Чтение онлайн

– Вижу, ты принялась за сказки, – рассмеялась, имея в виду образные выражения Розалинды.

– Что мне оставалось? Магистру удалось обнаружить все другие лист-диски.

– Ничего, милая, я притащу тебе еще, – пообещала я – для закрепления наших вновь установившихся дружеских отношений.

Тонкий визг, прозвучавший пронзительно и внезапно, заставил меня покинуть Розалинду, не попрощавшись. Я резко повернулась и увидела милую картину…

Теодор стоял на цыпочках, высоко подтянув штанины, а вокруг сновала моя несравненная Мышь в пористых тапочках – проворно и бесшумно.

– Фе-е-е-едра! – голосил послушник. – Она лопает нашу еду, а потом выплевывает её на поднос.

– Тебя это смущает? Напрасно. Она такое же живое создание, как ты и я, и – смотри! Она не визжит ужасным голосом, хотя и могла бы испугаться тебя, такого огромного. Она намного цивилизованней тебя и смелее.

Моя проповедь возымела действие, Тео опустил пятки на пол и шепотом поинтересовался:

– Но как мы будем ужинать?

– Животные у нас не содержат болезнетворных бактерий – её слюной ты не можешь отравиться. Другое дело – она! Но мы пожалеем маленькое создание, и не будем давать ей сухили из твоего рта… Благодарю тебя, Мышь, ты – свободна.

Я подняла поднос с подобранным с пола сухили и протянула отроку. Он колебался. Ох, как колебался! Даже лицом побелел. А когда первый кубик отправился в его рот, рвотные судороги прошли по его тощей шее. Я не дрогнула. Брезгливость – одно из основных предрассудков, с которым Агент должен распрощаться в первую очередь.

Теодор справился – проглотил и поспешил отвернуться, собираясь сбежать от меня. Я уцепила его за руку и отправила целую горсть сухили себе в рот. Мой кадет смотрел на меня во все глаза, и полыхавшие в его зрачках блики говорили о том, что теперь он мне не уступит. Мы съели все до крошки, даже вылизали злополучный поднос…

Теперь, если его не вырвет в ближайшие полчаса, можно считать, что с брезгливостью мы покончили… Через некоторое время я скажу мальчишке, что моя несравненная Мышь – вполне синтетическое создание, предназначенное специально для дезинфекции жилых помещений и продуктов питания. Скажу, когда это не будет иметь решительно никакого значения.

Лишь только решили одну проблему – возникла новая. Я смотрела на прозрачные стены ванной комнаты в полном отупении.

– Розалинда, как я буду принимать душ?

– Что тебя смущает, Федра? – лениво гукнула в ответ вредная машина. – Ты раздевалась много раз в разных ситуациях, в присутствии разных людей. У тебя великолепное тело, прежде ты не стеснялась присутствия мужчин.

– Один маленький нюанс, Необъятная. Ни один из них не жил в моем отсеке! И потом, туалет – весьма интимная процедура, и не мальчишке за мной наблюдать.

– У тебя есть выход.

Я чувствовала несомненный подвох с её стороны и всё же с надеждой спросила:

– Ну?

– Ты можешь попросить его отвернуться.

Вполне логичное предположение! У меня даже слов не хватило, чтобы возмутиться. Подлый агрегат желает моей смерти! Сегодня она одержима желанием достать меня по всем статьям.

Я повернулась к Теодору. Он натягивал белоснежный лайкс на свой топчан и ответил мне растерянным взглядом. Должно быть выражение моего лица его озадачило. Я пожала плечами в ответ на все свои внутренние сомнения. Милашка, вариантов у тебя не много. Для переустройства жилища требуется время – можно вновь посидеть на лужайке, развлекаясь обозримым мраком… То есть, отвернуться от проблемы, уйти в сторону, что совершенно не свойственно моей натуре. А значит – не может быть свойственно моему кадету, читай будущему Агенту! Я ободряюще улыбнулась, скорее сама себе, потому как Теодор все еще не догадывался о моих психологических выкладках.

Давай, милашка, это всего лишь вопрос доверия!

– Тео, я намерена принять освежающий душ. Наша ванная, как видишь, вполне во фрейском духе. Подумываю – не связать ли тебя? – шутливо предложила я.

Мой кадет веселости моей не принял, ответил вполне взрослым взглядом и спросил серьёзно:

– Ты не хочешь, чтобы я смотрел?

– Да.

– Могла бы просто сказать об этом, безо всяких угроз. – Он запнулся на мгновение, поймал мой взгляд и произнес медленно, будто читая мои мысли. – Это просто вопрос доверия.

И тут я снова уверилась, что связь Агента с объектом Внедрения является двусторонней. Мы оба заложники остаточных воспоминаний. В большей или меньшей степени мы связаны внутренним не подвластным разуму единством, как близнецы, вышедшие из одного чрева.

Хорошо это или плохо? – думать об этом не хотелось. Поделиться проблемой с Доком? Уж он-то сможет подвести под это маленькое открытие подходящую случаю теорию. Так обоснует, терминов научных насыплет – миллион… если я решусь посвятить его в свои домыслы…

Выйдя из ванной комнаты, я поняла, что наша договоренность с Тео оказалась не состоятельной. Паренек скукожился на топчане и зажмурил глаза. Виноват! – говорил язык его тела.

Мне стало нехорошо – милашка, ты – дура! Разве можно было создавать такую провокационную ситуацию?

– Прости, малый, моя ошибка, – пробормотала я с сожалением в голосе.

Быстро ткнула пальцем в Инфопанель, посылая вызов Розалинде.

– Что? – гукнула моя подруга совсем недружественно. – Вроде мы обо всем договорились.

Я не стала спорить, сказала просто и кратко:

– Утром моя ванная комната должна иметь стандартный вид.

Необъятная попыталась мне возразить, но я не дала ей шанса. Высказала все, что посчитала нужным и отключилась.

В благоухающей розами и тимьяном кровати среди множества узорных подушечек я возлежала безо всякого удовольствия и тревожно прислушивалась, как мальчишка сопел, вздыхал и ворочался. Возможно, стоит сейчас же с ним все прояснить… И показать, что ты относишься к произошедшему очень серьезно. Мальчишка должен считать, что тебе – «фиолетово». Как бы ты, милашка, к этому не относилась на самом деле.

Да и времени нет, проводить разборки. Телепатический контакт с направленным сновидением – вещь не простая и не быстрая.

– Необъятная, – буркнула я не очень дружелюбно, открывая доступ к своему разуму, – можешь приступать. Не забудь потом задействовать защитный экран.

Джан Нэш передвигался по своему жилищу, чертыхаясь в голос. Огромный лаптоп, который он приобрел только что в магазине старых вещей, оттягивал руки. А его жилой отсек был заполнен несметным количеством платиновых дисков. Их нагромождение делало передвижение делом не только хлопотным, но и опасным – одно неверное движение и он будет погребен под завалами Имперского архива.