Чтение онлайн

Обида, смущение от его неожиданной трогательной кротости, отчаяние переполняли душу Тины. Но обида пересилила, и женщина ответила жестко и безжалостно:

– Прекрасные слова, Дьюк, но только слова! – Ее голос звучал вызывающе. Он, видно, надеется, что она раскиснет, сжалится над ним! Но он не на ту напал! – Почему я должна тебе верить?

На лице Дьюка отразилось глубокое разочарование; огонек, вспыхнувший было в глазах, угас.

– Как видно, Тина, нам с тобой никогда не понять друг друга. – Он горько улыбнулся – одними губами. – Я не чародей и не могу сделать больше, чем мне дано. Не все в мире зависит от наших желаний.

– Ну да, именно поэтому восемь лет назад ты сбежал от меня! – съязвила Тина. Кто дал ему право читать ей мораль? – Перестань лгать и притворяться, Дьюк! Зачем эти лицемерные фразы? Зачем ты вернулся сюда? Что тебе от меня нужно в конце концов? Какого черта ты сюда приперся?!

Распалясь гневом, она вскочила и смахнула со стола цветы, а заодно с ними и выкройки.

– Я тебе не жилетка, куда можно всласть поплакаться! Я больше не желаю ничего слушать! – продолжала Тина. Яростно размахивая руками, она наступала на Дьюка, ее глаза сверкали. – Вчера мне удалось тебя больно задеть, тебе это пришлось не по душе. И ты решил поквитаться со мной, не так ли? Ты решил перед тем, как навсегда убраться к себе в Лондон, еще немного попортить мне кровь!

Он инстинктивно дернул головой, точно в знак отрицания, и неподвижно замер. Его лицо побелело, губы плотно сжались. Но было видно, что он не собирается отступать.

– Нет, – почти неслышно произнес он. – То, что я почувствовал вчера, не имеет совершенно никакого значения.

Его глаза смотрели на нее с печальным укором, словно на жестокого, бесчувственного ребенка. Но Тина была слишком измучена, чтобы жалеть его. Она хотела одного – узнать наконец всю правду.

– Тебе всегда было наплевать на меня!

– Нет.

– Тогда скажи, что ты для меня сделал за все это время? Ты хоть пальцем о палец ударил ради меня?

– Тина… – Его лицо исказилось гримасой боли. Он дернулся, будто желая убежать от нее, но тут же остановился, бессильно уронив руки.

– Что молчишь? Тебе нечем крыть, вот так-то, милый мой! Все твои разговоры о любви, заботе и всем прочем – только слова, сладенькие, лживые слова! Я всегда была чужой для тебя и теперь хочу забыть о тебе, забыть, что ты есть на свете! – Она усмехнулась, в упор глядя на Дьюка. – Должно быть, ты действительно купаешься в деньгах, раз мог позволить себе отправиться за океан – и только ради одной-единственной ночи!

Он по-прежнему глядел на нее умоляющими глазами.

– Я хотел быть с тобой, хотел, чтобы ты находилась рядом. – Голос Дьюка дрожал, выдавая его волнение. – Да, я вел себя неправильно, сознаюсь. Я обидел тебя, тяжело обидел. Но ты никогда не была безразлична мне. Все восемь лет я помнил и любил тебя.

Тина недоверчиво покачала головой. Тогда он продолжил свое признание:

– А твоя карьера… Я помогал тебе, хотя ты и не знала об этом.

Тина яростно затрясла головой, она отказывалась ему верить.

– Я сама всего добилась, Дьюк, своими собственными силами, и не примазывайся к моему успеху, ты тут ни при чем!

– В нашем деле, Тина, связи решают все. И ты это прекрасно знаешь сама.

– Дерк Роуан видел, на что я способна, в постановке «Творений Господних». Он предложил мне работу, потому что я оказалась тем человеком, который был ему нужен. Это он вывел меня на дорогу к успеху. И ты здесь совершенно ни при чем!

– А как мог очутиться Дерк Роуан на шоу, поставленном труппой любительского музыкального театра, Тина? Как ты думаешь, почему он там оказался, почему пришел именно на то представление, где были твои костюмы и декорации?

Тина похолодела. Тогда ей показалось, что это была счастливая случайность, игра судьбы, поднявшая ее от сцены маленького любительского театрика, где она подвизалась еще со школьных лет, к работе в крупных столичных театрах. Тогда она так гордилась этой работой – своей первой самостоятельной работой. Дьюк тоже был на премьере «Творений Господних» в тот вечер. В прекрасный вечер ее первого успеха… В их последний вечер…

– Ты говорил с Дерком Роуаном обо мне? – пролепетала она.

– Я умолил его взять тебя ассистентом. Мне пришлось изрядно потрудиться для этого. Но сначала я поставил ящик шампанского, чтобы он соизволил отправиться на этот спектакль. Я уговорил его, пообещав взять на себя все расходы по твоей зарплате за целый год.

– Ты платил ему? – ахнула пораженная до глубины души Тина.

– Да, платил. Дерку тогда не был нужен ассистент. Он так мне и заявил об этом.

– Ты хочешь сказать… Значит, я всем – успехом, карьерой – обязана только тебе, и без тебя… – Тина сбивчиво произносила слова, униженная, ошеломленная. Она чувствовала себя так, будто ее с силой ударили по затылку, – язык дрожал и заплетался, ноги подгибались.

– Нет. Ты все это заслужила сама, Тина. Я только помог тебе.

– Почему я это заслужила? Ведь весь мой успех – ноль!

– Потому что ты действительно талантлива и доказала это. Ты превзошла все мои ожидания. Вот почему Дерк решил встретиться со мной, когда приезжал в Лондон. Он восхищается тобой, Тина, верь мне. Он тогда вернул мне все деньги, что я ему дал для тебя, и даже два ящика шампанского.

Тина слушала его слова, не веря своим ушам. Что же подвигло Дьюка на такой бескорыстный поступок?

– Но тогда… я по гроб жизни тебе обязана…

– Я просто сделал все, что должен был сделать для тебя при наших отношениях.

Он сверлил ее взглядом. Но она решила не сдаваться.

– Решил меня утешить, подарив все это взамен самого себя?

– Тина… – Он болезненно поморщился. – Пойми, у нас тогда все равно ничего бы не получилось. – Он опустил голову. – Ни тогда, ни сейчас… никогда.

– Тогда зачем ты разыграл вчерашнюю комедию, Дьюк? Или решил наконец получить плату за свои старания?

Он снова посмотрел на нее, как на упрямого, неразумного ребенка.

– Тина, я не могу переубедить тебя. Думай, что все было так, если хочешь. Но не бойся, больше никто и никогда не потребует от тебя подобного.

– Вот так прощание, – пробормотала она себе под нос.

– Да, – подтвердил он низким, странно дребезжащим голосом. – Я писатель и должен писать. – Он шумно вздохнул, некоторое время помолчал и вновь продолжил: – Ты хочешь знать, зачем я приехал в Австралию. Так вот, только для того, чтобы посмотреть свою пьесу в твоем оформлении.