Чтение онлайн

Я встал и сделал несколько шагов в сторону от лавочки. Майор последовал за мной.

– Ну, это же Вы руководили операцией по налёту на мой кабинет в банке? – Улыбнулся улыбкой человека, посвященного в тайну.

Прошло более суток, поэтому Остапенко уже отложил тот свой провал в далёкие уголки памяти. Моё напоминание задело его самолюбие. Он слегка растерялся, не зная в каком тоне продолжать беседу.

– Так по какому Вы делу? – С лёгкой ноткой нетерпеливости. – До понедельника не потерпит?

Намеренно задавал вопросы, пусть и лишённые какого-то смысла. Эффект от неожиданного появления, на который, возможно, рассчитывал майор, был окончательно нивелирован.

– Осталось несколько неясностей в деле покушения на вашего коллегу, Добавкина Сергея Алексеевича. – Я бы хотел, чтобы …

– На изъятых больничных записях никого не рассмотрели? – Намеренно перебил майора. Да ещё и таким надменным тоном. – Даже не знаю, чем тогда могу быть полезен следствию.

Остапенко сдержался, хотя, по выражению его лица было видно: это далось ему с трудом.

– Когда Вы видели Добавкина в последний раз?

– Утром. На совещании у Председателя Правления.

– А после?

– А после я уехал на встречу с ключевым клиентом банка.

– Дальше. – Похоже, былая уверенность понемногу возвращается к майору.

– Дальше, больше! Присылайте официальный запрос, распишу свой вчерашний график с точность до минуты. – Вопросительно посмотрел на собеседника: «а ты как хотел?». – Только не затягивайте, а то могу что-то и забыть.

Неторопясь побрёл в сторону лавочки.

– Одну минуту! – Окрикнул Остапенко.

Я остановился и повернулся к нему, ожидая, когда он приблизится.

Нарочито вальяжно подходя ко мне, майор понизил голос:

– Зачем тебе это? – Не давая опомниться. – Зачем ты лезешь, куда не надо. У тебя такая милая жена, такие прелестные дети. Подумай!

На секунду смутило слово «прелестные» в устах этого негодяя. Он мне угрожал. В голове пронесся ураган мыслей. Хотелось показать свою осведомлённость про запись в больнице. Но, слава богу, сдержался. Даже улыбнулся в ответ. А Остапенко также неторопливо пошёл к выходу, видимо, ожидая призывного окрика с моей стороны. Но я позвал Игоря.

– Этот мужчина, – присел на корточки рядом с подбежавшим сыном, – только что угрожал нашей семье. Можешь отправить его на больничную койку недели на две?

Игорь кивнул. Бросил мячик вослед уходящему майору. Отправился за мячом, не добежав до Остапенко шага три. И вернулся ко мне. А в это время мужчина в темно-сером костюме схватился за сердце и плавно осел на асфальт. Мимо проходящая женщина подбежала к нему, пытаясь помочь. Именно она вызвала скорую помощь. Но я не видел подробностей происходящего. Мы мило болтали, сидя на своей лавочке, перед которой Катюшка играла с голубями.

– Я требую продолжения банкета! – Решительно заявила Валя, после того, как скормила малышке полбутылочки смеси. – А не поехать ли нам к цыганам?

В нашем варианте это означало отправиться на набережную, где в летнее время с вечера пятницы по вечер воскресенья функционирует множество палаток с различными вкусняшками, уличные музыканты устраивают импровизированные концерты, а толпа городского народа, бесцельно шатающегося вокруг, лишь дополняет атмосферу табора.

Домой вернулись в сумерках. Катюшка уснула ещё в машине. Сидя на кухне за поздним ужином, Валя пересказывала вкратце новости, которыми с ней поделилась встреченная на набережной знакомая. Игорь в полусонном состоянии терпеливо её ждал. А я, глядя на этого девятилетнего мальчика, пытался представить, как будет вести себя Игорь при встрече с другими «плохими» людьми. Что его сдержит от желания наказать этих «плохих»? А если решит наказать, как далеко будет готов зайти?

У меня не было ответов.

– Давно я не видел, чтобы кто-то так разговаривал с Павлом Александровичем …

… Бойко позвонил около девяти часов утра. Дал мне на сборы двадцать минут и сказал, что заедет. Спустя некоторое время мы уже въезжали в ворота губернаторовского особняка. Минут через пятнадцать ожидания в парке за домом к нам вышел губернатор. Он был одет по-домашнему: льняные широкие штаны, хлопчатобумажная рубашка в крупную клетку с коротким рукавом и шлёпанцы на босу ногу. Напрашивалась ещё широкополая соломенная шляпа, но, увы, её не было.

После сухого приветствия Сладков и Бойко ещё несколько минут беседовали общими фразами на разные темы от политики до хорошей погоды и видов на урожай. Только после того, как нам принесли чай и сладости, губернатор дал знак охране, и те ушли.

– Ну, – вопросительно уставился хозяин на меня, – выкладывай свои соображения. Почему мне стоит опасаться за своё кресло?

Немного сбивчиво, не делая акценты, минуты за три выдал все факты, которые знал, о стремлении некоторых силовиков переделить сферы влияния в городе и, как мне кажется, в области в целом. Губернатор, казалось, слушал невнимательно, попивая чай, откинувшись на спинку большого плетёного кресла.

– Не могу вспомнить, – поставил чашку на столик, – где я тебя раньше видел? Ты же из банковских? Не люблю вашего брата.

– Позапрошлым летом Вы были гостем на моей свадьбе. – Похоже, это не продвинуло моего собеседника в воспоминаниях. – Свадьбу устраивала Елена Алексеевна Кармазина.

– А! – хлопнул ладонями по коленям. – Точно! – Довольная улыбка украсила его лицо.

Очевидно, теперь ко мне будет больше доверия. В разговор вступил Бойко:

– К сказанному Владимиром могу добавить ещё несколько похожих случаев, с которыми довелось столкнуться нашим общим знакомым.

– Да брось ты, Петрович! – Губернатор махнул небрежно рукой в сторону говорящего. – Решили голодные менты чуток подзаработать …

– Я тоже так думал. Но! – Почему-то решил взять театральную паузу. – Один из этих ментов выложил схему и то, что приказы идут из Москвы. Чуть не забыл, – удобное маркер для привлечения внимания, – как-то в беседе со мной Легостаев обмолвился, что его часто расспрашивают в последнее время о нашей области и о неформальных центрах силы в ней.

– Генерал Легостаев?

– Да, Сергей Петрович. – Уточнил для солидности. – В понедельник обедал с ним.

– И это всё? – Сладков изобразил некое подобие брезгливости. – И только на этом вы поднимаете панику?

– «Усё пропало, шеф! Гипс снимают, клиент уходит!» – Сказал я в полголоса.

– Что? – Теперь в голосе губернатора проскочило недовольство.

– Я не собирался поднимать панику. – Как можно спокойней и без малейших оттенков эмоциональности. – Изначально со своими мыслями о возможной смене власти в области и связанных с этим рисках для «Химзавода», я пришёл финансовому директору предприятия. Мы с Ольгой Николаевной выработали план мероприятий на случай, если это произойдёт. Вопросы, как сохранить пост для самого губернатора, меня совсем не интересовали. И здесь я только по просьбе Виктора Петровича …