Чтение онлайн

Писанки. Работа, очень часто с переходом в чёркалки и наоборот. Делались так же и с теми же подручными средствами. При этом, не было необходимости быть грамотным и выписывать реальные буквы, достаточно было каракулей напоминающих письмена, проговаривая то, что пишешь. Многие в деревнях были безграмотны, но каракули с проговариванием того, что «пишешь» отлично справлялись с задачей. Выписываешься до состояния лёгкости и ясности, хотя писать и чёркать можно довольно долго. Пока сил хватит и не уймёшься. Если только не помнить о душе, о том что душа должна парить как птица в поднебесье.

– Душа, когда пишешь, должна парить как птица в поднебесье, писать до полёта души надо. А как же она будет парить, если она у тебя в клетке, и ты её ещё и сжал от расстройства? Распусти-то брюхо – разболтай леща (произносилось как лезща), – вздохнула, – да какое у тебя, брюхо-то, одна хилость, кожа да кости. Живот, говорю распусти, подвигай животом, подыши, подыши им поглыбже, да не один раз, а несколько раз подряд втяни, животом-то, воздух и выдохни с силой. Видишь, сжал-то, как. Смотри, как живот напрягся, напряжение душе мешает в груди двигаться».

Я не понимал, что значит «разболтать лезща, распустить живот и дать душе парить», а это, всего-лишь, означало, расслабить диафрагму. Можно не пытаться снять напряжения в теле сразу, но диафрагму необходимо расслабить и позволить дыханию течь, сделав три – пять глубоких вдохов и выдохов, с задержкой на несколько секунд перед выдохом. Вдохнул, досчитал до пяти и выдохнул, опять до пяти досчитал и вдохнул, опять до пяти досчитал и выдохнул… И как только душа начинает парить, то появляется и ясность и чувство, что писанку можно уже и закончить. И разбираться уже с метами – ключами, которые наставил пока, писал.

Рассказала она ещё об одном приёме, который нашёл неожиданное для меня подтверждение у моего деда по линии отца.

– Писанка, её даже когда в туалет идёшь делать можно. Что ты в туалете делаешь? Писаешь ты там. А точнее выписываешь. Вот и выписывай себе струей, только на ноги не попади! Особенно хорошо получается выписывать на снег. По нему сразу видать, что навыписывал.

Дед Гриша-же, говорил: «Да, нассать (на них) (на это)!» и как-то после этого действа ситуация выправлялась, и все затруднения разрешались.

Письма силы. Писали-ли вы когда-нибудь письма? От руки, письма Дедушке Морозу, с просьбой дать вам подарок на Новый Год, письма Домовому, в которых вы просите его помочь найти затерявшуюся вещь или присмотреть за домом, на время отсутствия, письмо – записку Любимой в родильный дом с благодарностью за сына или дочь. Или, может быть, вы от руки переписывали «письма – счастья», да-да, те самые, которые «надо от руки переписать триста раз и разослать первым попавшимся людям, а не то…» Или, может быть, вы писали подмётные письма? Позже получившие название «анонимки». Или, возможно письма родным и близким вам людям с просьбой о прощении? А может быть, вы когда-нибудь писали письмо самому себе? От своей личности своей душе? Может быть вы получали такие письма? Тогда вы понимаете, какая могучая сила в них заключена. Рассказ, а точнее более-менее понятное для меня объяснение бабы Насти про писанки начался именно с писем.

– Ты, адрес-то, мой и бабы Лены запиши. Письма писать будешь, и мы писать будем. В, письмах-то, огромная сила. Пока хорошо напишешь, очиститься можно. Мы с дедом Колей не абы как переписываемся, вроде, про мелкий быт рассказывая. Мы душевное тепло храним и передаём друг другу.

– Ты на бумаге всё, что тебя гложет можешь изложить. Мысли свои в стройность привести и ответы найти рассуждая. По этому, раньше-то, дневники, баре вели. Хотя, на самом деле, не только баре вели, это уже литература, да пропаганда, так повернула, что дневники это удел барышень, да интеллигентов. Очень многие раньше записывали события из жизни и прошедшие дни.

Я засомневался, – Куда записывали? Тетрадей не было, дневники, поди, дорогие были.

– Чего же, не было-то, такие же школьные тетради как сейчас и были. Обложка другая только была, да может бумага чуть поплоше. И дневники были, на любой вкус с любой бумагой, хоть с атласной, хоть с простой, и с обложкой, хоть картонной, хоть кожаной с тиснением. А кому покрепче да потолще надо было, те амбарные книги покупали.

С этими словами баба Настя продемонстрировала амбарную книгу с записями, – вот, гляди-ка, и надолго хватает, и прочная, останется после меня.

Я полистал несколько страниц, но не заинтересовался, не найдя записи особо интересными для себя. Уж не знаю, почему меня в тот момент не заинтересовали своими деталями какие-то наговоры, молитвы, наблюдения, рецепты и прочее, увиденное мной в её амбарной книге. Я ведь не намеревался записывать рецепты. А вот обычную школьную тетрадь пролистал, чтобы понять, как это писать дневник – писанку и что с ним делать после его окончания. И тоже не нашёл ничего не обычного в том как ведутся записи: дата, время, место как на конверте почтовый адрес, иногда люди или события предшествовавшие чему-то, состояние. Отчёркнутая линия, чего-то там написано, потом снова линия. Иногда на половину страницы по паре раз за день, иногда по две-три-пять страниц на один день. В записи не вчитывался, так как баба Настя, водя пальцем по странице доходчиво объяснила, что надо записывать:

– Вот, в зависимости от того, какую работу вести хошь (хочешь), западок вытропить или поймать в сеть привычку.

Надо отметить, что по её мнению слово «западок» не передавало «всю глубину ямы в которую угодил разум», пояснила она так «заскок поймал», а ещё точнее «за…б», через букву ё, который.

– Смотри, западок тут сначала ставишь мету «время». Это число, день недели, и год, время записываешь, и она кивнула на ходики показывающие без двенадцати семь вечера. Потом мету «место». Обязательно полностью адрес или место, где ты запись в дневник вносишь. Этого обычно хватает. Отчёркиваешь и записываешь всё как есть, как вспоминается, оно со временем начнёт само укладываться как записываться. Записал, обязательно отчеркни запись, это значит, закончил ты. Оглянись, где ты находишься, по тому-ли адресу, как записывать сел, в тот ли день, месяц и год. Надо смотреть не только за собой, но и за местом в котором находишься. Где я сейчас? Какой я сейчас? Кто я сейчас? Если ощущаешь, что место поменялось, отмечай как. Можешь вообще вывалиться из места, оно как внове станет. Если ощущаешь, что сам поменялся, отмечай. Состояние отмечай, сердцебиение, холод, жар, головокружение, что-то такое началось не понятно, испарина, руки трястись начинают, лицо гореть, слёзы. Тут же отмечай. Почерк поменялся, отмечай, когда поменялся, на чём. Вот сторожок ставь палочку, либо букву Азъ, – и нарисовала что-то среднее между заглавной буквой А и звездой, – либо любую удобную тебе метку ставь. Можешь латинскую Nota Bene если нравится. Дмитрий Андреич вон, Язь ставит. Морду – ловушку на рыбу язь. Вроде как отлавливает западки мордой – ловушкой. Пометку себе, чтобы рассмотреть подробнее, что там сидит такое, что вызвало эти изменения в тебе. Любая ситуация, какая бы она ужасная не была, это Вразумление посланное тебе. И тут самый главный вопрос: Зачем эта ситуация? Чему она должна научить?

Так же быстро достичь нужного результата позволяла писанка при свете свечи, в комбинации с глубоким дыханием диафрагмой, хотя по сути дыхание было всем телом, каждой его жилкой, до состояния, когда слышишь звуки издаваемые телом, – Смотри на кончик ручки. А с огнём на язычок пламени и следи за своими мыслями, за вниманием (произносила – внюманием). Внюмай куды оно потечёт. Это она уже маме показывала, а меня «вошкающегося» на стуле отправили спать.

Так же баба Настя говорила помнить о необходимости избавляться от раздробленности мышления (современный термин – полярность мышления) – когда что-то делится на плохое и хорошее, – Если не убрать его, то хоть за выкрещивайся, ничего не получится. Всё время будет кто-то виноват, кто-то плохой. А ты весь хороший, либо жертва, либо находить оправдание своим действиям. Опору выстраивать будешь на плохом, хорошем, виноватых не виноватых. Не понимая какой тебе урок приходил.

Я разглядывал её амбарную книгу и обычную ученическую тетрадь, и у меня волной поднимались вопросы, – а время точно записывать вот сейчас без двенадцати минут семь, или можно написать без пятнадцати семь? А как люди, раньше которые писать не умели и часов не имели, выписывали?

– Нет, можешь написать, без десяти семь, но лучше, если уж, время пишешь, точно по часам его записывать. Кто грамоте обучен не был, и времени не знал, о времени-то, поговорим ещё, те метки привычные ставили, солнышко, к примеру, вот здесь было, когда начал писанку, и вот здесь стало, когда закончил, – и поставила штрихи, обозначающие местоположение солнца. Одну в начале страницы, где мета время, вторую внизу после линии отчёркивающей запись.