Чтение онлайн

Ивола растерянно взглянула на него и вдруг заплакала навзрыд, закрыв лицо ладонями:

– Ну и езжай! Пусть тебя схватят! И пусть тебе будет плохо, как мне! Я из-за тебя ослушалась госпожу. А ты - дурак! Ты не помнишь, что она сделала после того, как ты признался ей в любви? Она запретила всем своим служанкам разговаривать с тобой. Строго запретила! И этот запрет по-прежнему в силе! Когда я сегодня к тебе подошла, я нарушила запрет. А ты вдруг попросил меня, чтоб я привела к тебе госпожу! Конечно, мне пришлось признаться ей, что я с тобой говорила. Госпожа, как услышала, так первым делом отругала меня. Она сказала, что если бы я к тебе не подошла, тогда ей тоже не пришлось бы делать это.

– Она не могла так сказать, - твёрдо произнёс Влад, уже успев отвязать конский повод от куста. Княжич перекинул повод через голову коня и готовился сесть в седло.

– Она так сказала!
– сквозь слёзы твердила Ивола.
– Меня из-за тебя накажут. И я же ещё во всём виновата? Я во всём виновата, да?

Влад по-прежнему не верил, что Сёчке его обманула, но в словах Иволы заключалась доля истины. Княжичу стало стыдно за его резкие слова. Он действительно забыл, что невестка строго-настрого запретила всем своим шестерым служанкам разговаривать с ним, находиться с ним рядом и принимать от него подарки. Он забыл, а ведь присутствовал тогда в комнате. Он забыл и заставил Иволу нарушить запрет.

Княжич примотал повод обратно к ветке куста, подошёл к плачущей девице и попытался её утешить.

– Не плачь, - сказал Влад.
– Я беру свои слова обратно. Ты не виновата. Значит, у меня с памятью плохо. Я забыл, что тебе было запрещено. Если б я помнил, то не стал бы тебя просить.

Ободряющие слова следовало подкрепить действием - взять за руку, похлопать по плечу или даже обнять, но Влад боялся сделать что-то не то и снова обидеть девицу. В других обстоятельствах он бы с удовольствием подержал её за руку и обнял покрепче, причём под любым предлогом - ведь обнимать девушек так приятно - но сейчас было как-то неловко.

Между тем Ивола отняла руки от лица и взглянула на княжича. Из глаз у неё по-прежнему катились слёзы.

– Не плачь, - повторил Влад и с улыбкой вытер слезу, повисшую у Иволы на левой скуле.
– Ну же! Не плачь, - он вытер ещё одну каплю с правой щеки.

Девица никак не могла успокоиться, и поэтому её поведение казалось княжичу странным. "За неполный день она успела рассердиться, затем развеселиться, а теперь вдруг плачет, - недоумевал он.
– Не много ли перемен за такое короткое время?" Ивола сердилась, когда встретила княжича в деревне, веселилась, когда его будила, а заплакала, когда он сказал всего пару резких слов, и продолжала плакать сейчас. "А почему сейчас-то плачет?" - не понимал Влад.

Это оказались ещё не все странности, которые его удивили - случилось и ещё кое-что странное, поскольку, вытирая девице слёзы, утешитель совсем не ожидал, что девица вдруг начнёт делать то же самое - легко проводить пальцами по его лицу. Зачем? Ведь он-то не плакал!

– Что ты делаешь?
– спросил княжич.

– Ничего, - ответила Ивола, опустила руки и потупилась.
– Пока ты спал на траве, у тебя лицо чуть-чуть испачкалось.

Влад вытерся рукавом:

– Теперь чисто?

– Чисто, - ответила Ивола. Голос у неё дрогнул, но она совладала с собой и не зарыдала снова.

– Я всё-таки должен спросить у твоей госпожи, почему она не пришла, - сказал Влад.
– Она ведь по-прежнему в деревне?

Ивола помотала головой:

– Госпожи там нет. Она ушла. А сюда не явилась бы, даже если б хотела. Ты попросил её о том, чего госпожа никак не могла выполнить. Она должна оберегать свою честь.

– Но ведь я же не просил, чтобы твоя госпожа пришла одна, - возразил Влад.
– Пусть она будет с тобой или с кем-то ещё.

Сказав это, княжич вдруг ухмыльнулся:

– А приходите всемером - Сёчке, ты и остальные. Я буду рад увидеть всех. Ты была права. Я скучал не только по вашей госпоже. Передай Марике, Ануце, Чилле, Лии и Беке от меня привет. Скажи, мне жаль, что я не увидел их на празднике. Жаль, что не довелось сплясать со всеми вами.

Ивола повеселела:

– Мне тоже жаль, что тебе нельзя остаться. Жаль, что тебе нельзя в деревню.

– Так приходите в лес!
– ещё раз предложил Влад.
– Вы же ходили сюда весной. Почему сейчас не можете?

Ивола перестала улыбаться и сделалась очень серьёзной:

– Сейчас госпожа очень боится уронить свою честь. Ты и все твои родичи стали врагами семьи Гуньяди, поэтому даже разговоры с вами предосудительны. Если господин Янош узнает, что моя госпожа втайне говорила с тобой, он скажет ей: "Ты не достойна своей семьи".

– Откуда ты знаешь, что скажет Янош?
– удивился Влад.

– Так уже было, - пояснила Ивола.
– Господин Янош сказал моей госпоже, что она потеряла часть достоинства, как потёртая монета.

– Так и сказал?
– ещё больше удивился Влад.
– Я думал, Янош свою сестру любит. Любимым сёстрам такого не говорят.

– Господин Янош может и не такое сказать, если речь о важных делах, - ответила Ивола.
– Господин Янош сказал моей госпоже: "Ты потеряла прежнее достоинство, потому что больше не католичка". Госпожа обиделась и ответила, что оставила католичество по воле господина Яноша, ведь это он выдал её замуж, а господин Янош ответил, что причина не важна, и что теперь надо найти моей госпоже нового мужа.

– Нового мужа?
– Влад опешил.

– Да, нового мужа, - сказала Ивола.

– Ты что-то путаешь, - пробормотал княжич.
– Ведь Сёчке - по-прежнему жена моего брата. Этот брак нельзя расторгнуть.

– Господин Янош не говорил о разводе, - сказала Ивола.
– Господин Янош только сказал, что было бы хорошо, если б твой старший брат умер.

Влад застыл от удивления. Он никак не ожидал услышать подобное.

– Теперь понимаешь?
– Ивола сделала шаг вперёд, взяла Влада за руки и заглянула ему в глаза.
– Ты в большой опасности. Тебе нельзя в деревню. И нельзя приближаться к замку. Я не знаю, что господин Янош прикажет с тобой сделать, если поймает.

"А что Янош прикажет сделать?" - недоумевал Влад. Он считал, что в самом худшем случае окажется запертым в тёмном подвале или в высокой башне, а свободу получит только за большие деньги, или же его отцу придётся взять на себя некие обременительные обязательства. Ничего хуже княжич не предполагал и поэтому удивился словам Иволы, ведь из них следовало совсем другое. Ивола намекала, что Янош способен даже на убийство.

"Это всё девичьи страхи и глупости, - подумал Влад.
– Янош сказал что-то про моего брата, а Ивола решила, что Гуньяди захочет меня убить? Янош не может поступить так, потому что так нельзя. Не настолько сильно мы враждуем". Отрок не заметил, что девица держит его за руки, а заметил только тогда, когда она отпустила их и сказала: