Чтение онлайн

– Как же так? А если ко мне обратятся с вопросом?

– Обойдемся одной мимикой. На прямой вопрос – смотри собеседнику прямо в глаза и просто улыбайся. Но смотри так, как будто ты видишь сквозь его пустую голову то, чего ему никогда не увидеть.

Я продемонстрировала то, чему хотела научить. Тео возрадовался:

– Я это смогу, все равно, что спать с открытыми глазами на утренней проповеди.

– Прекрасно! Я буду – Алисия ван Кувер. Если ты услышишь, что меня так называют, не делай изумленный вид. При этом имени сразу хмуришь брови и становишься супер-серьёзным. А если видишь, что мой взгляд обращается к тебе, достаешь из кармана вот этот маленький лаптоп, – я протянула ему миленький гаджет с серебряным карандашиком на крышке. – Открываешь и рисуешь там веселую мордашку. Сам при этом принимаешь значительный вид – круглишь щеки и поднимаешь высоко брови. Да, и постарайся, чтобы никто не сумел заглянуть в твои записи.

– Могу при этом захлопнуть крышку?… и…

– И улыбнуться с сожалением – рад бы, да не могу!

Мы немного порепетировали и остались довольны своими театральными штучками.

В завершение я посоветовала:

– Там будет открытый фуршет – много-много маленьких бутербродов со всякими вкусностями – не объедайся. С брюками я немного просчиталась, они тебе впритык. Объешься – могут треснуть по швам.

Мы быстренько собрались и поехали.

Во время фуршета я замечала, что Тео время от времени хватал себя руками за ляжки и задницу – проверял все ли на нем цело!

Так что встреча с бизнесменами на этот раз прошла для меня легко, я даже не успела надышаться пресловутыми букетами с олеандром. Теодор, войдя в роль моего верного пажа, забрал веники в свои руки. А выйдя на улицу тут же определил их в мусорный контейнер.

– Гадкие какие, – сказал он в свое оправдание.

Я весело смеялась.

Кстати, мой образ «черной и многогранной» отроку не понравился. Особенно то, что мягкие утренние локоны я зализала гладким черным гелем, а татушку прикрыла черным сетчатым кружевом – «засадила в тюрягу».

*** Почти вечер приближался, а я неожиданно засомневалась, брать ли с собой Тео. Ведь мой гонщик ждет меня одну… и он – один из немногих, кто знает о «дне, когда мне весело».

Я быстро переодевалась, создавая нужный образ, а решение все еще не было принято.

Теодор решил все за меня. Когда я выпорхнула в кухонный отсек в образе «яркой и сумасшедшей» простушки, он был уже одет. Клетчатое легкое пальто висело на нем, как на вешалке. Джинсики он закатал, открывая бледные ноги и ярко-красные носки…, и я, не задумываясь более, повесила ему на шею фиолетовый шарф.

– Вот здесь, хочешь горбиться – горбись, держи руки в карманах и не доставай их без надобности. Снова молчишь, но по-другому. – Я сунула ему за щеку пачку жвачки. – Все время жуешь, а когда к тебе обращаются – надуваешь пузырь.

Мы прибыли на мотодром в начинавшихся сумерках – часть суток, приводящее меня в состояние умиротворения. Еще не вечер, но уже и не день – кажется, что в этот период само время замирает.

К своему удивлению, я увидела на треке два байка. Рядом с моим пепельноволосым бойфрендом вертелась шустрая девчонка с такими же задорными хвостиками на голове, как и у меня в настоящий момент. Благо, что на ней была клетчатая юбчонка, а не шорты в звездах, как у меня. Кожаный жилетик ничуть не скрывал её женские достоинства, скорее подчеркивал их округлости и полноценное наполнение. А на плече красотки алым пятном цвела роза.

За моим оранжевым кардиганом татушка была не заметна, и я несказанно этому обрадовалась. А еще заметила про себя, что очень хорошо изучила своего гонщика – просто до неприличия… Я тихонько стащила со своих кудряшек бантики и тряхнула головой, освобождаясь ото всех обязательств.

Они наконец заметили наше появление. Мой гонщик, сияя улыбкой, схватил меня за руку. Теодора одарил беглым взглядом, но разговор начал именно с него.

– Поверить не могу! Ты пришла ко мне с парнем?!

Я услышала за своей спиной громкий хлопок – Теодор надул пузырь – мне стало весело. Сценарий написан – ИГРАЙ, милашка!

– Но ведь и ты – не один, Реджи…

– Да, это моя ученица – Уна.

– Привет, Уна! – чирикнула я весело, а Тео вновь хлопнул жвачкой.

– У нас тренировка, – оповестила Уна многозначительно и уцепила своего наставника за руку.

– А меня Реджинальд обещал покатать на байке, – еще более задорно воскликнула я.

Наша цепочка из троих (ибо Реджи не догадался отпустить мою руку) была нелепа. Светлый Отрок качнулся с носка на пятки и саркастически хмыкнул, громко при этом чавкая.

– Конечно, я покатаю тебя на байке, – слегка смутился мой гонщик. —А Ума прокатит твоего парня.

Они резво побежали к своим мотоциклам, переговариваясь на ходу. При желании я могла поднапрячь свои слуховые возможности и понять, о чем они шепчутся. Но я не стала. Вместо этого подошла к послушнику и попросила:

– Держись покрепче за мотоцикл. Ума не кажется мне достаточно опытным пилотом, не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Мальчишка посмотрел мне в глаза очень внимательно и кивнул головой, соглашаясь. Дальше все пошло по плану. Мы вышли на трек. Тео крепко держался за выступы байка. Я пищала, визжала, хваталась за умопомрачительный торс… весьма убедительно, между прочим. Потому что после завершения трассы, (когда мой гонщик отправился к своей ученице, чтобы дать практические советы – никак не иначе!) послушник спросил меня тихо:

– Ты действительно боишься ездить на байке?

– Сомневаешься? – спросила я машинально, наблюдая, как рука Реджи скользит по бедру малышки Уны.

– Очень.

– Правильно делаешь. И знаешь, Тео, за что я люблю ИГРУ? Всегда можно переписать сценарий.

Он не понял, но заволновался.

– Может быть, стоит уйти? По-моему, нас здесь не ждали.

– Ты ошибаешься, нас сюда пригласили, но забыли об этом. Так иногда бывает, – растолковала я парню спокойно.

Но только не с тобой, милашка! Еще никому не удавалось забыть тебя просто. И Реджинальду это не удастся – концовочку мы подправим.

Уна, блестя хитро глазами, предложила:

– Повторим еще раз. Только поменяемся пассажирами.

Она сидела на байке свободно, покачивая крутым бедром, то и дело задевая своего учителя разгоряченной недавним пробегом плотью.

Она хочет меня – неопытную, неуклюжую трусиху – в процессе гонки вывалить в грязь? Чтобы я залилась слезами, вспылила и убралась восвояси? Даже интересно, а что же предпримет Реджи, случись такая история? Но я не увлеклась этим сюжетом. Ведь режиссер здесь – я!

– У меня предложение получше, – сказала я подошедшему ближе Реджинальду, восторженно хлопая в ладоши. – Давайте сменим пилотов.

Я решительно оседлала байк своего гонщика. Вот тут он заволновался.

– Я очень люблю свой байк, – сказал он весомо.

Я перестала кривляться, взглянула в глаза бойфренда своим настоящим долгим взглядом, который содержал неприкрытый вызов.

– Ты мне не доверяешь?

Вот тут он завелся сразу. Моментально увидел во мне приз, который нужно снова завоевать. Метнулся к мотоциклу подружки, одним резким неаккуратным движением – почти грубым, сдвинул ее на пассажирское место.