Чтение онлайн

Теперь Куртифляс шел обратно и попутно прикидывал на ходу варианты будущего. Геркуланий его волновал мало. Да хоть бы и совсем пропал, не велика беда. Жених Принципии найдется, что их, мало что ли? Породниться с Амираном — это и честь, и выгода! А вот то, что вместе с ним пропал и Ратомир… Это обстоятельство было куда более серьезным.

Ратомир — единственный законный наследник. Другой вряд ли теперь уже появится, даже если срочно оженить Бенедикта. И тогда — что?.. Кому достанется корона? Старшей дочери? Софронее? Вообще-то передача короны по женской линии законом не предусматривалась. Но ведь закон — что дышло. Да и переписать всегда можно. Но Софронея больна. Вот даже сейчас приехать не смогла. Так что вопрос — кто кого переживет? Но, если даже и она… В этом случае хозяином станет Шварцебаппер. Ну, он тут устроит!..

— Эх, были бы у старика Эдуарда еще сыновья! — Думал Куртифляс. — Так ведь нет же!.. Как и у Бени — одни девчонки. А так бы, чего лучше? Никаких проблем. Правда, будь у юного Бени братья, на черта бы ему сдался Куртифляс?

— Ну, а если, и правда, Шварци? — Продолжал мудрый шут свои прикидки. — У нас же общей границы нет. Между нами же Ледерландия. А учитывая то, что я сегодня имел счастье наблюдать, напрашивается что? А то, что Софронею, как, впрочем, и Урлаха побоку — ну, там, типа несварение желудка или какие-нибудь геморроидальные колики, и вот вам, как говорится, и здрасьте!.. Объединение трех государств в одно — ого-го какое! И Шварци во главе, а вернее — Сердеция! Уж она-то им повертит, будьте уверены.

Так он и шел, задумчивый, но внимательный, мягко ступая мягкими подошвами. Шел, пока не увидел Принципию, понуро бредущую в том же направлении.

***

Принципия тоже шла, погруженная в свои мысли. Правда, мысли ее не были столь глобальны. Собственно, мысли ее вертелись все вокруг одного и того же: что же случилось? У кого бы спросить? Где все? Пойти к фрейлинам? Они, по идее давно уже должны были спать, неудобно как-то… но, вроде, никто не спит. И где тогда сейчас разыскивать этих фрейлин? Может, они тоже где-то… где-то — что? Бродят, как она? Заняты чем-то? Чем?

Тут ее кто-то легко тронул за рукав. Она вздрогнула от неожиданности и оглянулась. Рядом стоял Куртифляс. Вот уж кого она меньше всего хотела сейчас видеть. Ну не нравился ей шут. Скользкий какой-то, что в нем папа нашел? Правда, если кто-то что-то и знает, то это, конечно он — Куртифляс. Ну, что же…

Шут, встретив ее взгляд, тут же раскланялся. В своей шутовской манере, разумеется. Шут-то он шут, да кто над кем больше смеется, — подумалось Принципии, — похоже, что он над нами.

Вот и сейчас, в том, как склонился, блеснув озорными глазами, Куртифляс, чувствовалась явная насмешка.

— Дорогая принцесса, вы не заблудились?

— Что случилось? — Перебила она его, не дав вдоволь наиздеваться. — Что-то произошло? Ведь правда, Куртифляс? Ты же знаешь?

— Ах, да что могло случиться? — В своей отвратительной жеманной манере протянул шут. — Разве у нас что-нибудь случается?

— Нет, ну правда! — Топнула ногой Принципия. — Я же вижу!

— Да, в общем, ну, что?.. Ну, ваш жених, уважаемая Принципия, дорогой наш Геркуланий изволил, прихватив с собой малолетнего Ратомира, прогуляться на ночь глядя. Должно быть для аппетита. Перед ужином. Прогулки перед едой полезны для аппетита! — С профессорской серьезностью произнес Куртифляс. — Беда только, что прогулка несколько затянулась. Все ждут, за стол не садятся, хотя, вы правы, давно бы пора.

— Как, они ушли, и до сих пор не вернулись? И что?..

— Ну, послана стража, искать пропавших. В городе на ноги поднята полиция. В общем, не извольте беспокоиться. Меры приняты. Скоро их доставят во дворец. Живых или…

Тут Куртифляс поперхнулся, поняв, что сболтнул явно лишнее.

— Пойдемте, я вас провожу.

— Куда?

— Ну, куда? К себе, наверное. Что вам тут делать?

— Нет-нет, к себе я не хочу.

— Ну, а куда же?

— А где папа? Он же, наверное, тоже не спит?

— Да уж, какой тут сон. Он у себя. В кабинете. Я как раз иду к нему.

— Я с вами!

***

Бенедикт не спал. Прав Куртифляс, какой уж тут сон! Он маялся, не зная чем занять себя и, как всегда в такие минуты, предавался дурной привычке: пером на бумаге рисовал чертей. Судя по обилию скомканной бумаги в корзине и возле, рисовал он уже давно, а судя по злобным и отвратным мордам этих служителей преисподней, настроение его было далеко от хорошего.

На сей раз Куртифляс не стал утруждать себя и принцессу ходьбой по потайным ходам, а зашел в кабинет как все приличные люди — через дверь, ведущую в приемную, в которой сейчас было пусто. Бенедикт прогнал свою заслуженную секретаршу, незаслуженно накричав на нее, и теперь ему было стыдно.

— А-а?!. — Вскинулся Бенедикт на звук отворяемой двери, и вопросительно взглянул на заходящего Куртифляса.

Тот молча покачал головой.

— А ты чего? — Увидел Бенедикт дочь, вошедшую следом.

— Я посижу с тобой, можно?

Бенедикт вздохнул и кивнул головой. Ну, не прогонять же ее было, в самом деле.

— Ну, что там? — обратился он к Куртифлясу.

— Ничего. Сидят. Просто сидят и, похоже, не собираются ничего делать.

— Интересно. А что же они не бегут своего короля искать?

— Да не-ет! — протянул шут, устраиваясь на одном из стульев. — Все правильно. Много они там наищут — ночью, в чужом городе, не зная языка? Сами только заблудятся без толку. Ищи еще и их потом.

— Ну, ладно, что там наш генерал?

— А что — генерал? Разбил свое воинство на отряды, да и разослал. Да нет, он все грамотно сделал. Каждому отряду определил район поиска. Дал запасных лошадей, чтобы в случае чего нашим потеряшкам было на чем ехать.

Бенедикт удивился.

— Они же, вроде, не пешком пошли.

— Ну, на всякий случай. Вдруг лошади пропали.

— Чего это вдруг? — Проворчал Бенедикт. — Ладно, ты иди. Посматривай там.

***

— Ну, ты в курсе? — Обратился Бенедикт к дочери, когда они остались вдвоем. — Выкинул жених твой фортель. Еще и Ратомира с собой утащил. Куда? Надеюсь, не в бордель? Мог бы и потерпеть до завтра.

Принципию при этих словах бросило в краску. Она была достаточно взрослой, чтобы знать, что такое бордель. Но особенно ее задели слова насчет "потерпеть до завтра". Не это ли самое она говорила Геркуланию там… тогда…

Она взяла себя в руки и нахмурилась.

— Думаю, что не в бордель.

Тут уже пришла очередь смущаться Бенедикту.

— Хм-м… Ты это… Не обращай внимания. Я же волнуюсь.

— Да, я понимаю.

Они замолчали. Да и о чем было говорить. Тишина воцарилась в кабинете. Проклятая тишина. Каждый из них невольно вслушивался в нее, в тщетной надежде, что сейчас она взорвется шумом, радостными криками, стуком сапог.

Но тишину ничто не нарушало.

4

Стражники были разбиты на пятерки. Всего десять групп. У каждой свой район поиска. Кого искать — ясно, но вот как? Иголку в стоге сена, наверное, найти и то легче.