Чтение онлайн

Мы с Талулой гуляем вокруг района Венеция. Она делает успехи, уже не пытается укусить каждого прохожего.

На самом деле, я специально вожу ее по самым оживленным районам, рядом с велосипедными дорожками, в непосредственном близости от которых находятся все известные и популярные магазины, вожу ее мимо толп туристов, уличных артистов и компаний подростков, чтобы она привыкала находиться среди людей. Мы гуляем часами - днем, ночью, и опять днем. Я больше не могу спать.

Сон мне и не нужен.

Я гуляю с Талулой.

И говорю по телефону.

Разговариваю с Фэллон.

Днями и ночами, днями и ночами.

Сью Эллен ничего не знает.

Я ухожу гулять с Талулой.

Набираю номер Фэллон.

Она снимает трубку после третьего гудка, ее голос такой сладкий и красивый. Прекрасный.

— Я скучаю по тебе, — говорит она, — знаю, это безумие, но я скучаю по тебе. Хочу чтобы ты был тут, со мной. Хочу просто лежать рядом с тобой, мне хватит и этого, твоего присутствия.

— Я понимаю, — мягко произношу я, двигаясь без зрения, слуха и осязания - не замечая ничего, кроме ее нежного голоса - ее дыхания. — Я тоже хочу быть с тобой. Такое ощущение, будто я нахожусь между двух миров - словно наши души покинули свои тела и встретились где-то на полпути. Я не чувствую земли под ногами. Понимаешь о чем я?

Она хихикает.

— Ага.

Мы продолжаем говорить все о том же - она упрашивает меня приехать к ней.

— Тебе здесь понравится, любимый, —шепчет она, — это место изменит всю твою жизнь. Ты поймешь, как сильно Бог тебя любит. Безумно сильно. Он любит нас обоих. Именно поэтому он свел нас. Именно так он явил себя нам. Он хочет, чтобы ты приехал и нашел его здесь. Я знаю, что он хочет именно этого. Он говорит с тобой. Он выбрал тебя для особой миссии. Но сперва ты должен научиться открываться навстречу его свету и благодати. Здесь тебя научат служить Богу правильно. Они могут объяснить тебе, как интерпретировать его слова. И потом ты сможешь выйти в мир и сделать все, на что ты, я это точно знаю, способен.

— Нет, — медленно отвечаю я, сощурившись, чтобы лучи закатного солнца не били по глазам. Тут до меня внезапно доходит, что уже почти наступила ночь и мне скоро пора будет возвращаться домой. Но я все равно продолжаю разговор, попутно оттаскивая Талулу подальше от упаковки из-под еды с эмблемой Макдональдса, которую она облизывает.

— Нет, — продолжаю я и собственный голос кажется до странности чужим, — нет, я не хочу выходить в мир. Я просто хочу быть с тобой.

Она снова хихикает.

— Я, конечно же, буду рядом с тобой, глупышка. Я отправлюсь с тобой куда угодно.

Я улыбаюсь.

— Как же сильно я тебя люблю, — говорю я.

Она тут же отвечает, без запинки.

— Я тоже тебя очень сильно люблю, глупыш.

Мы продолжаем разговаривать, а солнце тем временем опускается все ниже и ниже, прямиком в океан и на горизонте словно распускаются рядами яркие цветы, оранжевые, розовые и пурпурные.

Теперь я вижу мир таким, каков он есть.

Ярко, четко и ясно. Это подарок - все это.

— Конечно же, я приеду, — обещаю я ей, — арендую машину, а тут всем скажу, что еду проведать родных в Сан-Франциско. Я приеду на выходные. Будет круто. Познакомишься с Талулой.

Она смеется/хихикает/вздыхает.

— Да, хорошо, супер. Я с кем-нибудь договорюсь, чтобы меня подменили в воскресенье и свожу тебя с твоим песиком на гору Шаста. Это будет так чудесно!

Я чувствую, как ее тело льнет к моему. Мы дышим в унисон. Мы продолжаем строить планы. Разговариваем до тех пор, пока солнце не скрывается под водой, и его угасающее сияние сменяется холодом и бесцветностью.

Мы могли бы проговорить так всю ночь.

Но тут я слышу, как кто-то зовет меня по имени и машинально оборачиваюсь на голос, а мой желудок в это время словно подскакивает к горлу, как будто меня застукали на месте преступления.

Я растерянно смотрю по сторонам.

— Ник, дружище... Ник, чувак, где ты, черт возьми, пропадал столько времени?

Теперь он стоит прямо передо мной. Я выдыхаю с облегчением, расслабляясь. Ничего страшного. Это всего лишь Джон, торговец травкой/музыкант, которого я не видел с тех времен, когда еще встречался с Зельдой.

— Слушай, Фэллон, — шепчу я в трубку, — я тебе попозже перезвоню, ладно? Встретил тут старого друга.

Я вешаю трубку, и Джон хлопает меня по плечу, говорит он как какой-то торчок-серфингист.

— Тебя тут несколько лет не было видно! Где ты прятался, в Резеде?

Я смеюсь, разглядываю его загорелое лицо, побелевшую от солнца бороду и большую соломенную шляпу, которую он надвинул на глаза.

Честно говоря, близкими друзьями мы с ним никогда не были, но он поставлял мне лучшую травку на свете, это точно.

Мы болтаем несколько минут, и потом я намекаю из-за чего на самом деле рад его видеть. Когда он говорит о травке, то его лицо озаряет счастливая улыбка. Его отбеленные зубы сверкают в угасающих лучах солнца.

— О да, чувак, я могу тебе с этим подсобить! Теперь я получаю свой товар из амбулаторий. Попробуй вот эти, тут черника и манго.

Он достает из своей сумки две банки с этикетками, которые похожи на лекарства, продающиеся строго по рецептам, и вручает мне их одну за другой.

— Понюхай-ка, — предлагает он.

Дважды меня просить не надо.

— Чувак, — говорю я ему, — это безумие. Она и правда пахнет черникой.

И я говорю чистую правду. Белые кристаллы похожи на звездную пыль, обсыпавшую зеленые и фиолетовые побеги.

Другая банка пахнет манго. И эта травка выглядит так классно! Ни в какое сравнение не идет с той грязной травой, которую я покупал в Южной Каролине.

— Черт, беру обе. — Говорю я. — Пройдешься со мной до банкомата?

Он соглашается, так что дальше мы идем вместе, и Талула рычит на него всякий раз, как он приближается к ней слишком близко.

Я зажигаю сигарету и протягиваю еще одну Джону, краем уха слушая истории из его жизни.

Я больше занят своими мыслями о том, насколько все идеально.

Бог добр, не так ли?

Травка с черникой и манго.

Эта прекрасная высокодуховная девушка, ожидающая меня в Реддинге.

У меня чудесное будущее.

— Спасибо тебе, Господи. —Шепчу я вслух. — Спасибо большое.

Джон улыбается мне.

— Это верно, чел, это верно. Наконец-то ты все понял.

Я улыбаюсь в ответ.