Чтение онлайн

Сколько в этом здании этажей, Соня даже не пыталась гадать - за огромными окнами взлетно-посадочной площадки, на которой они вышли из корабля, расстилалось облачное покрывало, летали мелкие юркие катерки, похожие на блестящих рыбок, и огромные межпланетарные крейсеры-киты, настоящие плавающие дома.

С ее новым хозяином то и дело раскланивались встречные, чем-то интересовались, что-то уточняли - и все без исключения смотрели на нее: кто заинтересованно, кто удивленно, а кто и с жалостью. Соня не понимала, что с ней не так, почему ей достаются такие взгляды от всех, чьи глаза хоть чем-то похожи на человеческие.

А потом ее капсулу вновь погрузили в багажный отсек - намного меньшего размера, всего на пару капсул, особо не развернешься. И снова стало темно и сонно, теперь просто так, без всякого газа, а еще очень хотелось в душ и в туалет, да только где их было найти!

Кор-ар в это время упорно пытался дозвониться до одного своего приятеля: очень уж волновал его неизвестный срок жизни нового зверя.

Наконец на экране появилась весьма помятая и испачканная в какой-то краске морда Тана, весьма эксцентричного ученого, разыскиваемого большинством спецслужб Альянса за опыты над разумными существами. С обычными животными ему работать было скучно: говорил, отдача не та - а вот с разумными… Поле для деятельности становилось намного шире.

– Не забыл меня еще, Тан, дружище?

– Тебя забудешь, Кор-ар. Чего надо-то?
– Тан звучал недовольно: от работы оторвали, не иначе.

– Да у меня новая зверушка появилась, необычная и неизвестная. В Зверинец ее хочу в качестве нового главного номера пустить, только одно ‘но’ присутствует…

Очень уж ему не хотелось раз в несколько лет дергать Шарка, чтобы тот снова летал на эту богом забытую планету - накладно, а предварительные прикидки о продолжительности жизни купленного зверя, если верить био-сканеру, установленному в капсуле, совсем не радовали. Копейки какие-то получались.

– Ну?

Тан нахмурил седые брови и поморщился: не любил он эти предисловия. Время значило новые знания и опыты, у него каждая микросекунда была на счету, что уж говорить о минутах! Зачем тратить его на пустые разговоры, вежливость и расшаркивания? Надо что - говори, а нет - иди своей дорогой, не отвлекай!

– Срок жизни просто безобразно короткий у меня получился. Сам понимаешь, в моем деле это никуда не годится.

– Сколько?

– Лет десять-пятнадцать. В лучшем случае.

– Двести звездочек, - мгновенно ответил Тан.
– Только за осмотр.

– Грабеж!

Двести звездочек для Кор-ара, конечно, не сумма, но как он мог не поторговаться, это же себя потом не уважать!

– Двести или ищи другого энтузиаста.

Правда, с этим гением генной инженерии особо торговаться не получалось - себя он ценил безмерно, а свое время еще больше. Сказал как отрезал. А начни Кор-ар настаивать, к озвученной сумме прибавится ее половина, а может и больше! А это уже ни в какие ворота не лезло. Пусть уж лучше Кор-ар самолично каждый год будет летать за новым уродцем на эту неизвестную планету - родину своей новой игрушки!

– Звезды с тобой! Но я сразу тогда лечу к тебе! И принимаешь ты меня без своей мифической очереди!

– Это уж как полагается, - философски отозвался ученый.
– Неужели ты думаешь, что я позволю поработать кому-то еще с совершенно новым и неизвестным никому видом? Я слишком хорошо тебя знаю, Кор-ар: ты мелко не плаваешь и по пустякам не обращаешься. Жду.

И, не прощаясь, Тан отключился. Безмерно наглая личность, а некоторые говорили, что еще и обаятельная. Как любой непонятый гений. Но Кор-ар знал: все фикция - Тан был просто безмерно жесток. Его не волновало ничего, кроме генов и молекул, он спокойно вскрывал, резал, разбирал на составляющие всех представителей живого мира, а разумные они или нет - дело двадцать пятое. Сам хозяин Зверинца придерживался сходной политики, за исключением того, что интересовала его не наука, а прибыль.

Когда Кор-ар узнал, где именно живет этот Тан, он очень долго смеялся. Да так, что чуть хитиновый панцирь не лопнул. А ученый только знающе повел из стороны в сторону хвостом и сказал: если хочешь что-то спрятать - положи на самое видное место. Вовек не найдут, тысячу раз мимо пройдут и не заметят. Но только ни у одного преступника не набралось бы столько наглости и хамства, чтобы, зная, что за его голову назначены тысячи звездочек в случае поимки - живым или мертвым - прятаться под самым носом у Службы Безопасности Альянса. А Тан проживал в том же самом здании, где располагался штаб СБА, только этажом выше, в целительском центре. Вполне легальном, без всяческих условностей и недомолвок: там представители синей униформы лечили, проводили анализы и одна вселенная ведает чем еще занимались. А кроме того, часть своих помещений они сдавали за весьма нескромную сумму и делали вид, что все нормально. А Тан делился с ними некоторыми своими наработками, помимо всего прочего.

Уже лет сто тридцать всех устраивало подобное сотрудничество. И можно было с уверенностью сказать, что так будет еще столько же. Пока руководство не сменится. И то - не факт.

Кор-ара встретила стерильная чистота, услужливый персонал и тишина. Его молча и со всяческой предупредительностью вместе грузом проводили через вереницу коридоров в святая святых лучшего и самого дорого сотрудника. И тенями удалились по своим делам.

Соня в своей капсуле смотрела по сторонам во все глаза. Матово-блестящие голубые стены, полосы ламп под потолком, узкие полупрозрачные не то двери, не то окна - странное это было место. Оно напоминало одновременно закрытую лабораторию из фильмов про шпионов и безумно дорогую больницу, для богатых. Или еще научный центр, созданный по последнему слову техники, где половину действий выполняют машины, а другую - пять человек на весь завод.

Соня крутила головой и судорожно пыталась понять: это сюда ее продали или все-таки нет? Потому что если ‘да’ - это было очень и очень плохо. Как-то Соня совсем не сомневалась, что здесь ее пустят на опыты, препарируют как лягушку, а потом во что-нибудь заспиртуют. Больно уж место располагало.

Вышедший им навстречу гибрид кота и ящерицы - поджарое тело и длинные лапы были сплошь покрыты чешуей, а вот голова и загривок шерстью, - не вызвал у Сони ни единой положительной эмоции, только желание забиться как можно глубже в капсулу - очень уж холодно от него было, и не по-хорошему, а как от железа на морозе, тронь - примерзнешь. Или как от проруби во льду - провались, а там течение быстрое и на поверхность уже не всплыть.

Соня всегда так ощущала окружающих ее людей - картинками-ассоциациями. О каждом можно было что-то увидеть, прочувствовать по этому словленному впечатлению… и редко когда случалось ошибиться.

– Это, значит, и есть твоя ‘зверушка’?
– радостно потер лапы Тан. Ему не терпелось разобрать на составляющие новый организм: изучить процессы, что им управляют, вывести основу, проследить цепочку многовековых изменений.
– Интересный экземпляр, очень необычный… Не уступишь?

И постучал пальцами по стеклу капсулы, проверяя реакцию на неизвестный раздражитель.

Зверек дернулся и прижался к дальней стенке.

– И не проси! Самому досталась по очень старому знакомству и по случайности. А уж появятся ли такие звери в свободной продаже в ближайшее время - я и сам не знаю. Тяжело и далеко летать.

Тан скосил на Кор-ара прозрачно-белый глаз и вздохнул. Жаль-жаль… Но тут был не тот случай, когда убивают за материал.

А звери появятся. Годика через три-четыре, когда в Зверинце все насмотрятся, насытятся - и захотят себе домой такую диковинку.