из-под контроля охраны. У нее, как вы, быть может, догадываетесь, в голове бурлил коктейль из «Просто Марии» и прочих «Антонелл» — влюбленный плантатор, африканские страсти, ананасы в шампанском… Меж тем ее избранник — мелкий подонок, дешевый наркоделец, любитель самодеятельного видео. Увы, слишком поздно спохватились, сопоставили — и ужаснулись. Во-первых, она могла, когда надоест всем трем брательникам, вульгарно исчезнуть в тамошних болотах — по моим данным, это с полудюжиной подобных дурочек уже случилось: закон — сельва, прокурор — ягуар… Во-вторых, существовала даже более худшая вероятность: она останется в живых, но о ней узнают те, кому никак не следует знать. Я не буду вдаваться в детали глобальных экономических боев, бизнес-ристалищ — вам это вряд ли будет интересно. Скажу одно: чем выше, тем более зверские нравы царят. Карла Марла нагородил немало чепухи, но кое в чем был прав: я имею в виду его крылатую фразу о том, что нет такого преступления, на которое не пошел бы крупный капитал ради процентов трехсот прибыли. Так оно и обстоит, можете поверить на слово, я давно уже кручусь в этой системе, рассказов было б дотемна, как поется в детской песенке… Думаю, вы сами представляете, в какое положение попал бы папа, зацапай кто-нибудь его любимое чадо, мя-аконько воздействуя… Простите, но вы просто не представляете себе масштаба игр и масштаба капиталов, мужики… Никому из нас в такие игры играть не придется — оно и слава богу, с другой стороны… Лично я кое с кем из больших боссов не поменялся бы…