Чтение онлайн

– Я желаю, чтобы он тебя вылечил.

– А если не сможет?

– Почему это не сможет?
– спросил государь, чувствуя, что в вопросе опять кроется подвох.

– Если не сможет, посадишь никчёмного лекаря на кол?
– через силу улыбнулся монах.

– Не посажу, если сумеет доходчиво объяснить, почему твоя болезнь не лечится, - серьёзно ответил Влад.

– А если не сумеет объяснить?
– продолжал выспрашивать отец Антим.

– Отче, к чему ты опять клонишь?

– Есть вещи, которых ты изменить не в силах, - сказал монах.
– В таких случаях смирение это самое лучшее. А если не смиришься, то беда умножится.

– Говорить о смирении рано, ведь лекарь ещё не видел тебя, - возразил Влад.

Отец Антим наконец-то перестал задыхаться и теперь мог улыбаться без натуги. Однако эта новая улыбка вышла грустной:

– Здешние братья и сами кое-что понимают во врачевании. Посылать за лекарем ни к чему.

– Отче, я всё-таки пошлю за ним, - сказал государь, усаживаясь обратно на табурет.

– Однажды моё время настанет, - примирительно произнёс монах и, не вставая с кровати, поставил стакан с молоком обратно на стол.

– Пусть настанет, но не в этом году, - сказал Влад.

– Ты не можешь с этим смириться, - улыбнулся отец Антим.
– Понятно, почему не можешь.

– Конечно, не могу, - сказал правитель.
– Ведь я помню тебя, сколько живу. Расставаться с такими людьми всегда трудно.

– Нет, дело не в этом, - показал головой отец Антим.

– А в чём же?
– спросил младший Дракул, на сей раз не ожидая подвоха.

– Я был духовником твоего отца, - рассудительно произнёс монах.
– Я до сих пор храню тайну его исповедей. Значит, пока я жив, твой отец умер не вполне.

Влад промолчал.

– Чадо, я ведь давно заметил, как ты пытаешься через меня говорить с отцом, - продолжал бывший духовник.
– Ты знаешь, что я не нарушу тайну исповеди, и поэтому задаёшь мне хитрые вопросы. Ты спрашиваешь меня, что твой родитель одобрил бы, а что нет, и как он поступил бы в том или ином случае. Ты доверяешь моему мнению, ведь думаешь, что я не предполагаю, а знаю наверняка.

– Конечно, ты распознал мою хитрость, отче, - усмехнулся младший Дракул, а отец Антим сохранял серьёзность:

– Тайна исповеди священна, но кое-что я могу тебе открыть.

– Открыть?
– переспросил правитель, не вполне доверяя этому обещанию.

– Да, - кивнул отец Антим.
– Помнишь ли ты, как в шестилетнем возрасте пришёл ко мне и сказал про ручных дьяволов твоего отца? Один дьявол был изображён на золотой подвеске, а другой на мече. Помнишь? Ты уверял меня, что дьяволы, смирённые крестом, служат и помогают человеку, а я спросил: "Кто сказал тебе это?" - а ты ответил, что услышал про усмирение дьяволов от своего отца. Помнишь?

– Припоминаю, но очень смутно, - с напускным безразличием произнёс Влад.

– Твой отец рассказывал тебе про этих дьяволов, - продолжал отец Антим, - поэтому я могу тебе признаться, что мне он рассказывал тоже. Твой отец говорил, что с помощью дьяволов получит власть. Я убеждал его, что дьявол человеку не помощник, но твой отец не слушал. Твой отец не слушал, и посмотри, куда это его привело. Дьявол это хаос, который всё разрушает и ведёт человека к гибели.

– В смерти моего отца виноват не дьявол, а подлец Янку и предатели-жупаны, - возразил государь.

– Нет, виноват дьявол, который давал твоему отцу плохие советы, - сказал монах.

– Однако мой отец получил власть, как и хотел, - усмехнулся Влад.
– Выходит, дьявол оказался не таким уж плохим советчиком.

– Не плохим?
– отец Антим посмотрел на князя, будто не узнавая.
– Чадо, неужели ты забыл всё, чему я тебя учил? Вспомни, как мы изучали логику, а теперь вслушайся в собственные слова! Ты сейчас утверждаешь, что зло это не так уж и плохо. Ты говоришь, как безумный. По-твоему, зло не такое уж плохое? А как же добро? По-твоему добро это не всегда хорошо? Кто внушил тебе такие мысли?

– Люди, которые виноваты в смерти моего отца, - резко ответил Влад.

– Нет, - сказал отец Антим.
– Эти мысли внушил тебе дьявол. Он запутал тебя. Слово "зло" и "плохо" означают одно и то же. Любой ребёнок скажет тебе это.

– Дети не знают всех превратностей судьбы, - горько усмехнулся младший Дракул.

– Судьбы?
– переспросил монах и в который раз за сегодня вздохнул.
– Чадо, я расскажу тебе о превратностях судьбы. Я ведь в большом долгу перед твоим отцом. Он спас меня, сам того не подозревая.

– Спас?
– удивился Влад.
– Когда?

– Очень давно, - ответил отец Антим.
– Он спас меня ещё в ту пору, когда не был государем. Спас, когда рассказал мне о своих дьяволах. У меня ведь тоже были свои дьяволы.

– Твои дьяволы, отче?
– ещё больше удивился Влад.

– У меня были свои искушения, а значит и дьяволы, - отвечал монах.
– И эти дьяволы почти завладели мной. Они соблазняли меня властью. Ведь в ту пору, когда меня рукоположили в священники и приставили к твоему отцу, я думал, что мне выпала большая удача. Я мечтал о тех днях, когда твой отец возвысится, а значит, и я возвышусь вместе с ним. Я думал: "Если он станет государем, то я смогу сделаться настоятелем богатого монастыря или даже епископом, а епископу совсем не далеко до митрополичьей кафедры". Так я думал, и эта мысль соблазняла меня, как не соблазняла ни одна другая.

– Что же плохого в этих мечтах?
– продолжал удивляться Влад.
– Разве быть митрополитом плохо? И почему ты не рассказал мне раньше? Если бы рассказал, то сейчас настоятелем здешнего монастыря был бы ты, а не отец Доментиан. Да и сделать тебя епископом не так уж сложно.

– Сейчас у меня нет этих мечтаний, и слава Богу, - ответил отец Антим.

– Нет?
– изумился Влад.

– Быть епископом или митрополитом хорошо, - спокойно продолжал монах, - хорошо, если ты принимаешь эту должность ради служения людям, а не ради того, чтоб служили тебе. Мои мечты были плохи, потому что в этих мечтах я раздавал повеления с превеликим удовольствием.

– Когда я сделался государем, то мне поначалу тоже было приятно раздавать повеления, - признался младший Дракул, - а затем я привык, и удовольствие превратилось в бремя. Отче, ты бы тоже со временем привык и перестал чувствовать себя грешником.

– Чадо, - возразил монах, - опасность состояла в том, что я поначалу не считал свои мечты греховными. Мне казалось, что моего возвышения хочет сам Бог. Я думал так, пока твой отец мне не открылся. И вот тогда я понял, что мы с твоим отцом мечтали об одном и том же. Он, как и я, желал власти, желал её для себя, для своего услаждения. Он твердил, что рождён быть государем, и что не может больше ждать Божьей помощи, которая запаздывает. Твой отец уверял, что взял дьяволов на службу лишь ради того, чтобы надеть корону, а затем прогонит их. Я слушал его и с каждым днём всё больше убеждался, что власть это великое искушение.