Чтение онлайн

Боже, как это все глупо и мерзко. Мэриел вернулась к своему столику и забрала сумочку. Некоторые посетители кафетерия с любопытством глазели на нее. Почему за ней следят? И фотографируют. Зачем? Сколько времени он за ней ходил, до того, как она заметила?

Продолжения не последовало, люди быстро потеряли интерес к Мериел и принялись за еду. Взволнованная, она села и попыталась во всем разобраться. Если это связано с наследством, то хватило бы и одной фотографии, чтобы опознать ее. Этот человек сделал не меньше дюжины. Может быть, это связано с Томасом и посещением Даны. Может быть еще проще — какой-нибудь грязный журнальчик ждет фотографий вдвоем с Томасом. И после январской шумихи ее беременность сделает отличный скандал. При этой мысли Мэриел вздрогнула.

Тот факт, что ее ребенок от Томаса, еще больше усилил страх. Если об этом станет известно, к сыну будут приставать эти ничего не знающие люди. Не говоря уже о том, что скандал навредит карьере Томаса и его личной жизни. Мэриел пришла в ужас от таких мыслей. Она вскочила и почти побежала по коридору к справочной. Этого типа не было видно.

— Я должна была встретиться с Томасом Сексоном, — сказала она женщине в зале ожидания, — но я не могу больше ждать. Вы не. могли бы передать ему записку?

— Как ваше имя? — спросила женщина. Мэриел назвала себя.

— Он пришел три минуты назад, — женщина протянула ей записку: «Попросите мисс Мак Клири зайти в приемную врача».

Томас ходил по коридору у дверей приемной.

— Привет, — он слегка дотронулся до ее щеки губами, радуясь ее появлению и искренне смущаясь.

— Нам лучше сейчас побыть здесь, — спокойно произнес он. — Там наверху много…

— Народа. Извини. Мне следовало бы это понимать, — она боялась говорить ему о фотографе. — Как дела у Даны?

— У нее была хорошая ночь. Доктор Гудин говорит, что гематома похоже рассасывается сама, без медикаментов. Ее шансы повышаются. Сейчас уже пятьдесят пять процентов.

— Это великолепно, — она почувствовала искреннюю радость и видела гордость в его глазах.

— Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, — он нежно обнял Мэриел и положил руку на выпирающий живот. — Как живет футболист?

— Сейчас он спит, — она подавила в себе желание делать какие-либо предположения и выводы.

— Ты можешь пообедать со мной? — спросил Томас. — Я соскучился по тебе. Мне так хочется поговорить с тобой. Может быть, мы купим что-нибудь в магазине и приготовим у тебя дома, — он посмотрел на Мэриел тем глубоким страстным взглядом, знакомым ей со времени их восхитительного уикэнда. Здесь невозможно побыть одним. Но я пойму тебя, если ты не согласишься, — закончил Томас, осторожно намекая на другого мужчину в ее жизни.

Мэриел поджала губы и, опустив глаза, произнесла:

— Несколько минут назад меня фотографировали в кафетерии, — она ненавидела себя за то, что испортила эти прекрасные минуты, которых она столько ждала. Но он должен знать. Его реакция была мгновенной.

— Проклятье! — Выкрикнул Томас. Он помолчал немного, чтобы немного успокоиться, и продолжил.

— Это часть моей жизни, — еле сдерживаясь, сказал он, — и нельзя уследить за всем. Газетчики считают меня и всех, кто связан со мной, — общественной собственностью. Возможно, кто-то видел нас вместе и решил состряпать очередной материальчик. Он разговаривал с тобой, угрожал тебе чем-нибудь?

— Я испугалась, но сейчас уже все прошло, — Мэриел покачала головой. Томас выглядел таким расстроенным, что она не решилась говорить ему о библиотеке

— Хорошо, — сказал он твердым голосом. Только одну вещь нужно принять во внимание — нам нужно быть более осмотрительными. Ты и я знаем, что ничего предосудительного в наших отношениях нет, но… — Томас выдержал паузу и продолжил.

— Но, мы зависим от тех, кто платит этим тварям, которые могут перевернуть все в нашей жизни.

«Ничего предосудительного в наших отношениях нет», — эта фраза перечеркнула все ее ожидания.

— Все же мы сможем пообедать, — задумчиво сказал он. — Я куплю продукты и мы встретимся у тебя дома. Я чувствую, когда за мной следят, и если сейчас такое будет, я закажу пиццу и приду к тебе как посыльный, ведь я актер. У меня получится, — пошутил он.

Этого не может быть. Не может быть.

— Пойдем, проведаем малышку, — к нему вернулось веселое расположение духа. — Посмотрим, что она думает об этой идее.

Пройдя через процедуру тщательного мытья рук, они надели зеленые халаты. Медсестра кивнула им в знак приветствия и продолжила заниматься своими делами. Появление в палате всемирно известного Томаса Сексона стало обыденностью. Здесь основной заботой медсестер был младенец.

Мэриел просунула руку и положила ее на крошечную ручку девочки. Она увидела, как Дана слабо пошевелила пальчиками, открыла ротик и сделала несколько сосательных движений. Молодая женщина удивилась, что это маленькое живое существо может отличить ее прикосновение от других. Глаза Томаса были теплыми и заботливыми. Он подмигнул ей, показывая, что он тоже заметил реакцию малышки.

Когда в кувезе появилась рука Томаса, внимание крошки мгновенно переключилось на него, и маленькие пальчики ухватились за его большой палец. Ее чудесный ротик открылся, словно приветствовал Томаса.

Неожиданно тишину палаты нарушили резкий женский голос и громкий шепот медсестры, призывающий к тишине.

— Я хочу, чтобы она убралась отсюда, — требовала женщина, не обращая внимания на замечание.

Томас мгновенно поднял голову. На приборе загорелся сигнал тревоги. Глаза Томаса сверкали ненавистью. В дверях стояла Алиса, на пути которой стояла старшая медсестра.

— Ты слышала, убирайся отсюда! Я мать ребенка, и не хочу ее видеть здесь! — по палате разносился пронзительный крик Алисы.

Мэриел осторожно вытащила руку и, пробираясь между приборами, поспешно направилась к двери. Даже небольшое беспокойство могло погубить младенца. Мэриел надеялась, что чем быстрее она выйдет из палаты, тем быстрее Алиса успокоится и прекратит истерику.

Коренастая медсестра удерживала грудью Алису и с силой выталкивала ее в коридор. Ей помогали еще две медсестры — они встали по обе стороны от Алисы и не позволяли войти разъяренной миссис Сексон. Заградительный барьер из трех женщин выпихнул худую актрису в коридор. В гнетущей тишине Мэриел проследовала за ними.

После короткого замешательства, Мэриел рассердилась на Алису. Эгоистичная мать совсем не думала о ребенке.

Две медсестры немедленно вернулись в палату, проверить состояние младенца. Старшая сестра осталась в коридоре, чтобы присмотреть за Алисой, Миссис Сексон с ненавистью посмотрела на Мэриел и закричала:

— Шлюха! Как ты посмела сюда прийти?!

— Миссис Сексон, говорите потише и ведите себя спокойно, иначе мне придется силой удалить вас отсюда, — предупредила старшая медсестра и подошла к телефону. Алиса проигнорировала ее слова.