Чтение онлайн

— Да, где-то должна быть. Во всяком случае, на катере точно есть. Я же смотрел ее перед тем, как выйти в плавание. Ты разве не помнишь? А еще утверждала, что ты мой самый эффективный помощник.

— Я и сейчас не отказываюсь от своих слов. Никто в мире не идеален, даже я. Иногда я тоже, как и все люди, могу что-то забыть. Но это не меняет главного. Я действительно твой самый лучший ассистент.

— Ты знаешь, мне даже нравится твоя самоуверенность. Я тебе завидую. Мне сейчас весьма не хватает именно этого качества — уверенности в себе, в своих силах и возможностях.

У Карла был такой несчастный вид после этого признания, что Лина непроизвольно потянулась к нему, чтобы утешить этого сильного, но страдающего мужчину извечным женским, скорее даже материнским жестом, обняв его и прижав к себе. Он тут же отреагировал на это объятие столь же привычным мужским движением. Заключил в свои объятия и… поцеловал ее. Трогательно-нежно и осторожно. Как будто это у нее была травма.

Волна наслаждения прокатилась по ее телу, блокируя попытки возобновить мыслительную деятельность. Она на секунду отодвинулась, чтобы взглянуть ему в глаза, увидеть это столь дорогое для нее лицо. И в этих глазах она прочла то, что ей так страстно хотелось увидеть и услышать. Она нужна ему так же, как и он ей. Все остальное уже не имело значения. Но тут Карл разомкнул свои объятия, и сладкие эмоции вместе с чувством зарождающейся тревоги опять ушли в прошлое. И она даже не смогла сразу понять — рада она этому или нет.

Лина осторожно приоткрыла дверь и тихо выскользнула из спальни в гостиную. На цыпочках пройдя к креслу, она села и с облегчением откинулась на мягкую спинку. Час назад ей с трудом удаюсь уговорить «мужа» ненадолго прилечь и расслабиться. После столь утомительной дороги это было просто необходимо. А она все это время сидела рядом и держала его за руку. Сначала он пытался шутить и заигрывать с ней, но вскоре притих. И теперь Карл лежал неподвижно на кровати и, похоже, был погружен в глубокий и здоровый сон. Его мощная грудь равномерно вздымалась и опадала…

Что касается физического состояния, то волноваться вроде бы пока не о чем.

Однако чувство тревоги не покидало Лину. Оно даже усилилось, когда она увидела его спящим. Он показался ей таким беспомощным и уязвимым… Теперь она постоянно опасалась возможных осложнений. С повреждениями головы не шутят. Все может быть. Она и сама слышала о нескольких случаях весьма неприятных и неожиданных последствий черепно-мозговых травм, всплывавших неожиданно, спустя годы.

Конечно, ей приходилось скрывать свои страхи от Карла. Хватит и того, что ему приходится страдать от потери памяти. И не только это приходится скрывать. Проблема с Морганом, претендующим на свою долю собственности в компании, как дамоклов меч висела над всем ее будущим. Пожалуй, было бы неплохо использовать поездку за провизией для того, чтобы позвонить в офис фирмы и переговорить с вице-директором. Узнать новости, еще раз подчеркнуть важность сохранения в тайне от клиентов и родственников истинного состояния и местонахождения Карла. Она надеялась на то, что Йоран Бринкман, с его огромным житейским и коммерческим опытом, и сам понимает необходимость этого. Что он сумеет придумать что-то более или менее правдоподобное для того, чтобы они могли пробыть на острове хотя бы пару недель.

Кроме того, надо будет позвонить домой, прослушать автоответчик. Вдруг появились какие-то срочные вопросы, требующие ее вмешательства. Поездка не займет много времени. Судя по навигационной карте, которая нашлась в кабине катера, всего за десять минут можно добраться до поселка, где должен быть универсальный магазин. Карл даже вспомнил, что таковой имеется. И он уже бывал там не раз по необходимости. А еще ближе, почти напротив их острова, на берегу, находится бывшая сельская усадьба, переоборудованная в ресторан. Теперь посещение этого ресторана входит во многие туристические маршруты. На корабле можно добраться до него из Стокгольма, а от него автобусом обратно в Стокгольм. В случае необходимости они могли бы тоже использовать этот маршрут.

Да, пожалуй, лучше не откладывать звонки. Сегодня остаток дня уйдет на восстановление сил, а завтра можно будет выбраться в этот ресторан…

— Как дела? О чем задумалась? — вдруг услышала она голос Карла и от неожиданности даже подпрыгнула.

Лина обернулась и увидела его стоящим в проеме дверей. Волосы слегка всклокочены, глаза заспанные, но вид в целом значительно лучше и свежее, чем час назад. Как будто он разом сбросил с плеч дорожную усталость.

— Да так… Ждала, пока ты выспишься. Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, что ты. Ты тоже заслужила право на отдых. Тебе и так слишком много пришлось пережить за последнее время. Жаль, что ты не воспользовалась моим предложением. Вдвоем нам было бы приятнее в этой огромной постели. Честно говоря, она слишком велика для одного человека, чтобы чувствовать себя в ней уютно. Обычно я спал на диване возле камина.

— Я так и подумала… Знаешь, я с детства люблю смотреть на игру огня. Почему бы нам с тобой не попытаться растопить камин? Посидим, посмотрим на огонь… Я приготовлю кофе с печеньем.

— Вместе посидим? Рядом? — с надеждой в голосе спросил Карл.

— Решим попозже, в процессе, — последовал уклончивый ответ. — Ну так как?

— Хорошая мысль. Дрова у нас есть, только придется повозиться с растопкой. Боюсь, что я не слишком часто им пользовался. Надо бы найти какую-нибудь бумагу для растопки.

— По-моему, я видела на кухне в пластмассовом ведре для мусора старые газеты.

Работа закипела, и уже через двадцать минут они весьма уютно устроились рядом с огнем. Правда, порознь, каждый в собственном кожаном кресле, которые они пододвинули поближе к камину, чтобы чувствовать его тепло. Лина приготовила кофейник с кофе и поставила тарелочку с крекерами на столик. За окнами дома давно уже царила холодная зимняя ночь. Звезды тускло мерцали сквозь серую пелену облаков. В комнате было темно. Их лица освещали блики огня. Изредка Карл вставал и ворошил прогорающие дрова и угли огромными старинными бронзовыми щипцами. Можно сказать, антикварными. Он сказал, что получил их в подарок от одного из клиентов.

Вначале разговор шел о всяких житейских пустяках. Потом незаметно перешел на их поездку в Италию. В памяти пострадавшего почти сразу ожили красочные воспоминания. Он как-то сразу оживился и с удовольствием стал припоминать различные эпизоды, особенно впечатления, полученные от сфилаты и прогулки на гондоле по Венеции. Потом вполне естественным образом разговор перешел на дела. Карл жадно интересовался тем, как идет расширение его компании. Особенно жалел, что из-за травмы не состоялась сделка в Мальме.

Лина решила, что настал благоприятный момент для того, чтобы перевести разговор на их вылазку на «материк», лучше всего в ресторан-усадьбу. Пояснила, что это неплохая возможность отдохнуть немного, развеяться и заодно позвонить в Стокгольм. Например, как бы невзначай ввернула она, тому же Йорану Бринкману, чтобы узнать о перспективах возобновления переговоров по сделке, не состоявшейся в силу форс-мажорных обстоятельств. Заодно выговорила себе право позвонить «нескольким подругам», чтобы те не волновались из-за ее длительного отсутствия.

За разговорами как-то незаметно подошло время отправляться в постель. Настал тот самый момент, которого она так боялась. Она просто не знала, что делать. К сожалению, кровать была достаточно вместительной, и она никак не могла придумать предлог, чтобы лечь отдельно. Все, что приходило в голову, выглядело слишком нелепым, чтобы даже попытаться произнести вслух.

У нее даже мелькнула мысль, а не придумать ли срочно какой-нибудь повод для небольшой ссоры, чтобы как раз хватило до утреннего примирения. Но потом категорически отвергла эту идею. Причем сразу по трем причинам. Во-первых, это повредило бы ее имиджу чуткой и любящей супруги. Во-вторых, Карлу нельзя волноваться. И в-третьих, как известно, по законам нормальной семейной жизни после ссоры обычно следует примирение… То есть, чем сильнее ругаешься, тем более бурным должно быть примирение. И лучше всего оно получается в постели…