Чтение онлайн

— Уф… — выдохнул он. — Как же хорошо, что я вас встретил! В такой час прохожие большая редкость…

Толстяк вытер лоб платком и улыбнулся. На первый взгляд, выглядел он как бездомный бродяга, но его неопрятность, мятая и грязная одежда, смотрелись совершенно неестественно. Как модные джинсы, искусственно состаренные и протертые в удачных местах. Не бывает у бездомных гладко выбритых лиц и ухоженных рук.

— Господа, — толстяк поправил воротник. — Не могли бы вы мне немного помочь?

— М-мелочью? — предположил Джек.

— Нет-нет, — запричитал толстяк. — Я не прошу денег, что вы! Я даже могу заплатить…

Он вытащил горсть мятых пятидесятифунтовых банкнот. Неожиданное состояние для бездомного. И не та сумма, которой стоит размахивать перед незнакомыми людьми. Полковник протянул руку, но Джек удержал его.

— А в чем заключается п-помощь? — спросил Джек. Он заглянул за спину толстяка — не прячется ли кто в проулке? Но все было спокойно.

— О! Ничего сложного! Кое-что перенести… Одному мне не справиться. Тут недалеко и займет пару минут.

— Хорошо, — сказал Джек. Как бы толстяк не старался держаться, дергающийся левый глаз его выдавал. — П-пойдем, посмотрим, чем мы можем п-помочь…

Он забрал у толстяка банкноты. То, что Джек взял деньги, того успокоило. Толстяк расслабился, улыбка стала снисходительной. На это и было рассчитано.

Толстяк засеменил обратно в проулок. За дешевыми кедами волочились шнурки из растрепанной полиэтиленовой веревки. Хотя на деньги, с которыми он так легко расстался, можно себе позволить самые лучшие ботинки.

— Пополам, — шепнул Ван Белл. Когда дело касалось финансов, полковник вел себя на удивление разумно.

Через проулок они вышли на соседнюю улицу, такую же пустынную и темную. Вдалеке светились окна ночного кафе, но толстяк направился в противоположную сторону.

Метрах в двадцати Джек увидел лежащее на мостовой человеческое тело. Джек удивленно взглянул на толстяка, но тот, как ни в чем не бывало, семенил впереди.

— Ээ… — раздался за спиной голос Ван Белла.

Джек обернулся, прижимая палец к губам. В тот же момент снова крикнула ночная птица. Ван Белл метнулся к стене. Джек беззвучно выругался и прибавил шагу, догоняя толстяка.

— Собственно нести — всего ничего, — говорил их новый знакомый. — До перекрестка, а там у меня машина. Сюда не подъехать — движение одностороннее, а мне не развернуться…

Они остановились над телом.

— Ну вот… Вы берите под мышки, — сказал толстяк. — Ваш товарищ — за ноги. А я пойду рядышком, на всякий случай…

Это оказалась девушка с длинными черными волосами; сказать больше сложно — она лежала лицом вниз. Для ночных прогулок выглядела она несколько странно. Легкая футболка, тонкие джинсы, к тому же босиком… Рядом валялся скомканный портновский метр. Толстяк быстро поднял его и запихал в карман.

— К-кто это? — спросил Джек.

— Моя дочь, — сказал толстяк. — То есть подруга… Ну, вы понимаете.

Он заискивающе улыбнулся, но, наткнувшись на взгляд Джека, скис.

— Вы не подумайте чего такого, — сказал он. — Я не морж, смотрите…

Он вытаращил глаза и часто заморгал. Джек промолчал.

— Или вот, — толстяк поднял ногу. — Где вы видели моржа в такой обуви? Ха-ха…

— Что с ней? — сказал Джек.

— Уснула. У нее… нарколепсия!

Менее убедительного объяснения он придумать не мог. Джек вздохнул.

— Подними руки, — сказал он. — И д-держи над головой, чтобы я в-видел.

— Простите? — толстяк нахмурился.

— Я не люблю п-повторять, — сказал Джек.

— Э… Вы угрожаете?

— Еще нет, — сказал Джек. — Вежливо п-прошу п-поднять руки. Ничего б-более.

— Это такая шутка? Поднять руки? Ха! Слушайте, я вам заплатил и…

— Королевская п-полиция, — сказал Джек, доставая жетон. — Инспектор Д—джек Купер. Можно просто Джек.

— ДЖЕК?!!

Толстяк замер с раскрытым ртом. Если раньше у него дергался глаз, сейчас его затрясло всего, словно Джек обернулся жутким чудовищем. Бармаглотом.

— Мне повторить п-просьбу?

— Но я не морж! — толстяк попятился. — Посмотрите — галстук…

Он споткнулся и взвизгнул, как поросенок.

— Вы не так поняли! Это ошибка, и… Я не морж! Не устраняйте меня!

Толстяк бросился бежать. Метался от одной стороны улицы к другой, уворачиваясь от несуществующих пуль.

— Что это с ним? — спросил подошедший полковник.

— С-сбежал, — пожал плечами Джек.

Толстяк споткнулся и растянулся на мостовой. Подскочил, как каучуковый мячик, и побежал дальше, с прытью удивительной для человека его комплекции.

— И что? — сказал полковник. — А с этой что нам делать?

Джек присел на корточки перед телом и коснулся пальцами шеи, нащупывая пульс.

— Надо ее п-перевернуть, — сказал Джек. Полковник поморщился.

— Не нравится мне это, — сказал он. — Если в деле замешана женщина, добром оно не кончится. Женщина на корабле — к несчастью.

— Мы не на к-корабле, — напомнил Джек. Он взял девушку за плечи. В ответ та застонала.

— Женщины, они как птицы, — сказал Ван Белл. — Разве что не летают. Но тоже — кажутся безобидными и беззащитными, красивыми, иногда, а на деле…

Джек перевернул девушку на спину. И отпрянул, словно на него выплеснули ведро ледяной воды. Или… Проклятье!

Джек смотрел на лицо, словно сошедшее со старинной фотографии. Тонкие и резковатые черты, острые скулы… Лицо, которое он помнил в мельчайших деталях, от тонких морщинок на переносице, до крошечного шрама на подбородке.

— Джил?!

Девушка открыла глаза.

— Здравствуй, Джек…

Это был не голос Джил. Тихий, отстраненный и скрипучий. Голос Плотника.

— Полагаю, ты не ожидал, что наша первая встреча окажется такой?

Никто не задавался вопросом — откуда пришел Джек. Все и так знают. Джек пришел из-за зеркала, вошел в него, как в дверь, и вышел с этой стороны. Он не первый, кто проделывает подобный трюк, чему удивляться? А как у него получилось… Это же Джек! Для него нет ничего невозможного — он убил Бармаглота.

Сам же Джек помнит слишком много. И все вместе не складывается в одну историю. Память играет в странные игры, подбрасывая детали то к одной, то к другой версии. Джек не знает, что он помнит, что ему приснилось, а что он просто выдумал.